Единственная для Лютого (СИ) - Франц Алиса

Только мужчина не мой, а моменты счастья — краденые, обманчивые, как миражи в пустыне.

Однако Руслан, похоже, так не считал. Он не снимал ладонь с моего живота и, казалось, купался в своих мыслях.

Меня разрывали надвое противоречивые чувства. Я хотела задержать этот хрупкий миг нежности, но понимала, что не имею на это никакого права.

Лютый медленно-медленно поднял ладони, скользнув по моим плечам, задержал в таком положении и бережно прижался, поцеловав куда-то в щеку.

— Это хорошо. Настолько хорошо, что ты даже себе не представляешь. В моем возрасте и при том положении, что у меня есть, уже хочется слышать детский смех, — неожиданно скупо признался мужчина. — Когда же все срывается раз за разом, поневоле думаешь о разном. Не всегда о хорошем.

Я сглотнула ком в горле и незаметно смахнула слезинки, выступившие на ресницах. С удивлением взглянула на мужчину, который немного приоткрылся для меня не как жестокий криминальный босс, но как человек, со своими слабостями и потаенными желаниями, осуществить которые иногда не под силу даже самым большим и щедрым денежным вложениям.

Лютый умел удивлять и иногда раскрывался мне с положительных сторон, доказывая мысль, что не бывает абсолютных злодеев или абсолютно положительных людей.

В каждом из нас есть светлые и тёмные пятна.

Однако приоткрывшись немного, Руслан снова спрятал свои эмоции под непроницаемый панцирь уверенности в себе и сверился с часами, сказав:

— У меня дел полно. Однако успеем заехать в одно место, потом я отвезу тебя домой.

— Хорошо, — согласилась я и решила, что для одного дня слишком много потрясений и разговоров по душам.

Откровенно говоря, я даже такого крошечного проблеска не ожидала со стороны Лютого, и была взбудоражена.

Врач порекомендовал быть в спокойном состоянии, но рядом с Русланом все мои чувства обострились до предела, а душа то пела, то плакала…

Как и сказал Лютый, перед тем, как отвезти меня домой, он заехал по своим делам, притормозив машину у дорогого ювелирного салона.

— Скоро вернусь. Посиди здесь, — попросил он и вышел, не став блокировать двери.

Можно было выйти и немного размять ноги. Однако Лютый был очень мнительным мужчиной и мог заподозрить меня в попытке побега. Я не стала соблазнять судьбу и испытывать терпение Руслана, послушно дожидаясь его возвращения. Он провёл в ювелирном салоне двадцать или двадцать пять минут, прежде чем вернулся.

В руках мужчины красовалась бордовая бархатная коробочка, которой не было раньше.

Я не придала этому факту особого значения. Однако Руслан шокировал, протянув коробку в моём направлении.

— Это подарок. Прими его.

— Что?! — произнесла потрясенным тоном.

Лютый молча разомкнул коробочку, показав, что внутри лежали безумно красивые серьги и ожерелье к ним, с яркими изумрудами.

— Очень красиво, — ответила сорвавшимся голосом.

Таких дорогих подарков я еще никогда в жизни не получала и с огромным трудом подавила в себе желание прикоснуться пальцем к украшениям, которые были очень изящными и смотрелись тонко, очень изысканно.

— Позволь надеть, — хрипло попросил Лютый, потянувшись к украшениям.

Его крупные пальцы невероятно ловко справились с крохотной застёжкой. Я вспомнила, что одним из бизнесов, которым управлял Лютый, был ювелирный. Наверное, мужчина знал толк в своем деле.

Руслан быстро снял ожерелье с креплений и потянулся ко мне, желая надеть в тот же миг.

Однако я остановила его жестом.

— Нет. Я не могу их принять.

— Это просто подарок. Я не потребую цацки назад и взамен тоже ничего не попрошу, — с нажимом произнес Лютый. — Я в камнях хорошо разбираюсь и могу сказать, что изумруды будут тебе к лицу.

Я перевела взгляд с изумрудных камней, которые будто светились изнутри и манили, на лицо Руслана.

Он не нажимал на меня, не давил, просто молчал в ожидании.

