Где кончаются нервы - Мари Секстон

- На этот раз без автомобильного аккумулятора?

- Пока нет. - Он рассмеялся. - Ты просто немного расслабишься с помощью нескольких игл, а потом я переверну тебя лицом вниз, чтобы провести электростимуляцию лопаток.

«Шоковая терапия» подумал я.

- Не могу дождаться.

Майкл только усмехнулся.

Он, должно быть, всадил больше дюжины игл, и они не были сосредоточены на моем плече. Руки. Ноги. Две у меня на голове. Видимо, это как-то связано с успокоением печени и работой желчного пузыря. Я слушал его объяснения вполуха; его пальцы были на мне, и никакие разговоры или втыкание острых предметов в мою кожу не могли отвлечь меня от них. Я почти не чувствовал уколов. Когда он осторожно раздвинул мои волосы, по моим нервным окончаниям пробежал электрический разряд, и мне было все равно, увидит ли он, как я покрываюсь гусиной кожей. Пока я мог сдерживать себя от того, чтобы заметно возбудиться, у меня все было хорошо, и каким-то образом я оставался спокойной в этом плане.

На самом деле, я был спокойнее, чем когда-либо за долгое время. Да, я ощущал его присутствие и его прикосновения, но... спокойный. Расслабленный. Никогда не думал, что буду чувствовать себя так, хотя, наверное, выглядел как подушечка для булавок, но после прошлой ночи я смирился.

Я смутно осознавал, что Майкл двигается рядом со мной. Он встал - очевидно, он сидел? Черт, я сбился со счета и отошел от стола.

- Удобно? - спросил он.

- Очень. - Всего одно слово, и мне потребовалось невероятное усилие, чтобы выговорить его. - Могу заснуть.

- Хорошо. Я вернусь минут через двадцать.

Он приглушил свет, пока не превратился в невыразительный силуэт на фоне стены. Когда он открыл дверь, из коридора хлынул яркий холодный свет, осветив его на мгновение, прежде чем он вышел. Дверь за ним захлопнулась, и в комнате снова стало почти темно.

Мои веки отяжелели, поэтому я позволил глазам закрыться.

Какое-то время я то приходил в себя, то отключался. То ли дремал, то ли позволял своим мыслям блуждать. Сначала я старался лежать как можно тише, потому что не мог вспомнить, где были все иглы, но вскоре у меня все равно пропало желание двигаться. Мне было слишком комфортно. Слишком расслабленно.

И пока я наслаждался этой мирной сонливостью, мои мысли вернулись ко всему, что мы с Майклом обсуждали ранее. Хотя сама мысль о деньгах могла бы легко свести на нет все это расслабление, на этот раз этого не произошло.

Я уже не чувствовал себя таким жалким неудачником, когда понял, что не я один испытываю трудности. Или это, или просто в этой лодке было достаточно места для всех нас.

Мои глаза распахнулись. Майкл был в такой же ситуации, как и я. Едва сводя концы с концами, борясь с прожиточным минимумом.

Что, если...

Что бы подумал гетеросексуальный парень о жизни с геем? Что бы я подумал о жизни с потрясающим сексуальным парнем, к которому я не мог прикоснуться? Тем не менее, отчаянные времена, как правило, требуют отчаянных мер, и привлечение незнакомцев в качестве соседей по комнате квалифицировалось как отчаянная мера. Переезд такого парня, как Майкл, в мой дом, возможно, и не сильно облегчит сексуальную неудовлетворенность, но, несомненно, немного уменьшит боль от вида моего банковского счета.

У меня было свободное место. С тех пор как Уэс уехал, комната для гостей вообще не использовалась. Единственными ночными гостями, которые у нас бывали, были его родители, которые приезжали к нам каждые пару месяцев, и я почти не заходил в свой домашний офис теперь, когда у меня был ноутбук. Я мог бы легко освободить эту комнату для Майкла или его сына.

Майкл не знал меня с детства, но он знал Сета. Сет мог поручиться за нас обоих, по крайней мере, настолько, чтобы убедить друг друга, что мы не убийцы с топором. Хотя, зная Сета, он нашел бы какой-нибудь способ использовать силу своего одобрения против нас.

Стук в дверь вернул меня к действительности, и в комнату вошел Майкл. Он закрыл за собой дверь и медленно включил свет, пока я не смог разглядеть его черты.

- Все в порядке? - он спросил.

- О, да.

- Хорошо. Но я все равно хочу сделать электростимуляцию.

- Ты и твой автомобильный аккумулятор.

- Ты же меня знаешь. - Майкл рассмеялся.

Хотел бы я.. .

Он сделал лампочку чуть ярче и осторожно вынул все иглы.

- Давай, ложись лицом вниз. Но садись медленно и дай мне знать, если у тебя закружится голова.

Я повиновался, стараясь не шевелить плечом, хотя, выпрямившись, понял, что это не очень больно. Оно ныло и было неприятно сдавленным, но худшее определенно миновало. Я наклонил голову в одну сторону, затем в другую, прежде чем осторожно пошевелить плечом. Да, туго и ноет, но не мучительно.

Затем я лег лицом вниз на стол, положив голову на подушку в форме пончика.

- Так удобно? - спросил он. - Не больно твоей шее или плечу?

- Все в порядке.

- Просто дай мне знать, если тебе понадобится подвинуться.

Открывался и закрывался выдвижной ящик, шуршал пластик. Наверное, упаковки от шприцев. Потом одна порвалась, что очень похоже на обертку от презерватива.

Не думай в эту сторону , Джейсон. Не думай .

Когда он ввел первую иглу, я подавил дрожь; такие привлекательные мужчины не должны работать руками. Нет, забудь об этом. Они должны. Они обязаны это делать. На самом деле…

Игла ужалила сильнее, чем я ожидал, и я подпрыгнул, ругаясь сквозь стиснутые зубы.

- Ты в порядке? – спросил он.

- Да. Обычно они так не болят.

- Если мышца особенно чувствительна, могут, - сказал он. - Как ты себя чувствуешь сейчас?

- Все еще болит, но не так сильно.

- Если станет невыносимо, дай мне знать.

- Идет.

Пока он продолжал работать, я прикусил нижнюю губу и