Просто быть рядом - Юлия Николаевна Николаева

я ломала над этим вопросом голову, утром проснулась разбитая и в плохом настроении. Когда варился кофе, зазвонил мобильный. Посмотрев на дисплей, я поморщилась: это был Соловьев. Много ума иметь не надо, чтобы понять, что ему нужно. Так оно и оказалось.

– Вы опять за старое? – поинтересовался он с места в карьер.

– Будем объективны, в этот раз дело меня в какой-то степени касается.

– Касается или нет, не так важно. Важно, что вы лезете в расследование, тем самым мешая нам.

– По-моему, я вам как раз помогаю. Если бы не встреча со мной…

– Анна Сергеевна, – перебив меня, буквально пропел Соловьев, – я все сказал, если я узнаю, что вы продолжаете лезть, куда вас не просят, я лично найду повод и засажу вас на пятнадцать суток, чтобы вы постоянно находились под моим наблюдением.

– Вот радость-то, – пробормотала я, откладывая трубку. Конечно, мне и в голову не пришло отказаться от своих изысканий, однако следовало признать, что придется вести себя осторожней, а то, глядишь, Соловьев и впрямь придумает что-нибудь.

В моем списке оставалось еще несколько человек, и я отправилась на встречи с ними. Предварительно позвонила в больницу, осведомилась о состоянии Леши, мне сообщили, что изменений нет. В моем расследовании тоже не было изменений. Оставшиеся люди не смогли поведать ничего нового или интересного, потому я решила попытать счастья и отправилась к Лешиной матери. Вскоре я тормозила возле самой обычной пятиэтажки в спальном районе. Дверь квартиры выглядела добротной. Откашлявшись, я нажала звонок и стала ждать. Шаги раздались почти сразу же, возле двери стихли, через мгновенье послышался женский голос:

– Вам кого?

– Я бы хотела поговорить о Леше, – высказалась я. Снова возникла пауза, но заскрежетали замки, и дверь приоткрылась, показав мне лицо женщины лет сорока пяти. Светлые волосы раскиданы по плечам, на меня посмотрела настороженно.

– Зачем он тебе? – задала вопрос.

– Я узнала, что он в больнице, хотела поговорить с вами.

– О чем? Если была в больнице, значит, знаешь, как он. Мне нечего сказать.

– Может, все-таки уделите мне время?

Она немного подумала, искоса на меня глядя.

– Ладно, – сказала нехотя, распахивая дверь.

Женщина была в халате, я сделала вывод, что она, наверное, только из ванной. Она указала в сторону кухни, я прошла, разувшись и поглядывая по сторонам. Квартира была средних размеров, но добротная, с хорошим ремонтом и мебелью.

– Вы живете одна? – поинтересовалась я, присаживаясь на предложенный стул, женщина нахмурилась.

– Какая разница?

Я неловко пожала плечами, досадуя на себя.

– Ты его подружка? – тем временем поинтересовалась женщина, – как тебя зовут?

– Аня.

– Я Жанна. Жанна Викторовна. Зачем ты пришла?

– Вы же знаете, что Лешу ударили по голове. Я хочу понять, за что.

– С какой стати? – усмехнувшись, она вытащила из пачки сигарету и закурила.

– Можно? – спросила я, женщина махнула рукой, куря и продолжая ко мне приглядываться.

– Слушай, Аня, – сказала, наконец, – я Лешкиных баб не знаю, у него их, честно сказать, не перечесть. Постоянно то одна объявится, то другая. Это неудивительно, парень-то он видный. В какой-то момент мне это надоело, я ему заявила: хочешь водить баб табунами, сними себе отдельное жилье, а из моего дома бордель не надо устраивать. Было это года три назад, с тех пор мы живем раздельно, и я мало что знаю о его личной жизни. Он приезжает в гости раз в неделю, или мы идем в кафе. Но на этом все.

– То есть вы не догадываетесь, кто мог ударить его?

Она пожала плечами.

– Не буду утверждать, но ведь эта могла быть какая-то девица. Приревновала, или он дал ей от ворот поворот, вот и взбесилась.

Я кивала, а сама думала, что мне так не нравится в этом разговоре. Вроде бы все ясно и очевидно, однако было ощущение, что Жанне Викторовне есть что сказать, но она по непонятным причинами молчит. Впрочем, для нее эти причины могут быть весьма понятны.

– Вы знаете, что Леша перед новым годом купил квартиру и машину? – спросила я в лоб.

И тут поняла, что было не так. До этого момента женщина старательно делала вид, что все произошедшее с ее сыном не столь страшно, что это какая-то ошибка, и ее легкий открытый тон как бы намекал на это. Но в тот момент, когда я задала этот вопрос, я увидела, как в ее глазах мелькнул страх. Всего мгновенье, но я заметила и его, и как она сжала пальцами сигарету в руках. Надо отдать ей должное: женщина быстро справилась с собой. Она пожала плечами и поинтересовалась в ответ:

– Купил, и что? – вышло немного резковато.

– Вас не удивляет этот факт? Он работает барменом, откуда у парня могли взяться такие деньги?

Жанна Викторовна побарабанила пальцами по столу.

– Я ничего не знаю о его делах, кажется, я сказала об этом еще в начале разговора. Я вообще не знаю, зачем пустила тебя в квартиру. Мой сын при смерти в больнице, а ты ходишь тут и вынюхиваешь о нем. Кто ты такая? Я сегодня же позвоню следователю и доложу о тебе.

Я тоскливо поморщилась. Если Жанна Викторовна сообщит обо мне Соловьеву сразу после нашего с ним разговора о том, что я должна держаться как можно дальше от расследования, он и впрямь посадит меня под домашний арест. А то еще хуже: улик против меня у него немало, правда, они все косвенные, но чтобы меня зацепить и угомонить на какое-то время, и их достаточно.

«Только этого мне и не хватало», – подумала я, спешно поднимаясь.

Мне даже говорить ничего не пришлось. Дама угрюмо проводила меня до двери и быстро закрылась на замок. Я стала спускаться вниз. Итак, совершенно очевидно, женщина что-то знает, но вот вопрос: что именно и может ли это помочь мне найти человека, пытавшегося избавиться от Леши?

Оказавшись дома, я немного побродила из угла в угол, продолжая размышлять над ситуацией. Становилось очевидным, что я топчусь на месте, при этом попадаясь на глаза всяк желающим. Скоро все традиционно будут знать, что я разыскиваю убийцу. И что? Кому-то это может показаться опасным, особенно если он имеет обо мне информацию. Например, что я работала на Миронова и при этом являлась любовницей чуть ли всего города. Я была последней, с кем говорил Леша, и мы были с ним неплохо знакомы до этого. Могу я показаться убийце опасным элементом в его игре?

С этим вопросом я заснула, а проснулась оттого, что мне приснился очередной кошмар. Некоторое время я