Кэрри Адамс - Крестная мамочка

— Что с ним стряслось? — спросил Нейл.

Плач Бобби взбудоражил Томми. Я не различила бы их, если бы не изящные вышитые монограммы на одежке. Каспар рос у меня на глазах, Кору я воспитывала на равных с ее матерью, и меня тревожило, что близнецы не вызывают у меня никаких чувств, кроме постоянного раздражения. Дети-то ни в чем не виноваты. Не они отняли у меня Хэлен, заставили ее дешево продаться и стали причиной вечных исчезновений — переменилась она сама.

Хныканье переросло в ор.

— Здесь слишком светло и людно, — извиняющимся тоном сказала Хэлен. — Обычно я кормлю их наверху, приглушив свет, а потом укладываю спать. Прости, Тесса, последние два часа перед сном порой кажутся длиннее, чем предыдущие десять.

Я сочувственно улыбнулась, подумав: сначала попробуй обойтись без няни, как простые люди, а потом жалуйся.

— Уже ухожу! — Я подхватила сумку, поторопившись убраться, чтобы чем-нибудь не выдать себя.

— Побудь еще, выпьем чего-нибудь, — предложил Нейл.

— Нет, мне пора.

Хэлен отдала ребенка няне, та безмолвно приняла его и, ловко удерживая близнецов у бедер, направилась вверх по длинной лестнице. Хэлен обняла меня. Объятие было таким крепким, что я испугалась: так цепляются только за то, что боятся потерять.

— Лучше бы няне помогла, — изрек Нейл, наблюдая, как та втаскивает наверх его увесистых сыновей.

«А у тебя что, рук нет? Помог бы сам, не переломился бы», — едва не выпалила я. Неудивительно, что я до сих пор не замужем. Хэлен моего негодования не разделила. Она даже не заметила его — просто разжала объятия и с улыбкой оглянулась на мужа.

— Иду, иду, — покладисто сказала она и поспешила к лестнице.

Нейл шагнул следом. Рука об руку они сопровождали няню с малышами в детскую.

Беременность Хэлен как-то прошла мимо меня: мне в то время хватало своих забот, поскольку бывший босс уже не надоедал мне — он меня пугал. Хэлен ждала близнецов, но оставалась стройной гораздо дольше, чем большинство знакомых мне матерей. Порой я начисто забывала, что она беременна. В то время все вокруг кинулись размножаться — мир будто охватила эпидемия. Куда ни глянь, всюду попадались беременные. По крайней мере, мне так казалось. А меня преследовал женатый мужчина. Мои друзья и знакомые обсуждали развитие плода, приводили аргументы за и против приема добавок с кислотами омега-6, а я вела с компанией «АДТ» переговоры по поводу установки у меня дома кнопки тревожной сигнализации. Так что беременности Хэлен я почти не уделяла внимания. Она завершилась плановым кесаревым сечением в Портлендской больнице, что также не вызвало у меня одобрения: я подозревала, что Нейл вычитал о ней в журнале «Хелло!» и навязал свое решение Хэлен. Вместо того чтобы умиленно ворковать над младенцами, я торчала в суде, слушая, как выносят решение по иску против человека, от которого зависела моя карьера. Я даже не послала цветы в больницу.

Я нашла шкаф, в который Роуз повесила мой плащ, ненадолго заглянула в туалет и вымыла руки. Наверху продолжали скандалить близнецы. Плач усиливался, Нейл бранился, но без особого успеха. Нянька упорно молчала. Я надвинула шляпу на лоб, мельком посмотрелась в зеркало в холле и порадовалась, что ухожу. Когда за спиной закрылась тяжелая дверь, я вздохнула с облегчением. Заходящее солнце подсветило снизу недавно пожелтевшие листья и превратило деревья в факелы. Воздух был прохладным и свежим. Поблизости я высмотрела французское кафе и книжную лавку. Можно было бы выбрать роман в мягкой обложке и тихо посидеть с бокалом вина, а то и поужинать в полном одиночестве… Почему бы и нет? Мне ничто не мешает поступать как заблагорассудится: на краткий миг я вспомнила, что именно это всегда ценила в своей жизни.

Я была уже у калитки, когда за моей спиной распахнулась дверь. Обернувшись, я увидела на пороге Хэлен.

— Не бросай меня! — крикнула она.

Затем появился Нейл, игриво обнял ее за талию и со смехом втащил в дом. Дверь захлопнулась, а я вдруг обмякла. Неужели я настолько ожесточилась, что не в состоянии порадоваться за подругу? Ведь это проявление привязанности и близости доказывает, что семейную жизнь Хэлен отравляю только я. От недавнего облегчения не осталось и следа. Стыдно признаться, но оно моментально сменилось жалостью к себе. Вечер из прохладного стал промозглым. Воздух — насыщенным выхлопными газами. Мысли об одиночестве, дешевой и невкусной еде, паршивом чтиве вызывали отчаяние и совсем не прельщали. Я стояла на тротуаре, пока холод не пробрался сквозь тонкие подошвы туфель. Может, лучше иметь хоть что-нибудь, чем ничего? У Хэлен огромный дом, прислуга, муж, двое сыновей — а что у меня? Еще неизвестно, кто из нас дешевле продался — она или я.

Эти минуты я воскрешала в памяти тысячи раз и могла бы поклясться: Хэлен смеялась. Но теперь я понимаю, что видела лишь то, что ожидала увидеть. Я не верила своим глазам, стремилась увидеть что-нибудь другое, но не могла. Не хватало заложенной программы. Вот почему даже сейчас, когда мне известно все, память упорно подсовывает мне картинку: Нейл тащит Хэлен дом, а она смеется.

4. Сомнительная эйфория

Я поспешила подать Бену сигнал SOS: ужин с ним мог стать моим спасением. Трубку взяла Саша. Не выпьют ли они со мной водки в каком-нибудь антистрессовом заведении, спросила я, в оправдание добавив, что весь день общалась с младенцами и изголодалась по взрослой компании.

— Я ухожу, — отозвалась Саша, — а Бен никуда не собирается. Только вот не знаю, удовлетворяет ли он критериям отбора.

— Ты о чем?

— Ты же сказала, что тебе нужна взрослая компания.

— Ну да… — Я шагала к станции метро в потоке людей, направляющихся домой после работы. — Что-нибудь случилось?

— Лучше не спрашивай.

— Не буду.

— Мужчины — те же младенцы. Я уехала по делам на четыре дня. Вернулась, а в холодильнике шаром покати, хотя запастись пивом он почему-то не забыл. И даже не подумал вынести мусор, заправить постель или хотя бы нацепить на держатель новый рулон туалетной бумаги, чтоб его! Так что можешь забирать моего мужа. Хочу ли я получить его обратно — пока не знаю.

Обычно, когда я просила у Саши мужа взаймы, она говорила: «Только с возвратом». На это я лихо отвечала: «А когда я забывала?» Но сейчас она не скрывала раздражения.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Можешь перепрограммировать особь мужского пола?

— Нет. — Я остановилась у входа в подземку. Выбор места назначения зависел от исхода беседы.

— Тогда ничем. Ладно, Тесса, переживем. Мне бы только сплавить его на пару часов и куда-нибудь сходить с подружкой.