Богатый, сильный, одинокий: Новая Игра - Ксения Черногорская

хорошо. — кивнул Евген. — Но ты не знаешь, что там тебе запудрят мозги ещё круче и в итоге ты всё сольёшь и ещё принесёшь. Точнее, не знала. Теперь знаешь. Предупреждён — значит вооружён. Слыхала такую поговорку?

— Слыхала, — ответила я.

— Так вот. Делай те же самые ставки. Всё то же самое. Но включи туда ещё и мои бабки. Ты по минимуму собиралась играть? 10 у. е на событие?

— Да.

— Ставь 30. В процентном соотношении это то же самое. Ничего не изменится, кроме сумм. Я готов рискнуть. Ничего с тебя не спрошу. Проиграешь — значит проиграешь. Я столько денег слил, что мне плевать, если не выгорит за этот раз. Но если выгорит — значит свобода. Понимаешь? Я всё равно добьюсь того, чтобы перестать быть их рабом. Просто с тобой — могу быстрее. Это просто удача, что я тебя встретил! Я не буду требовать с тебя денег, если ты сольёшься. Но я уверен, что ты выиграешь. Люси прокачала тебя так, чтобы ты выиграла. Это их схема. Потом ты им доверяешь по прежнему, а они наоборот — вводят тебя в заблуждение и ты сливаешь всё. Но уже подсевшая на Игру в качестве Игрока. А это совсем другое. Не то же самое, что осторожно сыграть разок и слиться. Понимаешь?

— Понимаю, — ответила я.

— Короче. Смотри. Я перекидываю тебе через полчасика бабки. Ты их заливаешь на игровой счёт. Играешь ровно так, как сказала тебе Люси. Не отходи от её рекомендаций в сторону. Кроме одного исключения. Я буду подавать тебе условные сигналы в игровом тайме. Следи внимательно. Если я потёр ноздрю — значит я уверен в том, что мне не откажут. Это сигнал будет специально для тебя. Плевать на соотношение. Ставь смело — выиграешь наверняка. Если буду чесать затылок — ну знаешь типа удивился или раздумываю над чем-то — значит "Пока не ставь, подожди". Даже если будешь думать, что ставка на событие выгорит. Сколько у тебя денег в Игре?

— Миллион, — сказала я.

— Хорошо, — кивнул Евген. — Если поднимешь тридцать лямов или больше — ты полетишь на Остров. Знаешь это конечно?

— Да, знаю.

— Ну так вот. Бал начнётся не сразу после игрового тайма и у тебя будет время для того, чтобы перекинуть мне бабки. Ровно то, что я тебе дал, ровно в том увеличении, которое получилось. Если будет меньше — значит меньше. Но и ты на этом подзаработаешь, конечно. Твои — двадцать процентов от моих суммы и выигрыша. Одна пятая. Крутой процент, согласись.

— Да, — сказала я. — Крутой.

— От двадцати лямов это четыре ляма. Врубаешься? Твои чистые. Четыре, мать его, ляма!

— Да, звучит здорово, — сказала я. — Но есть одно "но".

Тускло освещённые синим светом глаза в прорезях маски сощурились.

— И какое же? — спросил Евген.

— Люси знает на какую сумму я собираюсь играть.

— И что? — не понял он. — Она разве может увидеть твой счёт?

— Ну, а вдруг? — сказала я. — Я же не объясню, откуда у меня на счёте ещё два миллиона рублей.

На самом деле я так не думала. Потому что Люси очень чётко дала мне понять, что предпочитает делать ставки в одиночестве. Но брать два миллиона рублей от человека, которого я знала, как ловкого прохиндея-обольстителя и который однажды уже наврал мне с три короба с самым честным видом, мне как-то не хотелось.

— Слушай, ну привлекла ещё, — возразил он. — Ты же не обязана перед ней за это отчитываться.

— Не обязана, — согласилась я.

— Ты подумай, — настаивал он. — Ты заработаешь четыре ляма, делая то же самое.

— Это если я выиграю, — покачала я головой. — А ведь могу всё слить.

— Не сольёшь, — уверенно сказал он. — У тебя, как минимум два преимущества перед другими игроками. Тебя натаскала Люси, а она опытная и у неё, напоминаю, такая задача. Им нужно, чтобы ты выиграла. И я тебе буду подавать условные сигналы. Подумай, ну что ты теряешь, соглашаясь на моё предложение? Просто выиграешь нам денег. Я бы сам ставил, если бы мог.

— В этом я ни капли не сомневаюсь, — усмехнулась я.

— Ну что, согласна? — спросил он. — Решать надо быстро, а то я не успею перекинуть тебе бабки. Мне нужно будет скоро через тёмную комнату к Фильтру идти, — он поднёс к маске согнутую руку и, задрав лацкан сорочки, глянул на часы. — Чуть больше получаса осталось. Давай решай скорее. Не тяни. Это классное предложение. С деньгами будешь. Ничего не теряешь. Соглашайся.

— Окей, допустим я согласна, — кивнула я. — И представь, что я всё-таки проигралась. Ну, тупая я или перенервничала. Всякое бывает. Дальше что? Будешь с меня долг трясти?

— Не буду.

— Ты мне в это поверить предлагаешь?

— А какие у меня ещё варианты? Тебе расписку надо какую-то дать?

Я на секунду задумалась.

— А давай, — сказала я. — Расписку, да. Так мол и так, безвозмездно дарю Беляевой Юлии Сергеевне два миллиона рублей.

— Дарят по определению безвозмездно, — поправил меня Евген.

— Число и подпись, — закончила я.

— Да эта расписка юридической силы иметь не будет, — сказал Евген. — Мало ли, может ты её подделала. Чем докажешь обратное?

— Тоже верно, — согласилась я. — Ну вот и выходит, что я тупо должна тебе довериться. А у меня, знаешь ли, доверия тебе — ни на грош. Это я тебе без честно, без всяких экивоков, говорю.

— Понимаю, — вздохнув, сказал он. — Учитывая всё то, что тебе про меня наплели.

— А что мне про тебя наплели? — прищурившись, спросила я.

— В смысле, что?

— Да, что?

— Ну, не знаю. Что я игрок в казино, например. Что альфонс.

— А это не так? — поинтересовалась я.

— Не так. Я давно в рулетку не играю. И не живу за счёт женщин.

— А с чего ты взял, что мне говорили про тебя такое?

— Ну… — он замялся.

Я явно поставила его в тупик.

— Чего ты умолк? — спросила я. — С чего ты взял-то, что мне про тебя такое говорили?

— Ну, потому что другим такое про меня говорили. Я и предположил, что тебе тоже так сказали. И, скорее всего, не раз. Чтобы у тебя мнение обо мне сформировалось, как о человеке ненадёжном, которому верить нельзя.

— А тебе типа верить можно? — фыркнула я.

— Можно конечно, — сказал он. — Нет, блин, лучше верить Люси, ага!

— А она меня как-то особо не обманывала, знаешь ли. Если твои слова в расчёт не брать. Она утаивала некоторые вещи и ввела меня в заблуждение на тему того, зачем привела меня в Игру. Но это всё.