Папа в окне напротив (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

- Они сказали, что уже никого не вернуть. Понимаешь? Они намекали на маму, которая погибла. Если ее не вернуть, то зачем я тогда хочу кого-то наказать? Им проще припугнуть меня, чтобы я забрала заявление.  Раньше я думала, что наказать того парня это дело принципа, пока не ощутила вчера страх, что мне реально могут угрожать жизни. Тот нож вчера он предназначался ни тебе, а мне. - Егор не удивлен, но сосредоточенно наблюдает за мной. О чем он думает только? - А что было в той папке? Вы ведь знаете этого человека? Так? Ты и твой друг-прокурор.

- Мне надо обсудить с Юрой вчерашний случай. В этом он больше разбирается. - Но про того, кто там в папке, все равно Егор ничего не рассказал.  

- Все равно я против него ничего не сделаю. Это ведь богатый кто-то, да?

- Да. И ты действительно против него ничего не сделаешь. У него есть связи и деньги.

- Такое ощущение, что у нас правосудие на стороне того, у кого больше денег. И такое ощущение, - щелкаю выключателем газовой плиты, - что ты его покрываешь и оправдываешь. - Слежу за Егором, чтобы проверить свои предположения. С одной стороны, он не похож на того, кто будет все это организовывать, с другой, я его совсем не знаю. 

- Просто когда ты ввязываешься в такую борьбу, одна, ты должна понимать риски. Есть ли тебе, что терять? Чем ты готова пожертвовать ради достижения цели? Юран как раз за правду. И ему добиться того, чтобы наказание нашло виновного, доставляет удовольствие. Для него это своеобразное хобби, и он от этого кайфует. Но. Он живет один. Его родители за границей. У него нет девушки и детей. Из друзей у него только мы. Потому что он знает, что любой слабый человек рядом с ним - это его уязвимое место. Твое уязвимое место - Катя. Как только он будет наказан - за него захотят отомстить. - Знает, куда надавить, чтобы я испугалась. 

Чтобы подумать над его словами, беру со стола пустую тарелку и  накладываю туда пельмени. 

- Ты намекаешь на то, чтобы я забрала заявление? Или это твой знакомый? 

Он усмехается и растягивается в улыбке. 

- Онежа, если бы мне надо бы, чтобы ты забрала заявление. Я так бы тебе и сказал. Но тут мне все равно на него, потому что он не самый порядочный человек. А вот ты сама за себя постоять не сможешь и защитить тоже. 

- Полиция тоже не сможет меня защитить?

- Онежа, блин. Тебе важнее наказать кого-то или жить спокойно?

- Ты его выгораживаешь? - Ставлю перед ним тарелку. И обидно за то, что все они такие же. Что прокурор, что врач. Им хорошо, они друг за друга, а как другим жить, их не волнует. 

- Да черт, нет. - Слышу уже в спину, потому что разворачиваюсь и оставляю его одного. Желания находится в одной квартире нет. А еще ему помогала. - Да подожди ты. 

- Думаешь, я не видела, как вы переглядывались с прокурором. - Накидываю куртку, не глядя на парня.

- Нет,  - отрезает, но я не верю. - Вот что у вас за манера? Не дослушала, сделала выводы, развернулась и убегать. 

- Тогда скажи, кто он? - Натягиваю ботинки, давая последний шанс. - Вернее, я знаю, кто он, откуда ты его знаешь? Кто он тебе?

- Онежа, не лезь в это. 

- Может, это они вчера по твоей наводке ко мне приставали, а? После тренажерного зала? А потом ты пришел защитить и сегодня надавить на меня? А? Так? Я угадала?

- Херню не неси. - Повышает голос в ответ. 

- Значит, я угадала. Герой, блин. Странно еще, что твои дружки меня тут не ждали. 

- Хватит чушь нести. 

- Можешь передать им, что я заберу заявление, но вам это все вернется бумерангом. Все ваши деньги и связи не сделают вас счастливыми. - Дергаю ручку двери и выхожу в коридор.

- Дура, - слышу в спину и хлопаю громко дверью. 

Сам дурак. 

Выбегаю в коридор и вижу цветок. Обещала же его полить.

Достаю из сумки блокнот и пишу записку:

«Цветок надо полить».

Надеюсь, кто-нибудь прочитает.

Глава 7. Онежа

Возвращаюсь на работу и начинаю усиленно протирать листья пыли. Это немного успокаивает после разговора с Егором. Я одновременно прокручиваю в воспоминаниях как спасала его от зеленки, как он смотрел на меня. А потом молча слушал меня и ничего не отрицал, ни подтверждал. Значит, я была права. Я должна была быть права, раз он ничего не ответил.