— Я не приму такой подарок, — ответила твёрдо и заставила себя смотреть перевести взгляд, смотря только вперёд, на цветную брусчатку, которой была вымощена территория возле ювелирного салона.

Лютый еще несколько секунд держал ожерелье, словно ждал, что я изменю мнение. Но я не могла…

Тогда он бросил украшение обратно в коробку, хлопнул крышкой и небрежно швырнул на заднее сиденье. Кажется, коробка стукнулась о спинку сиденья и упала на пол салона, как кусок грязи.

Мужчина больше не сказал ни слова, сурово поджав губы. Его взгляд потускнел.

Неужели мой отказ настолько сильно обидел Руслана?

=11=

После случившегося я ощущала себя очень неловко, словно не в своей тарелке. Меня всегда учили благодарить за подарки, какими бы они ни были.

Но я не могла принять подарок от Лютого. Дорогие камни казались мне не подарком, а отступными, словно он заранее купил моих детей.

Моих детей…

Увидев на экране два черных пятнышка, размером едва ли больше миллиметра, я окончательно поняла, что это и мои детки, а не только Лютого. Подарок мужчины казался мне просто ценой, которую он согласен заплатить, чтобы забрать и второго ребенка.

Кажется, мы оговаривали рождение одного ребенка, а не двоих, но зная крутой нрав Лютого, его умение добиваться желаемого любой ценой, абсолютное равнодушие на любые законы и правила морали, я предполагала, что он захочет оставить себе и второго малыша или малышку.

Ещё слишком рано, чтобы знать пол неродившихся деток.

Но уже понятно, что разделять их будет чудовищно и несправедливо. Лютому захочется оставить обоих и плевать он хотел на договор, он может уничтожить оба экземпляра и составить новый так, словно не было предыдущего договора.

В его натуре вообще не составлять никаких договоров и просто взять силой желаемое, а я… я не могу себе представить миг, когда придется отдать кусочек себя.

Это несправедливо… Это отвратительно!

Я начала испытывать крайнее волнение, хотя по сути еще ничего не произошло и не было озвучено ни одного слова.

В сомнениях и тягостных раздумьях прошел целый день. Я порывалась поговорить с Русланом, но нечто удерживало меня от этого опрометчивого шага.

Тем же вечером Руслан куда-то уехал вместе с красиво наряженной супругой. Я стояла на самом верху лестницы, когда супружеская пара неспеша прошла по холлу и вышла через парадные двери.

Я проводила взглядом статную фигуру Динары, испытав сильнейшее раздражение и даже злость от мысли, чем мне придется пожертвовать, лишь для того, чтобы у этой высокородной фифы появилась возможность назвать себя матерью детей Лютого.

Никогда она мамой моим детям по-настоящему не станет. Ни за что…

Может быть, судьба несправедлива к Динаре, но мне отчаянно захотелось, чтобы мой фиктивный супруг нашелся с полной сумкой денег.

Тогда я могла бы просто уйти из этого дома и даже громко хлопнуть дверью напоследок, оставив Лютого при его богатстве и планах на рождение детей. Он с лёгкостью найдёт другую девушку, на роль суррогатной матери!

Однако этот вариант был возможен лишь при том, чтобы Соловьёв Антон нашёлся! Причём, я ожесточенно добавила в своих мыслях ремарку: хоть живым, хоть мёртвым. Лишь бы с полной суммой денег, из-за которых и начался весь этот кошмар…

На следующее утро я завтракала в одиночестве. Сегодня у меня не было занятий в школе, нужно было появиться там позднее, чем обычно, а у Тимофея занятия в школе отменили из-за болезни учителя, которого оказалось некому подменить.

Так что за большим столом я сидела одна и была полна тягостных мыслей, которые не оставляли меня ни на минуту. Ведь со вчерашнего дня я только и делала, что переживала заново каждый миг поездки в клинику, снова и снова возвращаясь мысленно к тому моменту, когда нам сообщили, что я жду двоих деток вместо одного.

Даже сейчас я полностью была погружена в свои мысли, держа между пальцев крохотный чёрно-белый снимок, на котором были отмечены две точки — мои детки.