Лесли Пирс - Камелия

Мэл застонала. Люди часто что-нибудь предлагали Конраду. Он был очень общительным.

— Какое?

— Выкупить его ресторан. Его заведение находится в шикарном месте, но Майкл оказался в затруднительном финансовом положении. Он спрашивал, не куплю ли я его ресторан, а он будет моим управляющим. Он предложил сделать тот ресторан таким же, как и этот.

Предложение было оригинальным, но Мэл не нравилось, что Конрад так быстро подхватывает бредовые идеи.

— Если он не может навести порядок в собственном ресторане, то вряд ли сможет быть хорошим менеджером, — назидательно сказала Камелия, устраиваясь поудобнее и расстегивая верхнюю пуговицу на джинсах. Она не могла понять, зачем Конраду еще один ресторан, у него едва хватало времени на этот.

— Может быть. Но стоит посмотреть. — Конрад отодвинул ее ногу и сел рядом. — Там уже есть все необходимое оборудование, сделан ремонт, и Майкл продаст мне его дешевле реальной стоимости. Это будет удачное вложение капитала.

Скорее всего, это был надежный способ потерять этот капитал, но Камелия уже усвоила: если отговаривать Кона от какого-то дела, он только больше к нему пристрастится.

— Когда ты с ним встречаешься?

— Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, — улыбнулся Кон. — В конце концов, из-за дождя не будет пробок на дорогах.

— Только пообещай мне, что не будешь принимать скоропалительных решений, — нежно произнесла Мэл. Она знала, что не сможет его отговорить, но попробовала хотя бы умерить его пыл. — Просто смотри и расспрашивай. В ресторане дела идут прекрасно, Кон, но это только потому, что ты все время здесь и лично за всем следишь. Если ты купишь еще один ресторан, у тебя не останется времени на книгу и другие дела.

Не отвечая, Конрад встал, подошел к окну и посмотрел на маленький зеленый сад.

Мэл читала его книгу. Она считала его прекрасным писателем. Его герои были веселыми и живыми, а сюжет стремительно развивался. Ей так хотелось, чтобы Кон полностью сконцентрировался на книге. Она боялась, что их меркантильные клиенты начали на него влиять, как бы он их ни высмеивал. Конрад был в первую очередь художником, а не бизнесменом.

— Прости, что завел тебя насчет Хелен Фостер, — вдруг сказал он. Потом повернулся и посмотрел на Мэл. В его больших глазах была тревога. — Возможно, я слишком размечтался. Я хотел, чтобы в твоей жизни произошло чудо. Ты это заслужила.

Мэл была тронута его заботой. Конрад мог быть неуправляемым, импульсивным и настойчивым, но, несмотря на это, он был нежным, чутким и заботливым.

— Чудо со мной уже случилось, когда я встретила тебя, — ответила Камелия. — Я очень счастлива здесь, Кон. О большем я и не мечтала.

— Но ты все еще думаешь о Нике, разве не так? — проговорил он, подойдя к дивану и проводя рукой по ее волосам почти отцовским жестом. — Иногда я думаю, что в тебе открыт только один клапан, но есть еще один, который ржавеет от бездействия.

— Да, я много думаю о Нике, — призналась она. — Иногда я думаю о том, как бы мне хотелось встретить мужчину, влюбиться, выйти замуж и завести детей. Но я не зациклена на этом. Я рада, что на душе у меня спокойно и у меня есть такой друг, как ты.

Мэл не задумывалась о своих переживаниях и никогда о них не говорила. Но когда она произнесла эти слова, то поняла, что живет словно в зале ожидания, позволяя жизни проходить мимо. В конце концов, Конрад получил то, чего хотел, и имел смелость строить новые планы. Наверное, Мэл надо взять с него пример.

— Ты слишком скромна, Мэл, — сказал он, погрозив ей пальцем, как школьный учитель. — Без тебя я никогда бы не поднял это место. Я прихожу в ужас от мысли, что когда-нибудь наступит день, когда ты захочешь уехать. Я не смогу без тебя. Но, как бы то ни было, я хочу видеть тебя счастливой и спокойной. Я хочу, чтобы заработал второй клапан, чтобы твои глаза засветились от чего-то более возвышенного, чем приготовление ужина и ремонт квартиры.

— У меня глаза светятся при виде твоего воротника. — Мэл встала, схватила воротник рубашки Кона и вывернула его. — Сними это и надень что-нибудь достойное. Иначе этот Данвуди подумает, что это у тебя финансовые трудности.

Конрад ушел двадцать минут назад. Он надел твидовый костюм, в котором напоминал ирландского фермера в воскресный день. Мэл не решилась сказать ему, что в джинсах он выглядит гораздо лучше. Когда Кон уходил, она услышала, как хлопнули ворота и заревел мотор его автомобиля, выезжавшего с заднего двора.

Вздохнув, Камелия снова взяла книгу. Она надеялась, что Конраду не понравится этот Данвуди, — вся эта затея казалась ей сомнительной.

Ее разбудил дверной звонок. Она посмотрела на часы и увидела, что было уже пять часов. Наверное, она заснула сразу после того, как Конрад ушел. Сунув ноги в домашние тапочки, Мэл спустилась вниз.

Она очень удивилась, увидев того блондина, который приходил к ним в ресторан в прошлую субботу. Ей было стыдно, что она встречает такого привлекательного человека в потертых джинсах и старой футболке.

— Вы помните меня? — спросил он. — Я зашел, чтобы извиниться за то, что ушел в субботу. Вы, наверное, подумали, что я грубиян. Но я вдруг вспомнил, что оставил свой кошелек в другом костюме. Хорошо еще, что я обнаружил это до того, как сделал заказ, иначе мне пришлось бы мыть за вас посуду.

Мэл была поражена, но в то же время ей было приятно, что он решил извиниться. Такие хорошие манеры были редкостью. Он был одет не так официально, как в прошлый раз. На нем был обычный замшевый пиджак, рубашка с расстегнутым воротом и бежевые брюки. Но все равно он выглядел так, будто только что вышел из ателье.

— Вы тогда пошли в другой ресторан или легли спать голодным?

— Я нашел одно из ночных мест, где продают гамбургеры. — Он небрежно облокотился о косяк двери и посмотрел на нее.

Мэл покраснела. Если бы он хотел извиниться, то ему достаточно было бы позвонить. Может быть, он хотел пригласить ее куда-нибудь? Она не знала, что ответить, — он был не в ее вкусе.

— В следующий раз вам лучше заранее заказать столик, — сказала она. — Очень мило с вашей стороны, что вы зашли. На самом деле я подумала, что вам просто надоело ждать. В тот вечер мы были очень заняты.

— Думаю, будет лучше, если я открою все карты, — улыбнулся он. — Меня послала Хелен Фостер! Я ее менеджер, меня зовут Эдвард Манинг.

От неожиданности Камелия раскрыла рот.

Она испытывала одновременно радость и стыд и не верила своим ушам. Дорогая одежда, красивый загар, едва заметный американский акцент — все это может быть у человека из мира кино. Но Мэл было неприятно, что он сделал предварительный визит инкогнито.