Бывшие друзьями не бывают (СИ) - Бельская Анастасия

Давай, принцесса. Доставь мне еще больше кайфа, и привяжи к себе еще сильнее одним простым действием – подчинись.

Бель не разочаровывает, и дергано кивает на всю эту полоумную речь. Я вижу по карте в телефоне, что такси уже близко, и веду свою «добычу» к парковке.

Я, наверно, долбаный варвар, но просто не могу посадить ее в чужую машину вот так. Поэтому прижимаю вновь, и пытаюсь понять, что она может потом обо мне подумать.

А не все ли равно? В свое время я вылизывал эту девушку там, где раньше и помыслить не мог, и никаких претензий не слышал.

Просто высовываю кончик языка, и веду по ее шее, вверх, к маленькому подбородку и уголку губ. Мокро, с наслаждением всовываю язык в эту точку, и просто нахуй с ума схожу от ее дрожащего тела рядом со собой.

Я будто животное, помечаю ее своим запахом, и тогда мне становится легче усадить ее в подъехавшее такси. Отпустить, но ненадолго. Потому что раз вкусив запретный сладкий плод, я осознал, что он еще слаще, чем я запомнил.

- Чудовище, - напоследок роняет Бель, качая головой, и, если бы у меня был хвост, он бы сейчас вилял от счастья.

Потому что это слово – наше, личное, из прошлой счастливой жизни. И то, что она решилась произнести его в этой…

- До встречи, Красавица, - многообещающе говорю я, и закрываю дверь машины.

Возвращаюсь в ресторан, где наши «половинки» уже издергались, и встречают меня громким возмущением. А мне насрать – я одним глазом поглядываю за ходом такси, представляя, о чем сейчас думает Бель.

- Влад, это не смешно! – Игорек, кажись, забыл, что я хотел ему вмазать, - куда вы пропали, мы уже вам обзвонились! И где все еще Бель?!

- У нее срочный заказ, пришлось уехать, - бросаю я, потому что устраивать здесь скандал в мои планы не входит.

- Срочный заказ картины?! – возмущается придурок, и вскакивает с места, - я догоню ее…

- Сядь! Она уже уехала, я лично посадил ее в такси, - ни хрена не вру, и от этого только круче, - Яна, ты поела? Мы уезжаем?

Девушка моргает, будто думает, что ослышалась.

- А… Десерт?

Какой нахуй…

- Можешь заказать с собой, - девушка все еще сидит неподвижно, и приходится повысить голос, - домой, Яна!

Она подскакивает, обиженно одевается, и говорит, что подождет в машине. Игорь бледнеет по мере того, как Яна уходит.

- Что ты творишь? – спрашивает он, будто это я сегодняшним вечером перечеркнул всю нашу дружбу.

- Возвращаю то, что принадлежит мне, - оглядываюсь, и наклоняюсь к Игорьку ближе, - еще раз увижу возле Бель – костей своих не соберешь, обещаю тебе. Ясно?

- Ты с ней не сможешь… - бормочет «друг» на мои слова, - ей нужен кто-то понимающий, умеющий слушать… Не необтесанный матерящийся мудак…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Еще слово и ты труп, - ласково прерываю, и улыбаюсь звуку списавшихся с карты денег. Это означает, что Бель благополучно доехала, - а на счет того, кто нужен Бель… Это не твое собачье дело, «дружище».

Встаю из-за стола, бросаю на скатерть пару крупных купюр, и выхожу на улицу. Когда мы стояли здесь с Бель, я не чувствовал холода, но сейчас ежусь от морозного ветра, и бегом добираюсь до машины.

- А где твой плащ? – ахает Яна, когда я забираюсь за руль.

- Одолжил Бель, - отвечаю правду, и мне похуй, что она об этом подумает.

Яна замолкает, будто только сейчас начав думать не жопой, а головой. Задумчиво хмурится, пальцами сжимая мех на своей накидке. Но не пытается спорить или выведать что-то еще, и я только радуюсь этому.

Я не блядун, но и не полный идиот, чтобы начать выяснять отношения в машине. Прекрасно знаю женское: «Останови тут, я выйду! Я не могу больше слушать это!». Мне не хочется истерик за рулем, поэтому мы спокойно доезжаем до дома, где я планирую порвать с Яной окончательно.

Заходим в квартиру, где я тут же предлагаю поговорить. Но Яна, вопреки своей обычной любви к болтовне, быстро стягивает сапожки, и мчит в ванную.

