Богатый, сильный, одинокий: Новая Игра - Ксения Черногорская

узрела его впервые, он меня даже не знал. С тех пор многое изменилось. И учитывая то, что он видел меня голой и наши вовремя остановленные мною отношения, я порядком смутилась. Я разом вспомнила, как сильно хотела его той ночью и, пожалуй, порозовела.

Он стоял передо мной настоящий, из плоти и крови, а ведь я привыкла уже считать его участником реалити-шоу, которое смотрела в своём смартфоне. И я не была в курсе, знал он о моей договорённости с Люси или нет.

— Всё вы понимаете, — усмехнулся Евген.

Он приблизился губами к моему уху и я почувствовала запах тонкого, чуть сладкого хвойно-древесного парфюма.

— Позвольте я ненадолго заберу вас отсюда? — прошептал он, — Здесь слишком шумно, и я не хочу, чтобы нас услышали.

Я тоже этого не хотела.

— Хорошо, — ответила я, допила вино, поставила бокал на столик у стены и направилась за ним к одной из ближайших ниш. Он отодвинул портьеру в сторону и я вошла в нишу первой. Затем последовал он. Как только потревоженная его рукой портьера вернулась на место, мы оказались в полумраке, наедине друг с другом. Только тусклые синие фонарики в стенах на уровне груди освещали пространство ниши. Тяжёлая ткань портьеры значительно приглушала звук и мы могли разговаривать тихо.

— Что вам угодно? — спросила я.

Его улыбка в синем свете казалась мистической, а с учётом маски на пол лица, даже немного страшной. Отчего-то я в красках вспомнила, как попыталась ударить его кочергой и как он холодно и пронзительно взглянул тогда на меня. До того, как мы скрылись за портьерой, я чувствовала себя в куда большей безопасности, чем сейчас, потому что не понимала, чего он от меня хочет.

— Мы снова перешли на "вы"? — спросил он.

— Почему бы и нет?

— Слушай, Бельчонок, это не тест. Просто конфиденциальный разговор.

— И всё же мне было бы комфортнее, если бы мы остались в рамках делового общения.

— Как пожелаете, — сказал он всё с той же улыбкой. — Я рад нашей встрече.

— А я пока ещё не поняла, рада или нет, — ответила я.

Я вынула из кармана платья смартфон. Как объяснила мне Люси, смартфоны на Маскараде не запрещались, но пользоваться ими в общей зале считалось моветоном. Здесь же я могла никого не смущая посмотреть трансляцию Игры Евгена. Открыв вкладку с его именем, я увидела, что все три активные камеры показывают лишь главный зал и закрытую портьерой нишу, в которую мы вошли.

— Расслабьтесь, — сказал Евген. — Эти ниши и созданы для конфиденциальных бесед. На Маскараде присутствует много Игроков, делающих ставки. И потому у участников Маскарада есть возможность вести беседы личного и делового характера в условиях полной конфиденциальности.

Пока он говорил, я сделала звук погромче и приблизила смартфон к уху. Трансляция была абсолютно беззвучной, даже звук в основном зале был отключён. Я убрала смартфон в карман.

Евген усмехнулся.

— Теперь вы знаете, кто был организатором того теста, — сказал он. — Знаете, что я был к этому непричастен. Лишь играл роль. При этом во многом я был с вами собой. Мне было безумно приятно провести с вами ту ночь. И я прошу извинить меня за то, что ввёл вас в заблуждение.

— Уже извинила, — сказала я. — Это всё? — я сделала шаг к портьере. — Я могу идти?

Он взял меня за локоть и тихо сказал:

— Постойте, Юлия…

— Уберите руку, — строго ответила я.

Он послушался.

— Юлия… — произнёс он. — Я понимаю, что вы сердитесь на меня, но… я вам совершенно не враг. И я догадываюсь зачем вы здесь. Вы неправильно расставляете приоритеты. Роман вовсе не тот человек, за которого вы его принимаете. А Люси вас и вовсе использует.

— Объяснитесь, — сухо потребовала я. — Немедленно. Или я выйду прямо сейчас.

— Вы приехали сюда, чтобы снова получить статус?

— Это не вашего ума дело.

— Зачем вы грубите? — спросил он. — Я ведь не сказал вам ничего плохого.

— Затем, что мне неприятно слышать от вас то, что вы говорите. К тому же я не понимаю, с какой стати вообще должна вам что-либо объяснять. Эта беседа начинает утомлять.

— А если я скажу вам, что Роман и Люси — муж и жена? — чуть склонив голову набок, произнёс он. — Что, стало интересно?

Глава 6. "Предложение Евгена"

— Да, — сухо ответила я.

Сказать, что я была ошарашена — означало ничего не сказать.

— Юлия, послушайте меня, — горячо заговорил Евген. — Я знаю, что вы слышали обо мне много дурного. Я даже понимаю от кого. Только вот это не односторонне. Я тоже о вас много чего слышал. Просто понимаю, что многое — враньё. Доверьтесь мне. Я вовсе не тот, за кого вы меня принимаете. Позвольте говорить с вами на "ты"!

Я задумалась. Зачем ему врать мне? Какая цель? Какая выгода? Чего он хочет добиться этим разговором? Как минимум нужно было узнать подробности, чтобы составить хоть какое-то впечатление.

— Хорошо, — сказала я. — Давай на "ты", Жень.

Он облегчённо выдохнул.

— Скажи мне, Юль, — ты лудоманка?

— Чего? — не поняла я.

— Ты сливаешь деньги в казино, которые зарабатываешь стриптизом в частных ночных клубах Москвы и Питера?

— Что за бред? — поморщилась я.

— Мда… — проговорил Евген. — Ладно, я не удивлён. Я в общем-то понимал, что это очередной гон. В общем, слушай. Ты наверняка думаешь, что ты — некая уникальная особа, в которую влюбился создатель игры и миллиардер Роман. Так?

— Я не думаю, что он в меня влюбился, — тихо ответила я.

— Ну, хоть какой-то здравый смысл! — воскликнул Евген. — Наконец-то! Просто я такие разговоры проводил несколько раз. Барышень, которых провели так же, как тебя — сотни! Понимаешь? Сотни! Ты фактически одна из тех, кто обеспечивает Игре движуху. И даже сейчас, на этом Маскараде, тут несколько десятков таких же как ты! И каждая думала, что в её честь яхту назвали! А у них просто мастер работает, который переделывает таблички!

Он так горячился, что мне захотелось его успокоить.

— Зачем им это нужно? — спросила я ровным тоном, хотя он давался мне с трудом. Голова шла кругом от того, что Евген мне рассказывал.

— Объясню, — чуть спокойнее ответил он. — Скажи мне, ты в каком качестве сюда приехала?

— У меня статус Игрока.

— Так я и знал! — всплеснув руками, воскликнул Евген. — Вот Лиса, а! Ну Лиса и есть!

— Я не понимаю… — пробормотала я. — Что в этом такого?

— Только не говори, что тебе запретили участие!

— Хм… — сказала я. — Запретили, да.

— Окей, объясню иначе, — сказал он,