Норма Бейшир - Драгоценный камень

– Скажи, пожалуйста, – спросил Джордан за обедом, – в твою личную жизнь посторонним по-прежнему вход воспрещен? Помнишь, когда я прежде пытался задавать тебе об этом вопросы, ты неизменно отвечала, что это не мое дело.

– Насчет того, что это не твое дело, неправда. Я так не говорила… – Слоун избегала смотреть ему в глаза.

– Значит, я ошибался.

Она отложила вилку.

– А что, у тебя есть вопросы?

– Расскажи лучше для начала что-нибудь сама.

– А собственно, и рассказывать-то нечего. – Слоун опустила глаза. – Я родилась и выросла в Чикаго. В средней американской семье. Понимаешь? Совершенно обычная, ничем не примечательная жизнь. Заурядные родители, такой же младший брат и такая же собака…

– …заурядный муженек, – продолжил он.

Слоун покачала головой:

– А вот заурядного муженька не было. По этой части вообще никого не было.

– А сын? Ты купила его в универмаге «Сирс»?[7] – осведомился Джордан, чувствуя, как между ними нарастает напряжение, и пытаясь его разрядить.

Она подняла на него глаза и слабо улыбнулась:

– К сожалению, я не купила его. А жаль, лучше бы было так.

– И что же это означает? – настаивал Джордан.

– Это означает, что Тревис – единственное хорошее из того, что произошло со мной в Чикаго. Я никогда не считала его появление следствием какой-то ошибки. А вот в случае с его отцом…

Джордан, помолчав, спросил:

– Значит, история твоей жизни не вполне повторяет сказку о Золушке?

– Пожалуй, больше похоже на «Челюсти».

Он потянулся через стол и накрыл ее руку своей.

– Ты что, не веришь в счастливые концы?

– Почему же, верю, – грустно ответила Слоун. – Но только в кино и книгах.

– Волнуешься?

Они лежали в постели. Уже поднималось солнце, обозначая начало нового дня. Необычного дня. Сегодня игрался финальный матч «Золотого кубка».

«Возможно, это последний день, который я проведу с тобой, Джорди».

Он нежно прижал ее к себе и улыбнулся:

– Неужели с тобой можно не волноваться?

– Глупый! – Она шутливо ударила его по плечу. – Я имела в виду предстоящий матч!

– Знаю, что ты имела в виду. – Джордан слегка куснул ей мочку уха. – Но я о другом. – Его рука под одеялом блуждала по ее телу.

Слоун усмехнулась:

– А мне всегда казалось, что спортсмены перед ответственными матчами этим не занимаются. – Его губы скользнули вниз по ее шее, к ключице, и дальше вниз, к грудям. Их ноги переплелись под одеялом. – Я думала, что это снижает выносливость.

– Спасибо за заботу, но с выносливостью у меня пока все в порядке. – Джордан хрипло засмеялся, поднял руку к ее грудям и кончиком указательного пальца провел линию в глубокой ложбинке между ними. – С тех пор как мы приехали сюда, я играл почти каждый день. Разве ты заметила, что я был каким-то измотанным?

Слоун погрузила пальцы в его волосы.

– Не то чтобы заметила…

«Что я сделала не так? Ведь я думала только о том, чтобы провести лишь уик-энд, один прекрасный, чувственный уик-энд с мужчиной, который мне понравился с первого взгляда. Но то, что я чувствую к нему сейчас, куда больше, чем обычное сексуальное желание. Это что-то другое…»

Слоун тщетно пыталась разобраться в своих чувствах, но ничего не получалось, потому что прежде она такого никогда не испытывала.

«Неужели опять, как на лабораторных занятиях по химии в школе, я смешала не те реактивы и получилась гремучая смесь?»

В финале встречались команды США и Англии.

Джордан и Макс Киньон боролись за мяч, но его перехватил Ланс Уитни и послал к воротам. Слоун, сидя в ложе рядом с Габи, с замиранием сердца наблюдала за игрой в мощный бинокль и при каждом их столкновении невольно вскакивала на ноги.

– Это уже не очень похоже на спортивную игру, кажется, будто они хотят убить друг друга. – Она медленно опустила бинокль.

– Я же тебе говорила – когда Джорди и Макс на поле, идет самая настоящая война. – Габи глотнула белого вина. Белое платье без рукавов удачно контрастировало с ее смуглой кожей, к тому же еще и загорелой. – Я с тобой согласна – смотреть на это неприятно.

Слоун подняла глаза:

– И все это из-за Джилли?

Габи покачала головой:

– Полагаю, Джордан вообще здесь ни при чем. – Она поставила свой бокал на стол. – Это все Макс. Он вбил себе в голову, что Джилли хочет вернуть Джордана, и страшно ревнует. Но дело в том, что Джордан и не помышляет возвращаться к ней.

«Возможно, Макс не так уж и не прав», – подумала Слоун, вспомнив сцену, подсмотренную в конюшне.

– Макс просто рехнулся на своей жене. Он уверен, что каждый мужчина только и мечтает затащить Джилли к себе в постель. – Габи лукаво улыбнулась. – Проблема в том, что, видимо, в основном так оно и есть.

Слоун снова начала наблюдать за игрой. Темп заметно нарастал, и англичане как будто начали уступать. Два зафиксированных нарушения правил позволили американцам сделать два штрафных удара, один с линии сорока ярдов, другой – с шестидесяти. И все же к тому времени, когда удар гонга возвестил, что до конца третьего периода осталось тридцать секунд, английская команда вела с перевесом в два очка.

Слоун опустила бинокль, поднялась и оправила свое сапфирово-голубое льняное платье.

– Куда ты собралась? – спросила Габи.

– Подожду Джорди у линии заграждения. Его нужно приободрить.

Габи иронически улыбнулась:

– Подбадривай, но только словами. Иначе потом не избавишься от лошадиного запаха.

– Этот паразит жаждет крови, – прохрипел Джордан, спрыгнув на землю у линии заграждения. Передав поводья конюху, он упругой походкой опытного наездника направился к Слоун. Стащив по пути шлем, Джордан прошелся пятерней по влажным, слипшимся волосам. Его разгоряченное лицо было покрыто испариной. Слоун тщательно вытерла Джордана влажным холодным полотенцем, а затем протянула ему бокал с холодным чаем.

– Трудно пришлось?

– Чертовски! Мы чуть не сцепились по-настоящему. – Он допил чай и поставил бокал на крышку переносного холодильника. – Этого сукина сына следовало бы подвесить за задницу.

Слоун не ответила, потому что отгоняла назойливых слепней.

Джордан посмотрел на нее и засмеялся:

– Слепни замучили? Я тебя понимаю, в это время они здесь особенно злые.

– А тебя они совсем не беспокоят?

Джордан широко улыбнулся.

– На нас, дорогая, – он указал на игровое поле, – эти твари внимания не обращают. Наверное, мы кажемся им невкусными по сравнению с такими «деликатесами», как ты, например.

Слоун поморщилась и налила ему и себе по бокалу холодного чая.

– Мне бы следовало быть к этому готовым. – Джордан взял бокал.