- Онежа Алексеевна, добрый вечер, — звонит Катина воспитательница ближе к шести.

- Здравствуйте.

- Катя уже осталась одна. Может, вы заберете ее раньше?

Забрать Катю раньше, это значит сейчас закрыть магазин и быстро за ней сбегать. Оставить не с кем, поэтому придется привести сюда и досиживать до конца рабочего дня уже тут.

- Хорошо, пускай одевается, я сейчас заберу.

Клиентов, итак, уже нет. Если одного кого-то и пропущу, то ничего страшного. Накидываю куртку, закрываю магазин на ключ и быстрым шагом иду в сад. Хорошо хоть он недалеко.

С опаской прохожу арку, в которой вчера меня поджидали. Чтобы сделаться еще более незаметной, накидываю на голову капюшон, а на пол-лица натягиваю шарф. Но к счастью сегодня тут никого нет.

Воспитательница сама доброта сегодня. Приветливо встречает и вручает мне в руки уже одетую Катю.

Я присаживаюсь перед дочкой и целую ее в носик. А потом касаюсь своим носом ее и улыбаюсь. Жду, когда она тоже улыбнется. Значит, все в порядке. Забираю Катину папку с рисунками и дежурно прощаюсь с воспитательницей. Беру Катю за руку и выхожу из группы.

- Много сегодня нарисовала, Котеныш? - спрашиваю у дочки, а та в ответ довольно кивает. - Мы сейчас пойдем ко мне на работу, побудешь там, хорошо? А потом домой. - Катя довольно кивает. Она любит бывать у меня и рисовать растения разные. - Подожди, - киваю ей и достаю телефон. - Да, Ань. -  Отвечаю моей начальнице. 

- Онежа, ты где, блин? Сазонова приехала за букетом! Звонит и кричит, почему магазин закрыт?!

Вот все это должно было произойти именно сегодня что ли? Сазонова - владелица сети цветочных магазинов по всему городу. Я даже не знаю, как ее зовут, но фамилия Сазонова - своего рода кнут, которым пугают всех. Я видела то ее всего раз-два. И ей надо было приехать за чертовым букетом именно в те десять минут, пока я выбежала за Катей.

- Я на пять минут отошла, Ань, за дочкой в сад. Он уже закрывается. Буду через три минуты.

- Ну, за какой дочкой, Онеж? Ты же знаешь, что она против посторонних на рабочем месте.

- Мне некуда ее деть! Сейчас приду и сделаю ей букет.

- Сделаешь, конечно, но ты понимаешь, что мне придется тебя наказать за то, что ты без предупреждения закрыла магазин и ушла. Она этого не забудет.

- Черт. Ладно. Я ей такой букет сделаю, что она все забудет.

- Ну ты уж постарайся.

Запихиваю телефон в карман куртки и, подхватив Катю на руки, бегу с ней в магазин.

Начавшийся десять минут назад легкий снег, превращается уже в настоящий снегопад. Засыпает нас с Катей на ходу, превращая в двух снегурочек.

- Тяжелая ты у меня, Катерина. Может, ножками побежишь сама?

Дочка машет головой из стороны в сторону. А мне некогда спорить с ней и заставлять. Крепче прижимаю к себе и через три минуты возле цветочного. Захожу с черного входа и иду в подсобку.

Сама быстро иду и открываю изнутри замок магазина. Вуаля и я на рабочем месте. Пока никого нет, возвращаюсь к Кате и снимаю с нее куртку.  Разгребаю стол, показывая, где можно порисовать.

- Есть кто? - слышу мужской голос возле прилавка.

- Секунду, - громко отвечаю и, быстро стянув свою куртку,  вешаю на крючок. То никого, то все сразу. - Кать, я на пару минут, подождешь меня? - Дочка кивает и довольно улыбается. Довольно это как будто там дед Мороз уже принес подарок.

- Мне два букета надо, побыстрее. - Снова отзывается знакомый мужской голос.

Сообразить, кто из постоянных клиентов это пришел я не успеваю, потому что выхожу из подсобного помещения в зал. Прятаться и убегать уже поздно. Егор. Из-под расстегнутого пальто видна приталенная рубашка дорого темно-синего цвета и темные брюки. На лице благодаря моим усилиям ни пятнышка от зеленки. А невероятный аромат перебивает даже запах цветов, который тут повсюду.