Пенни Винченци - Жестокий роман. Книга 1

— О нет, нет, Уильям, — возразила она. — Все в порядке. Я ничуть не расстроилась, — Каролина оценила этот благородный поступок. Уильям проявил необыкновенную доброту, особенно при сложившихся обстоятельствах. Она была безмерно польщена, но…

Он сразу обо всем догадался. Каролина, конечно же, не любила его и поэтому не хотела выходить за него замуж. Какой же он дурак, что предложил ей это! Только поставил обоих в неловкое положение. Уильям опустил голову и налил себе еще немного бренди.

Каролина встала с кресла, подошла к нему и положила руку ему на плечо.

— Уильям, — начала юна, — я так благодарна тебе.

Ты же знаешь, что я очень уважаю тебя, но… — Не успела она закончить свою фразу, как вдруг почувствовала, что по ее ногам что-то течет, — Господи! — закричала она. — Воды отходят!

— Да, — спокойно отозвался он, — но не тревожься. Это значит, что скоро начнутся роды. Надо немедленно позвонить в больницу, чтобы за тобой приехали.

Самая большая опасность для тебя — это инфекция.

— Уильям, — Каролина удивленно взглянула на него, — откуда ты все это знаешь?

— Я с этим уже сталкивался, — ответил он, выходя из гостиной. — Случайное стечение обстоятельств, не более того. У тебя в любой момент могут начаться схватки, но сначала они не должны быть слишком болезненными.

— Уильям! — Пока он ждал ответа телефонистки, Каролина подошла к нему и накрыла ладонью его руку. — Уильям, я очень хочу выйти за тебя замуж, если ты сказал это серьезно.

Каролина не думала, что роды так болезненны. Она почему-то надеялась, что когда проснется, все будет позади. Однако схватки продолжались долго, и она кричала от боли, хотя у ее изголовья стоял Уильям Хантсртон и старался успокоить ее.

Врач предложил ей общую анестезию, но Каролина отказалась, ибо это пугало ее больше, чем родовые схватки. Она боялась умереть от удушья, уснуть и больше не проснуться.

— Я не могу тужиться, — говорила Каролина акушерке, — не могу. — Она очень устала, так как схватки продолжались уже восемнадцать часов.

— Ты все сможешь, — строго убеждала се акушерка. — Женское чутье подскажет тебе, что нужно делать. А сейчас попытайся расслабиться. Ты слишком утомлена, а впереди еще долгий путь.

— Долгий путь? — с ужасом спросила Каролина. У нес даже голос сорвался от страха и боли. — Сколько же еще? Сколько еще мне мучиться?

— О, еще час, а может, и два, — ответила акушерка, снисходительно улыбнувшись. — А теперь будь умницей, надень эту маску и немного подыши. Ты сразу почувствуешь облегчение.

— Нет, не хочу, — упорствовала Каролина. — Лучше уж умереть, — стонала она, отталкивая маску. — Лучше смерть, чем эта страшная боль.

— Что за глупости, — возразила акушерка. — Все женщины так говорят. А когда ребенок родится, ты почувствуешь себя совсем иначе и сразу забудешь обо всем тяжелом.

Каролина родила дочь, и маленький комочек спокойно лежал рядом с ней. Каролина с невыразимой нежностью смотрела в ее темно-голубые глаза, гладила маленькую головку и беспрестанно целовала крохотные пальчики, обливаясь слезами от умиления и нежности к только что появившемуся на свет младенцу.

— Тебе повезло, что это девочка, — строго сказала акушерка. — В семьи их всегда берут с большим удовольствием.

Эти слова вернули Каролину к жестокой действительности. Она сжалась от страха за ребенка и почувствовала к нему трепетную любовь. Ничего не ответив акушерке, она прижалась щекой к крохотной головке своей дочери. Ее охватило пронзительное чувство радости, отравленное предвкушением несчастья.

Когда за девочкой пришли, Каролина, сидя на кровати, прижимала ее к груди. Она просидела так всю ночь, не желая терять ни единого мгновения перед вечной разлукой с ребенком. Она гладила маленькую головку, прижимала ее к сердцу, ритмично покачивалась, баюкая девочку, и с жадностью вдыхала непривычный запах младенца. Один раз Каролина распеленала девочку и долго рассматривала крошечное тельце, словно желая запомнить дочку на всю жизнь.

Запеленав ребенка, Каролина покормила его и стала не спеша расхаживать по палате. Она никак не могла смириться с мыслью, что через несколько часов придут чужие люди и заберут ее дочь. Когда наступило утро и она услышала за дверью шаги, ее охватил панический страх. Если бы могла, она убежала бы куда глаза глядят.

Но бежать было некуда.

— Доброе утро, миссис Миллер, — сказала заведующая больницей. — Как вы себя чувствуете? Я слышала, что вчера вечером вам пришлось немного попотеть.

Ну ничего, все уже позади. Хочу познакомить вас с миссис Джексон. Она представитель Общества приемных детей и пришла сюда забрать ребенка. Я оставлю вас наедине. Думаю, вам есть о чем поговорить. Скоро я вернусь. А пока вы можете удостовериться в том, что у нас родился прекрасный ребенок и к тому же девочка.

Это настоящая удача, не правда ли, миссис Миллер?

— Да, — покорно ответила Каролина дрожащим голосом.

— Ну что ж, отлично. Если я вам понадоблюсь, вызовите меня звонком.

— Хорошо. — Каролина легла на подушку и молча посмотрела на миссис Джексон. Девочка слегка зашевелилась. — Я хочу знать, куда ее увезут.

— О нет, — покачала головой миссис Джексон, — я не могу сказать вам этого. Мы не посвящаем мать в такие дела. Так лучше и для нес, и для ребенка.

— Вы уверены в этом?

— Конечно, это самый лучший выход из положения — для вас и для вашей дочери. Вы должны забыть обо всем раз и навсегда. Да, это очень печально, — добавила она, — но другого выхода нет. Вам следует подумать о будущем ребенка.

— Вы правы, — согласилась Каролина. — А как насчет бумаг?

— Кое-что вы должны подписать сейчас, — пояснила миссис Джексон. — Ребенка отдадут приемным родителям, и мы будем внимательно следить за этой приемной семьей. Если все пойдет хорошо и у нас не возникнет серьезных претензий к родителям, вам придется подписать еще некоторые бумаги. Но это произойдет через несколько месяцев. Я уже объяснила вам это.

— Означает ли это, что до того момента я могу изменить свое решение? — спросила Каролина с надеждой.

— Разумеется, нет, — отрезала миссис Джексон и настороженно посмотрела Каролине в глаза. Она очень надеялась, что эта молодая и явно чувствительная женщина не доставит неприятностей приемным родителям. Иногда истерички превращают их жизнь в настоящий ад. — Не можете же вы явиться в их дом и забрать ребенка.

— Нет, — едва слышно сказала Каролина. — Нет, конечно же, нет. Но…

Миссис Джексон тяжело вздохнула:

— Итак, если у вас нет возражений, подпишите вот это…