Сюзанна Шайблер - Красотка

Лицо Эдварда просветлело, Вивьен же, сняв с его плеча воображаемую пушинку, спросила с нарочитой бесцеремонностью:

— Ты не против, если перед тем, как исчезнуть, я приму у тебя ванну?

Она понимала, что Эдвард собирается уходить и они никогда больше не увидятся.

— Ради Бога. Только будь осторожна, она глубокая!

Он пошел к двери, услышав звонок телефона в спальне. Это был снова Стаки, который сказал, что Джим Моррис согласился поужинать с Эдвардом. Владелец «Моррис Индастриз» просил также сообщить, что придет вместе с внуком.

— Он лучше бы внуку своему передал управление, — заметил язвительно адвокат.

Эдвард, продолжая разговаривать, достал из вчерашнего костюма магнитную карточку от входной двери апартаментов и положил ее в карман пиджака.

— Ну да, — сказал он. — Весьма энергичный парень. Его зовут Дэвид, играет в поло.

— Я должен еще раз предостеречь тебя, — натянуто произнес Филип, — не нравится мне, что ты собрался идти один.

Из ванной комнаты слышался плеск воды и громкое пение Вивьен. «I just want your extra time…»[1] — визгливо пела она, подражая эстрадной звезде.

Эдвард взял телефон и, продолжая слушать уговоры Филипа Стаки, пошел к ванной, приоткрыл дверь и заглянул в нее.

— По-моему, лучше тебе появиться в сопровождении какой-нибудь девушки, говорил Фил, — тогда встреча будет не слишком официальной.

Эдвард молчал, посмеиваясь про себя.

— Ты меня слышишь? — крикнул Фил. — Куда ты пропал?

Тот не отвечал, полностью поглощенный созерцанием поющей девушки, возлежащей в огромной ванне.

Из целого моря пены виднелась только ее голова с наушниками аудиоплеера. Зажмурившись, она самозабвенно орала песню, которую как раз слушала.

Открыв дверь пошире, Эдвард с телефоном в руках вошел в ванную. Вивьен его не заметила.

— Да, да, я слушаю, — сказал он в трубку.

«If you want to impress me…»[2] донеслось до Филипа пение Вивьен.

— Кто там у тебя блеет? — спросил он раздраженно.

— Это горничная поет, — нашелся Эдвард.

— Oh, got to be too flirty, mama, I know how to undress you,[3] — орала Вивьен так, что Филип с трудом смог перекричать ее.

— Слушай, у меня есть на примете несколько симпатичных девчонок…

— Да ну? — насмешливо перебил его Эдвард, продолжая глядеть на Вивьен, которая, как утенок, плескалась в ванне, все еще продолжая петь.

— I just want your extra time and your… — провопила Вивьен и, сложив губы бантиком, чмокнула воздух: — Your kiss![4]

— Между прочим, я уже нашел себе одну, — добавил Эдвард, не замечая, каким изменившимся, нежным тоном он это проговорил.

С телефонной трубкой в руке он прошелся по ванной и уже бесстрастно продолжил:

— Ты лучше сосредоточься на деле Морриса. Мне нужно знать его планы. Я скоро приеду.

Он положил телефон на мраморный столик и уселся на край ванны.

— I want to be your fantasy, — все так же зажмурившись, пела Вивьен. Well, maybe you could be mine.[5]

Вдруг Вивьен почувствовала присутствие Эдварда, открыла глаза и в испуге уставилась на него. Сняв наушники, она положила их на край ванны. Эдвард сосредоточенно рисовал пальцем круги на покрытой пеной воде.

— По-моему, Принс — это обалденно. Тебе нравится?

— По сравнению с остальными еще ничего, — задумчиво сдвинув брови, сказал он.

— А стучаться тебя не учили? Эдвард глубоко вздохнул.

— Вивьен, — начал он, — я хочу тебе сделать одно предложение… по-моему, вполне выгодное и пристойное.

— Предложение? — удивилась она. — Интересно, какое?

— Я собираюсь пробыть здесь до воскресенья. Как ты смотришь на то, чтобы провести всю неделю со мной?

— Ты серьезно? — округлила она глаза.

— Серьезно. Ты будешь оказывать мне экскорт-услуги. Надеюсь, неделю ты со мной выдержишь?

Она рассмеялась, а Эдвард продолжил:

— Я буду платить. Делать ничего особенного тебе не придется, ты просто должна быть готова в любую минуту сопровождать меня.

Все еще не веря в это фантастическое предложение, Вивьен покачала головой.

— Я конечно согласна с твоей безумной идеей и готова сопровождать тебя. Одного только не пойму — ты красивый, богатый мужик, да любая бесплатно с тобой пойдет.

— Я ценю профессионалов, — сухо ответил Эдвард. — С любителями мне в последнее время не везло.

Присмотревшись к нему внимательней, она поняла; он, действительно, говорит серьезно. И лицо ее тут же приняло деловитое жесткое выражение.

— Если круглые сутки я буду к твоим услугам, то тебе это встанет в копеечку.

— Ну, конечно, — улыбаясь, поднялся Эдвард. — Я понимаю. Назови примерную сумму. Сколько бы ты хотела?

Вивьен уставилась в мыльную пену, стремительно соображая, сколько можно с него запросить.

— Целых шесть ночей… да еще дни… Четыре тысячи баксов! — выпалила она и подняла голову, чтобы увидеть, какой эффект эта сумма произвела на Эдварда.

Эдвард казался несколько удивленным.

— Шесть ночей по триста долларов — это всего лишь тысяча восемьсот!

— Но ты же сказал, я и днем понадоблюсь! — возразила она.

— Ну, две тысячи.

— Три, — не сдавалась Вивьен. Какое-то время они смотрели друг на друга в упор.

— Договорились, — смягчился, наконец, Эдвард и улыбнулся девушке.

Вивьен была без ума от счастья.

— Боже мой! — восторженно заорала она. — Ой, мама…

Дальнейшие ее слова поглотила вода — потеряв равновесие, она скрылась под мыльной пеной.

Эдвард, склонившись над ванной, пытался обнаружить ее голову, но кроме пены, ничего не видел.

— Вивьен! Вивьен, это значит «да»? Из воды вместо головы высунулись дрыгающиеся ноги девушки. В конце концов он поймал ее руку и помог Вивьен сесть. Ее волосы и все тело были густо облеплены пеной.

— Да, да, — выдохнула она, отирая пену с глаз и со рта.

Эдвард схватил полотенце и стал помогать ей.

— Да, да, — повторила она, отряхиваясь, словно мокрый котенок, и звонко смеясь от счастья.

Прошло минут десять. Эдварду давно пора было уходить. Вивьен все в том же, принадлежащем отелю, купальном халате накручивала на мокрые волосы тюрбан из белого полотенца. Взяв в гостиной кое-какие бумаги, Эдвард положил их в свой кейс. На лице его было написано искреннее удовлетворение. Видно было, что он любуется девушкой, ее красотой и неподдельной естественностью движений.

— Меня целый день не будет, — сказал он, доставая из бумажника пачку долларовых банкнот. — Купи себе какую-нибудь одежду.

Вивьен неодобрительно покосилась на пухлый бумажник.