Агония Иванова - За чужие грехи

Он повалил Наташу на лопатки.

А что если бы на ее месте действительно была младшенькая?

Она, наверняка бы сопротивлялась… Да она бы была в бешенстве!

Нет, Наташу нужно держать под рукой, с ее помощью можно добраться и до ее сестры… И о чем он думает, о чем он только думает? Нет, уже не думает, в таких случаях разум не играет никакой роли, здесь полная власть животных инстинктов и желаний. И кое-что сейчас он понял точно, так ясно и остро, что ему захотелось поскорее убежать от этой назойливо требующей любви Наташи.

Я хочу Люсю, — мрачно констатировал он, и теперь даже ему самому стало смешно от собственных глупости и легкомыслия.

Глава восьмая

— Ушла? — Владимир словно не веря своим ушам заглянул в комнату, прошел всю квартиру Кира, но так и не нашел следов пребывания Наташи. Его друг все это время стоял, прислонившись к стене коридора и внимательно следя за каждым его движениям.

Он выглядел каким-то неуверенным, уставшим, и Владимир сразу отметил то, что Кира что-то пожирает изнутри, не дает покоя. Таким встревоженным последний раз он видел его очень давно.

— Она не спряталась в шкаф, — зло процедил он, недовольный тем, что друг ему не доверяет.

— Хорошо, — в конце концов согласился тот и оценивающе посмотрел на Кира, — что-то произошло?

— Почему ты так думаешь? — насторожился Кир.

— Ты чем-то обеспокоен, — заметил Владимир.

— Нет, ничуть.

— Ты врешь, — пресек Владимир, — прекрати.

За окном сгущались непроглядные серые тучи, где-то далеко гремел гром и над морем сияли стремительные полосы молний. Сильные порывы штормового ветра приносили в квартиру запах залива и свежести, хлопали форточкой, отчего ему было немного не по себе.

— Я идиот! — пожаловался Кир, наконец-то сдавшись, — я полный идиот! Ну, как можно так влипнуть?! Я хочу Люсю!

— Люся? Кто такая Люся? — растерянно переспросил Владимир, готовившийся уже услышать что-то вроде раскаяния за эти жестокие игры с Наташей или хотя бы желание все исправить, пока не поздно.

— Ну, мелкая. Коротышка. Сестра Наташи, — упавшим голосом пояснил Кир и достал пачку сигарет из кармана брюк, но не закурил, стал вертеть ее в пальцах, — понимаешь? Ей пятнадцать лет! А мне сколько?! Мне тридцать пять! — жалобно заявил он.

— Ты что, правда, чокнутый!? — разозлился Владимир, — что ты такое несешь!? Может быть, ты остановишься уже?! Поигрались и хватит!

— Ты не понимаешь, — возразил Кир и все-таки достал сигарету и закурил, давясь дымом так, словно делал это впервые, — все серьезно! Я как помешался! Я не могу, я все время об этом думаю теперь… Я сдохну, если не…

Он не успел договорить, потому что его прервал сильный и резкий удар Владимира прямо в лицо, совершенно неожиданный. Он замолчал как-то растерянно, даже выронил сигарету на паркет, но торопливо потушил ее. Ему очень хотелось сейчас же дать сдачи, но что-то его останавливало.

— Ты правда что ли не понимаешь? — холодно спросил Владимир, ничуть не чувствуя себя виноватым.

— Я понимаю только одно! Что я чертовски ошибся, и мне вообще не нужно было связываться с этой дурой Наташей! Это все ты, ты! Почему ты не сказал мне сразу выбрать Люсю?! — Кир нашел повод для того, чтобы достойным образом ответить. Он уже замахнулся для удара, но не успел этого сделать — зазвонил телефон.

Он отпустил друга, быстро пошел в комнату, по дороге закуривая вторую, уже более удачливую, сигарету.

Но, послушав, что говорит собеседник и, бросив ему пару фраз, он вернулся разочарованный.

— Одевайся. Мы едем к Тихомировым, — вдруг скомандовал Владимир, до этого напряженно смотревший на темно-серые небеса.

— К кому? — переспросил Кир.

— Ну… мои друзья, я тебе о них рассказывал, — без особого энтузиазма пояснил друг, идя в прихожую и набрасывая свое полупальто, которое он теперь застегивал на все пуговицы, потому что осень вступала в свои права, — у Лени день рождения, он устраивает что-то вроде… приема? — Кир уныло поплелся за ним, не выпуская из зубов сигареты.

— А чего я там забыл? — проворчал он.

— Они интересные люди, — словно не услышав вопроса, бросил Владимир, а потом обернулся на него и сказал тихо и как-то зло, — и когда ты находишься в моем поле зрения, мне куда легче проследить, чтобы ты ничего не натворил…

— Спасибо за заботу, мамуля, — буркнул Кир и тоже одел пальто.

Ангелина не любила шумных скоплений народа и сейчас, среди всех этих суетящихся, казалось бы, знакомых и «дорогих» людей она чувствовала себя неуютно. Впрочем, виновник торжества сегодня тоже был печален, ведь Вера с ее ненаглядным супругом оказались заняты и не удостоили их своим присутствием.

Ангелина с раздражением думала о своей сопернице, зная о ней только из чьих-то рассказов, но при этом ее все меньше волновала неверность мужа, она не боялась его потерять, скорее мучалась чувством нанесенной ей обиды.

— Я хочу домой, — в конце концов пожаловалась она Леониду плаксивым голосом, — ну зачем я тебе здесь?

— Давай мы хоть немного побудем нормальной семьей, хотя бы в мой день рождения?! — раздраженно откликнулся он. Она хмыкнула и не сказала больше ни слова, вцепившись в его руку.

— Геля, вот познакомься… — за этот вечер эта фраза, сказанная тысячу раз начала бесить Ангелину так, что ей хотелось закричать, — это мой друг Владимир и…, - ее не особенно интересовали подоспевшие друзья мужа, и она уже было, хотела вежливо кивнуть и исчезнуть, как почувствовала на себе чей-то тяжелый и внимательный взгляд.

— И Кирилл, да? — Леонид на мгновение растерялся.

— Кир, — сердито поправил спутник Владимира, с которым Ангелина была мельком знакома и никогда не интересовалась им как человеком, находя его скучным. В его друге же чувствовалось что-то другое — злое и противоречивое, и в тоже время обаятельное. Еще он чертовски скучал здесь и чувствовал себя лишним, что не стеснялся показывать, и поэтому Ангелина неожиданно нашла в нем родственную душу.

— Извини, — нахмурился Леонид, и поспешил представить ее, чтобы разрядить накалившуюся обстановку, — это моя жена Геля.

Взгляды Кира и Ангелины, одинаково внимательно разглядывавших друг друга случайно встретились и женщина смутилась. Что-то ее настораживало и от этого ей еще больше хотелось уйти. Но при этом ей было интересно и теперь хотелось остаться.

— О, какие-то незнакомые лица, — из душного полумрака кафе вдруг появилась Юля, низкая, тонкая, похожая на куклу со своими ровными светлыми волосами и большими ярко подведенными наивными глазами, и повисла у Ангелины на плече, больно впившись пальцами в кожу.