Джоанна Флюк - Убийство в сахаре

К счастью, Делорес все поняла и быстро сказала:

— Ненавижу торопить уходящих гостей, но я знаю, как сильно ты занята, моя дорогая. Я просто хотела познакомить тебя с Уинтропом. Во время рождественской недели у вас будет время узнать друг друга поближе.

— Конечно, — отозвалась Ханна, стараясь не скрежетать зубами. Уинтроп, оказывается, проведет рождественскую неделю вместе с ними. Мило, ничего не скажешь. — До встречи, мама. Уинтроп. Держу пари, я вас очаровала.

Моя дочь такая шутница, представила Ханна следующую реплику матери. Хорошо бы сейчас вернуться и как следует расспросить Уинтропа о его подлинных намерениях. Усилием воли Ханна сдержалась и вместо этого решила отыскать сестру. Андреа сидела возле Мартина и Брэнди. На лице у нее было самое приятное выражение, какое может изобразить отчаянно скучающая чересчур беременная женщина. Ханна махнула ей рукой: жест означал, что вскоре она сменит Андреа на посту, а потом они смогут обменяться впечатлениями о Уинтропе. Андреа согласно кивнула. Сестры всегда понимали друг друга без слов. Этим они были обязаны своей матери, которая всегда оставляла последнее слово за собой.

Ханна взглянула на дверь кухни: Эдна отчаянно махала ей рукой. Пора было накрывать столы. Она поспешила на кухню, и через считаные секунды, получив указания от Эдны, уже тащила в зал огромное блюдо. Когда накрыли стол с закусками и Норман его сфотографировал, мэр Баскомб объявил начало ужина. Стол окружила толпа: послышались восторженные охи и ахи гостей, дегустирующих Рулетики со Шпинатом, Поспешный Паштет, Закуску к Фиесте и Пирог с Икрой. Стол ломился от десятков закусок. Чего здесь только не было! Запеченный Бри, Грибы-Нелегалы Билла Джессапа, Закуска из Сельди от миссис Кнудсон и Морская Закуска, рецепт которой принадлежал Кэрри Роудз.

Ханна положила на тарелку кусочек своего Киша[10] со Шпинатом (основных блюд и так было много, поэтому Эдна разрезала его на множество тонких кусков и подала на блюде как закуску) и отправилась выручать сестру. Андреа пробовала закуски вместе с Мартином и Брэнди.

После знакомства и поздравления новобрачных Ханна предприняла решительную попытку завести светскую беседу с Брэнди:

— У вас красивое платье.

— Знаю. Мартин сказал, я могу выбрать все, что захочу. Кажется, трех ноликов в счете он не ожидал.

Ханна усилием воли изобразила на лице вежливую улыбку. Три нуля — это как минимум тысяча долларов. Небольшой бизнес Мартина приносил скромные доходы, а ему еще нужно было заботиться о двух детях.

— Наверное, после Лас-Вегаса Лейк-Иден кажется непривычным.

— И не говорите.

Ханне захотелось немедленно повторить свое замечание. По крайней мере, это было бы хоть какое-то продолжение разговора. На самом деле ей не терпелось узнать, почему Брэнди вышла за Мартина, но о таком спрашивать не принято.

— Ну а вы замужем? — спросила Брэнди, разглядывая руки Ханны. Колец на них видно не было.

— Нет, — ответила Ханна. Повисло молчание. Ханне вдруг захотелось понести какую угодно околесицу, лишь бы нарушить эту тишину. — Наверное, я еще не нашла своего мужчину.

— Бросьте, какие здесь могут быть мужчины. Для незамужней, особенно в вашем возрасте, жить в таком городишке — все равно что хоронить себя заживо. Только не обижайтесь. Вы симпатичная, и потом, некоторым мужчинам нравится, когда женщина выглядит так… естественно. Если хотите, могу познакомить вас в Вегасе с настоящим мужчиной.

Ханна нахмурилась. При мысли о том, с каким мужчиной ее может свести Брэнди, ей стало нехорошо, и она быстро сменила тему:

— А со своими сыновьями Мартин вас уже познакомил?

— Нет. Я, вообще-то, к детям равнодушна. Еще повезло, что у него мальчики. С мальчиками мне как-то проще ладить.

Могу поспорить, подумала Ханна, но вслух ничего не сказала. Разговаривать с Брэнди было все равно что тащить из болота бегемота. Только продвинешься вперед на пару дюймов — и снова плюхаешься в грязную жижу.

— А это кто? — Брэнди указала на соседний столик.

— Кто именно?

— Вон тот парень в безвкусном рождественском галстуке. У него какое-то знакомое лицо.

— Это наш мэр, Ричард Баскомб.

— Такое чувство, что я его где-то встречала. Но имя незнакомое.

Ханна кивнула. Мысли ее понеслись галопом: пару месяцев назад мэр как раз летал в Лас-Вегас на конференцию. Если у него там завязался романчик с Брэнди, вряд ли он представился своим настоящим именем.

— Вы меня извините? Мне нужно кое-что сказать Марти.

Брэнди повернулась к Мартину, и Ханна облегченно вздохнула. Теперь она могла наконец-то поговорить с Андреа.

— Билл наконец пришел? Я думала, он успеет к началу ужина.

— Он мне только что звонил. Межокружной встрече шерифов конца-краю не видно, так что его еще долго не будет.

Брэнди похлопала Андреа по руке.

— Мартин мне сказал, что ваш муж — местный шериф. Вообще-то, я не хотела спрашивать, но вы не знаете, как здесь с преступностью?

— Никакой преступности, — уверенно сказала Андреа, и Ханна чуть не подавилась пирогом. А как же все те убийства, которые они помогали расследовать Майку и Биллу?!

— Чудненько! Тогда оставлю свою шубу в гардеробе, — Брэнди потрепала рукав небрежно наброшенной на плечи шубы. — Она стоит такую кучу денег, что я не хотела бы оставлять ее без присмотра. Марти, правда, уверен, что беспокоиться не о чем. Надеюсь, хоть в этом он прав…

Ханна ничего не ответила. Кажется, над новобрачным раем сгущались тучи — а ведь со дня свадьбы еще недели не прошло.

— Можете не сомневаться, — улыбнулась Андреа. — Здесь, в Лейк-Иден, никогда не было преступлений. Некоторые даже не запирают входную дверь, когда уходят из дома. Вы заметили рядом с шоколадным тортом серебряную лопатку для торта?

— Да, когда стояла в очереди за закусками. Очень милая. Особенно разноцветные стеклышки на елочке.

— Это драгоценные камни. Тот большой на верхушке — бриллиант, а те, что поменьше, — сапфиры, рубины и изумруды. Лопатка антикварная и стоит не одну тысячу долларов.

— И… она так запросто лежит здесь на столе? На нее никто даже внимания не обращает.

— Ну да, — Андреа метнула взгляд на лопатку, чтобы убедиться в своей правоте. — А уж за шубу тем более незачем беспокоиться. В Лейк-Иден живут самые честные люди на свете.

Когда Брэнди снова отвернулась к Мартину, Ханна похлопала Андреа по плечу.

— Если Билл задержится, вас с Трейси может отвезти домой Майк.

— В своем «хаммере»? — просияла Андреа. — Здорово! Трейси сказала, что в нем сильно трясет. Вдруг это мне поможет, как маме Лайзы помогала прогулка верхом?