Джеки Коллинз - Убийственно прекрасная

— А тебе очень хочется стать взрослой?

— Да. И я обязательно что-нибудь придумаю…

— Да уж, — улыбнулся Туз. — Ты придумаешь. В этом я не сомневаюсь.

Генри Уитфилд-Симмонс зарегистрировался в лучших апартаментах отеля «Кавендиш» под вымышленным именем. «Лорд Грант» — так он себя назвал. В этом имени ему чудилось что-то аристократически-звучное, недосягаемо-величественное, к тому же персонал отеля мог подумать, будто он и впрямь принадлежит к старинной английской аристократии, а коли так, то и отношение к нему будет соответствующее. Никому и в голову не придет проверять, кто он такой и откуда взялся.

В качестве мер предосторожности Генри поменял также номера на «Бентли» и за все расплачивался наличными.

Анонимность нравилась ему. Под чужим именем он чувствовал себя свободнее и увереннее. Никто не знал о нем ничего, кроме того, что он давал щедрые чаевые, носил костюм от Бриони и ездил на «Бентли».

И его это вполне устраивало.

81

Энтони занял в отеле два отдельных бунгало, что привело Рени в ярость. Она и представить себе не могла, что он явится не один, а с целой свитой — с женой, любовницей, бабкой, личным помощником и телохранителем. Черт бы побрал Энтони Бонара! «Кавендиш» был переполнен, и Рени заранее оставила для него апартаменты люкс, но нет! Вместо благодарности Энтони потребовал два ее лучших домика. В результате Рени пришлось отказать двум постоянным клиентам. Оба были любителями сыграть по-крупному и регулярно оставляли в казино «Кавендиша» немалые суммы. Теперь они вряд ли вернутся, думала Рени, да еще и другим расскажут, что творится в ее отеле.

— Из-за тебя я потеряла двух клиентов, — упрекнула она Энтони. — Умеешь ты доставлять людям неприятности!

— Ты меня еще плохо знаешь, — усмехнулся он в ответ.

«Да уж знаю», — хотела ответить Рени, но промолчала. Высказывать Энтони все, что скопилось у нее на душе, не стоило. Зато, вернувшись в свой дом на территории отеля, она не удержалась и пожаловалась Сьюзи.

— Зачем он приехал? Что ему нужно? — спросила та.

— Наверное, привез свою бабку немного отдохнуть, — ответила Рени. Открывать партнерше подлинную цель приезда Энтони она не собиралась. Чем меньше Сьюзи будет знать, тем лучше. Она могла просто не понять, почему без определенных действий нельзя обойтись, а уж если бы ей стало известно, что задумали Рени и Энтони, она непременно попыталась бы им помешать. Сьюзи панически боялась всего, что шло вразрез с законом. Нет, она была далеко не глупа, но сказать, что она не по годам наивна, значило ничего не сказать. Так, Сьюзи по-прежнему верила, что Энтони Бонар не имеет никакого отношения к исчезновению Тасмин, и совершенно искренне возмущалась настойчивостью детектива Франклин, причинявшей им обеим немало неудобств и волнений. Это, впрочем, не мешало ей время от времени задавать Рени весьма острые вопросы, на которые та не сразу находила ответы.

— Какую бабку? — не поняла Сьюзи.

— Самую обычную. Кажется, это мать его отца, — пояснила Рени.

— Потрясающе! — восхитилась Сьюзи. — Неужели он всюду таскает старуху с собой? Она же, наверное, очень старая!

— Во всем, что касается семьи, Энтони настоящий итальянец, — пояснила Рени. — У них так принято. Его жена тоже с ним.

— Разве у него есть жена?

— Да, Сьюзи, у него есть жена, как у многих нормальных людей. И даже бабка.

— А я думала, он вроде плесени или вредного грибка — взял да и вырос на каком-нибудь болоте.

— Это еще не все, сейчас я тебе такое скажу — описаешься!.. Его шлюха-любовница тоже прилетела с ними. В одном самолете с женой!

— О боже! — воскликнула Сьюзи. — Вот этого я уже не понимаю. Интересно, как он сумел это устроить? Или, может быть, они спят втроем?

— Едва ли, — покачала головой Рени. — Я их видела: жена какая-то пришибленная, а вот любовница бодра и явно хочет приятно провести время в Вегасе.

— Не с тобой, надеюсь? — едко спросила Сьюзи, ревновавшая Рени по малейшему поводу, а чаще — без всякого повода.

— Разумеется, нет, — поспешила успокоить ее Рени. Она никогда не изменяла Сьюзи, так что в этом отношении ее совесть была чиста. Боялась Рени другого — как бы Сьюзи не узнала, что когда-то она спала с Энтони. В этом случае ее жизнь превратилась бы в сущий кошмар, положить конец которому можно было бы, наверное, только расставшись с партнершей.

— Я тут вот о чем подумала… — нерешительно начала Сьюзи. — Я знаю, ты считаешь, что «Ключи» могут составить нам конкуренцию, но на самом деле мы только выиграем, если рядом с нами появится новый современный отель. Так мне, во всяком случае, кажется…

— Почему ты так думаешь? — удивилась Рени.

— Ты боишься, что все наши клиенты перебегут к Лаки, но это не так. На самом деле мы ничего не потеряем и даже приобретем. Ведь, как ни верти, «Кавендиш» и «Ключи» — два лучших отеля на Стрипе, а может, и во всем городе; вместе мы сможем привлечь даже больше клиентов, чем по отдельности. Все крупные игроки и знаменитости будут стремиться останавливаться только у нас и у Лаки, понимаешь?.. В общем, я рада, что «Ключи» открылись, к тому же Лаки мне понравилась. Она может быть нам добрым другом, а вот ссориться с ней я бы побоялась.

Рени задумалась. Сьюзи, похоже, была права. И почему она сама не подумала о возможном сотрудничестве с Лаки?

Впрочем, она знала почему. Это Энтони заморочил ей голову, пытаясь ее руками свести счеты с Лаки Сантанджело. И ему это почти удалось. Ничтоже сумняшеся он подставил Рени под удар, и этого она уже не могла ему простить.

Теперь у Рени был только один выход. Она должна была раз и навсегда выбросить Энтони Бонара из своей жизни.

Ирма пребывала в панике. Как найти выход из той кошмарной ситуации, в которой она оказалась? Она пыталась думать, но в голову ничего не приходило. Ужас парализовал ее волю, и она могла только в отчаянии заламывать руки.

Ее муж — жестокое, отвратительное, безжалостное и мстительное чудовище. Никогда, никогда ей не забыть, что он сделал с Луисом! А хуже всего было то, что Ирма во всем винила себя. Ведь это она соблазнила садовника, заманив его к себе в спальню. Если бы она тогда удержалась, этого кошмара не было бы.

Да, она виновата. И ей теперь жить с этим.

Она оказалась в полной власти Энтони, он запретил ей разговаривать с посторонними и даже выходить из бунгало без его разрешения. «Ты должна беспрекословно исполнять все, что я велю, — заявил он. — И не пробуй поговорить с кем-то; я непременно узнаю, что ты открыла свой поганый рот, и тогда твоим родителям не поздоровится. Тебе все ясно?»