Люси Гордон - Бриллианты на оловянной тарелке

Но он совершенно не изменился, нет, он стал еще хуже! Использовать своих детей и жену для создания лживой картинки счастливой семьи. И все для чего? Чтобы заработать еще больше денег… Деньги, деньги, у него на уме одни только деньги! Надо же, какой подлец! Она даже представить себе не могла, что он на такое способен. А какие словесные кружева наплел ей в день рождения! И она хороша — уши развесила! А все это только холодный расчет и обман!

В этот день Гарт вернулся домой очень поздно. Но Фэй дождалась момента, когда он попрощался с детьми и те отправились спать. Ей не терпелось высказать ему всю правду в лицо.

— Ты что-то сегодня молчаливая, — заметил он.

— Есть о чем подумать.

— О нас с тобой?

— О тебе. Нет никаких «нас» и никогда больше не будет.

Что-то в ее голосе заставило Гарта взглянуть на нее.

— Что случилось?

— Я раскусила всю твою грязную игру, Гарт.

— Фэй, о чем ты? Какая «игра»? Я ни в какие игры не играю.

— Да, ты прав. Я выразилась неточно. Деньги и все, что с ними связано, для тебя вовсе не игра, наоборот, нечто святое, выше семьи и собственной чести!

— Что все-таки случилось? — растерянно переспросил он.

— Я тебе сегодня звонила на работу. Ты забыл бумаги на диване. Но мне сказали, у тебя совещание и беспокоить никак нельзя.

Гарт раздраженно вздохнул:

— Извини. Конечно, они могли бы соединить тебя со мной. В следующий раз…

— Гарт, я не об этом. Я о так называемой «юбилейной встрече».

— Черт!

— Мисс Бейтс попыталась доходчиво объяснить мне мою роль в предстоящем праздничном вечере, которую ты собирался мне навязать. У тебя же теперь такая счастливая, дружная семья.

— Фэй, послушай меня. Я собирался тебе все сам рассказать в нужное время.

— И как же, интересно, ты собирался объяснить своей жене, что решил вернуть ее и детей обратно лишь для того, чтобы использовать их в своих корыстных целях? Браво! Ты замечательно сыграл свою роль: любящий муж, внимательный отец — все это позволило тебе вернуть нас в твой дом как раз в нужное время, чтобы показать прессе счастливую семью. Не удивлюсь, если узнаю, что ты заранее продумал каждый свой ход! В логике тебе не откажешь. Как действительно докажешь журналистам, что у тебя рай под крышей, если все близкие живут в другом доме? А так — пожалуйста, любуйтесь!

— Ты не даешь мне и слово вставить! Все совершенно не так, как ты думаешь…

— Гарт, откуда тебе знать, о чем я думаю! Если бы знал, то у тебя бы сердце в пятки ушло.

— Поэтому я тебе ничего и не говорил раньше. Я так и предполагал, что ты все неправильно поймешь. И никакой это не продуманный план. На самом деле все произошло с точностью до наоборот: это ты навела меня на хорошую идею.

— Ну конечно, так я тебе и поверила…

— Но это правда! Я уже давно мучился, размышляя о рекламе строительства семейных домов, — и вдруг, когда ты рассуждала о нашей десятой годовщине, все встало на свои места.

— И ты воспользовался этим.

— Да. Сама знаешь, что я люблю хорошую идею воплощать в жизнь. Ты решила проблему, над которой я долго ломал голову, грех было этим не воспользоваться.

— Даже если все было именно так, как ты утверждаешь, мне от этого нисколько не легче. Как ни крути, ни верти, а я для тебя всего лишь приложение к бизнесу. Кому рассказать, не поверят: жена пришла поговорить о разводе, о будущем детей, а муженек радуется, что нашел удобное решение для своей рекламной кампании. Интересно, а чего ты добивался, когда целовал меня? Проводил зондирование почвы?

— Как ты можешь так говорить! — возмутился Гарт. — Поцелуй был настоящим. Мы оба это знали.

— Ничего подобного! С твоей стороны это был очередной ловушечный ход. Сплошной театр! Комедия пополам с трагедией.

Гарт побледнел. И в его глазах появилось нечто такое, чего Фэй никогда прежде не видела.

— Хочешь я тебе докажу, что ты не права? — тихо спросил он.

— Нет. Ни сейчас, ни позже. Я догадываюсь, что ты задумал, но я никогда не буду тебя больше целовать, Гарт. Все кончено. Если и была хоть какая-то надежда, что мы сможем снова жить вместе, то эта твоя игра ее добила окончательно. Я буду настаивать на разводе, чего бы мне это ни стоило.

— Хорошо, — сказал он неожиданно. — Я тебе его дам.

— Что? — не поверила она своим ушам.

— Я предлагаю тебе сделку. Ты живешь здесь еще несколько недель, пока я не разберусь с рекламной кампанией, играешь в мою «грязную игру», если ты так уверена, а потом я даю тебе развод, когда ты захочешь.

— Я не верю тебе, — медленно произнесла Фэй. — Ты явно что-то задумал.

— Клянусь, что нет. Легкий развод. Выполню все твои требования. Единственное право, которое я оставлю за собой: право видеть моих детей так часто, как я хочу, и так часто, как они того хотят.

— Естественно. Если ты причинишь им хоть какое-то зло, я этого тебе никогда не прощу.

— О чем ты говоришь, Фэй? Какое зло? Все изменилось, и я изменился. Ты уверена, что я играл, но это не так. Я действительно научился понимать и любить наших детей и, кстати, очень благодарен тебе за помощь. Но мне опять нужна твоя помощь, клянусь — в последний раз. Помоги мне с вечером, больше я у тебя ничего просить не буду.

— А что ты хочешь, чтобы я делала?

— Живи здесь. Пусть все думают, что у нас счастливая семья. И не встречайся с Кендалом Хейнесом.

Фэй горько усмехнулась:

— Понятно. Крошечная деталь, но зато она позволяет тебе запретить мне видеться с моим женихом.

— Не называй его так, — огрызнулся Гарт.

— Но куда мне деться, если это правда. Гарт, ты сегодня так разоткровенничался. И такой щедрый. Но неужели ты и впрямь надеешься, что я снова попадусь на твою удочку? Я собираюсь выйти замуж за Кендала, и тебе не удастся разлучить нас. А может быть, ты пригласишь какую-нибудь актрису? Пусть она сыграет роль твоей жены. Наверняка ей она удастся лучше, чем мне.

— Ты не оставляешь мне шансов, — горько сказал Гарт.

— Зато мне так безопаснее, — огрызнулась Фэй и, не дав ему ответить, отправилась в сад, где могла найти уединенное место. Она села на пенек и взглянула на прекрасное высокое небо, дышавшее покоем и умиротворением. Господи! Ну почему она так несчастна!

Фэй знала, что Гарт наблюдал за ней, когда она отъезжала от дома. Он не мог не догадаться, куда она поехала, но она и не собиралась скрываться от него и заботиться о его чувствах.

Кендал внимательно выслушал ее.

— А ты уверена, что после он даст развод? — спросил он.

— Он так сказал. Но кто его знает.

— Я думаю, он сдержит свое слово. Признаться, я не очень-то люблю твоего мужа, но мне кажется, что в таких случаях ему можно верить.