- Я только душ приму, милый, и сразу к тебе!

Вот блядство! Мне хотелось скорее начать строить планы по поводу одной пошлой диснеевской принцессы с моим вкусом на губах, но я не могу себе этого позволить, пока не разберусь с прошлыми отношениями. Поэтому прямо в одежде заваливаюсь на кровать, и жду возвращения девушки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Смотрю в потолок и время от времени на часы. Что, блять, можно столько времени там мыть?! Я знал прелести долгого душа вдвоем, но вот в одиночестве…

Я устал, ни хрена не ел сегодня, и вымотался от всех этих эмоций. Глаза против воли закрываются, и я засыпаю под мерный звук воды в ванной.

Открываю глаза уже глубокой ночью, и естественно, Яна уже сопит рядом. Вот ведь коза, словно учуяла что-то, и засела в ванной. Встаю, потираю глаза, и бросаю взгляд на часы.

Два ночи. Бель в это время как раз рисует, и может, уже ложиться спать.

Двойное, мать его, блядство!

Ложусь обратно, окидываю взглядом спальню, лежащую рядом девушку… И вообще не понимаю, что я здесь делаю. Моя душа и мысли были на другом конце города, в маленькой двушке с полотенцами из «Холодного сердца». И пусть там нет «уютных» штор, и отсутствует большая часть продуктов, я должен быть там.

Все, нахуй. Наигрался в «нормальную семью», отдайте обратно моего потерянного Бельчонка.

Встаю с кровати, хватаю ключи от машины, и по пути прикидываю, где у нас ближайший круглосуточный супермаркет. Улыбаюсь, как сумасшедший, представляя, что скоро снова увижу свою Бель.

Не буду звонить. Хочу ее такую сонную, «натуральную», с огромными от удивления глазами. Я просто возьму ее, сделаю эту ночь нашей, а все проблемы решу завтра с утра…

Глава 16

Бель

Я готова вырвать на себе все волосы и ногти за то, что натворила.

А точнее, позволила натворить своему изголодавшемуся по этому мужчине телу, которое просто льнуло к нему, горячему и сильному. И дело далеко не в мышцах и пресловутых кубиках, а в ощущении защищенности и безопасности в его руках.

Я приезжаю домой, и, не обращая внимания на разрывающийся от звонков Игоря телефон, просто иду в душ. Стягиваю вещи, встаю под горячую воду, и жду, когда станет хоть немного легче.

Мне говорили в детстве, что вода очищает. Особенно в это верила набожная мама, с которой мы даже окунались на крещение. Но сейчас я знаю, что никакая намоленная влага не смоет этот стыд и омерзение, что я чувствую к себе, думая о Яне.

Она моя лучшая подруга. Близкий человек, с кем мы делили крышу над головой и свои замороченные секреты, помогали при проблемах, и радовались в минуты счастья.

Так почему я киваю, словно китайский болванчик, когда ее любимый мужчина велит ехать домой, и помечает меня своими губами? Я вру себе, что не подпущу теперь Влада ближе, но в то же время проверяю свой телефон сразу, как выхожу из душа.

Он не звонил. Это плохо или хорошо?

Я все еще маленькая лгунья, потому что убеждаю себя, что хорошо. Наверняка у них с Яной случился бурный секс, после которого он и думать забыл про наш инцидент на парковке.

Я настолько загоняюсь, что убеждаю себя, будто и сама ничего не чувствую. Просто вспыхнувшее на старой памяти влечение, которое прошло, едва мы разъехались по разным квартирам. У нас действительно когда-то был отличный секс, вот гормоны и…

Не успеваю продолжить мысль, потому что слышу настойчивый стук в дверь. Взгляд на часы – оказывается, я задремала, и продолжила загоняться во сне. Четвертый час, кто бы это мог быть?

Не допускаю и мысли об очевидном. Он с Яной, там, где и должен быть. А если это не так, я найду в себе силы выгнать его отсюда…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Распахиваю дверь, стоя в одной длинной футболке, и больше не знаю, как сделать следующий вдох.

- Принцесса, ты чего? А как же спросить: «Кто там?», - хмурит лоб Влад, и пока я не успела прийти в себя, делает шаг внутрь.

Ставит два огромных пакеты с логотипом супермаркета, поворачивается, и закрывает за собой замок. Только после этого расслабленно опускает плечи, и поворачивается с улыбкой ко мне.