Александра Соколова - Просто мы научились жить (2010-2012)

– А со мной? – Выдохнула Марина.

– А с тобой я хочу попытаться. За те месяцы, что мы провели вместе, я поняла, что совсем не знала тебя раньше. Помнишь? "Ты выдумал меня, такой на свете нет". Да, я выдумала тебя и полюбила то, что придумала. Но кроме этого было что-то еще, что-то едва уловимое, что осталось до сих пор и никогда не переставало быть. Может быть, это и есть любовь. А может быть, я снова что-то себе придумываю. Но то, что я чувствую, когда ты рядом, стоит того, чтобы попытаться.

– И ты не боишься? – Покачала головой Марина.

– Я устала бояться, – Усмехнулась Женька. – Может быть, ты снова сделаешь мне больно. А может, я тебе. А может, мы будем жить долго и счастливо и умрем в один день. Я не знаю этого, и никто не даст мне гарантий.

Она встала, прислушиваясь, и протянула ладонь.

– Я приглашаю тебя на танец.

Так легко уступить Напору дня, Когда угар безумного мира Не касается нас.

В этот волшебный миг Я словно открытая книга: Этому неутомимому воину достаточно Просто быть с тобой.

Они словно танцевали втроем – где-то рядом, едва слышно, разливался голос вечного и тягучего Элтона Джона. Марина запустила руки под Женькин пиджак, и сомкнула их на талии, прижимаясь ближе и ближе.

Ты чувствуешь мою любовь сегодня?

Это то, чем мы живем сейчас.

Этому очарованному страннику достаточно того,

Что мы смогли зайти так далеко.

Ты чувствуешь мою любовь сегодня?

Она сладко спит рядышком.

И королю, и бродяге только это и нужно,

Чтобы верить в возможность счастья.

Они шептали друг другу что-то в приоткрытые губы, они не открывали глаз, боясь, что с приходом света растает сказка. В эти секунды они верили обе.

Для каждого наступит свой час,

Если только он поймет,

Что этот вечно меняющийся калейдоскоп

Играет нами по очереди.

Вольная жизнь

Обретает свой ритм и смысл,

Когда сердце этого подлунного бродяги

Бьется с твоим в унисон.

– Ты чувствуешь мою любовь сегодня? – Одними губами спросила Женька.

– Ты чувствуешь мою любовь сегодня? – Одними губами откликнулась Марина.

Они смотрели друг на друга, близко-близко, рядом-рядом, и, уносясь вдаль, вместе с музыкой, шептали вместе, чуть слышно, только одно, но самое главное, слово.

Да.

Глава 9. Были-не были.

Лека сидела, стиснув зубы и сжав ладони в кулаки. Рука Антуана крепко держала ее за бедро, впиваясь до синяков.

– Терпи, – весело сказал он, на секунду поднимая глаза, – по шраму всегда больнее.

И продолжил работу.

Под маленькой иглой машинки расцветал на бедре затейливый яркий узор, переплетение линий и ничего не означающих символов. Обсуждая с Антуаном будущий рисунок, Лека твердо решила: эта татуировка не будет значить ничего. Но она все равно значила.

Значила, что болезнь закончилась, оставив за собой только шрам и несколько царапин. Что теперь ей можно снова кататься, что в океане ее ждут волны, а за дверями салона – Ди. А еще это значило, что пришло время подумать о новом фильме.

Это решение нелегко ей далось, но неожиданная поддержка Дианы и друзей сделала свое дело, и она решилась.

Сжав зубы, Лека вспомнила тот тихий вечер, когда Ди впервые привезла их всех к ней домой.

Они сидели на пуфиках и пили пиво – все до единого, и Тони, и Рита, и Светка. И даже Родик покуривал маленькую самокрутку, свесившись с балкона.

– Привет, – сказала Лека, усаживаясь рядом и поеживаясь от внимательных взглядов. Выглядела она тогда еще не ахти – места, которые уже не были забинтованы, отсвечивали синяками всех форм и размеров.

– Ленка-беспределка, – прокомментировала Рита, – зачем ты так себя поранила?

– Это не она, это океан в тесном содружестве с асфальтом, – заявил Тони, – одного не пойму: нафиг было садиться на байк в таком состоянии?

– Если боженька ума не дал, то об инстинкте самосохранения тем более и речи не было, – внесла свою лепту Света, – слава богу хоть ума хватило до школы доехать.

Они говорили, и говорили, и говорили, пряча смущение и растерянность, а Лека улыбалась, глядя на них и с гордостью посматривала на Диану: вот, мол, смотри! Видишь? Им стыдно. Им стыдно, а это значит, что несмотря ни на что, у меня все еще есть друзья!

А потом было много смеха – Ди в лицах изображала, как окровавленная Лека вползала на порог школы, извиваясь в стонах. И много радости, когда напряжение спало и стало возможным болтать как раньше – не задумываясь, что говорить и как это будет услышано. И много-много идей о новом фильме, о собственной киностудии, и даже о многочисленных премиях Оскар, которые, конечно же, когда-нибудь тоже станут реальностью.

Разъехались друзья уже в сумерках – махали руками, обнимались, и обещали обязательно приехать завтра. А Диана неожиданно осталась.

Лека глазам своим не поверила, когда она вместо того чтобы сесть на байк, завела его под навес и пристегнула шлем к ручкам руля. А затем вошла в дом, и улеглась животом на пуфик, внизу, в гостиной. Лека осторожно подошла и присела рядом.

– Вот видишь, – глухо сказала Диана снизу, – все было не так уж страшно.

– Благодаря тебе.

Она медленно положила руку на Дианину спину и погладила между лопатками. Диана полежала секунду, но вдруг вывернулась, и села на колени, близко-близко и в то же время до ужаса далеко.

– Я много думала о наших отношениях, – начала она, и Лека поежилась. Конечно, это не укрылось от внимательного Дианиного взгляда, – чего ты?

– На моей памяти такое начало еще ни разу не принесло ничего хорошего, – мрачно ответила Лека, – если хочешь меня бросить – так и скажи, без долгих предисловий.

– Нет, – покачала головой Диана, – я совсем не хочу тебя бросать. Но и как быть с тобой я не знаю тоже.

– А как со мной быть? – Пожала плечами Лека. – Я обещала тебе верность, и собираюсь сдержать обещание.

Диана запустила ладонь в свои волосы и растрепала их на макушке. Для Леки она была сейчас притягательной более чем когда-либо, но страх, страх сделать что-то лишнее, не давал пошевелить и пальцем.

– Дело не в обещании, Лек. Дело в том, что тебе постоянно нужен какой-то надрыв, полет, безумие. Спокойная жизнь не для тебя. Подожди, – махнула она рукой на открывшую рот Леку, – я договорю. Но даже черт бы с ним, с надрывом. Проблема скорее в том, что ты не можешь сейчас дать мне никаких гарантий, что не уйдешь.

– А ты можешь? – Взволнованно вспылила Лека. – Откуда тебе знать, что завтра ты не встретишь кого-то, кто западет тебе в душу сильнее чем я? В кого ты влюбишься, с кем захочешь быть рядом?