Секс-бойфренд моей дочери (СИ) - Алексеева Дана

- Ты крышеносно пахнешь. – щекотит хрипотцой мое ухо. -  Сводишь меня  с ума.

- Отпусти меня… - пищу я, борясь сама с собой. – Озабоченный.

- Пусть так. Ты меня сделала таким. Чего такая сексуальная, а?

Разворачивает меня и сразу прижимает к стене. Берет сумку из рук и бросает на пол. Запястья в его ладонях и прикованы к стене, тело слилось с его…

Мы слишком близко друг к другу. Чувствую его запах, смешанный с духами и дурманящий мою голову… Невыносимо.

А как смотрит на меня. Не смотрит, а пожирает глазами. Его горячий взгляд заставляет мои зубы нервно покусывать  губы, слизывать помаду, а пышную грудь – волнительно вздыматься.

Не в силах бороться с манящей картинкой красивого лица, закрываю глаза и слышу, как он томно дышит, овевая раскрасневшееся от вина лицо.

Когда его губы касаются моих, я вздрагиваю и распахиваю глаза.

- Хочу тебя. – сглатывает он и всматривается в лицо, надеясь на взаимность.

- А я не хочу трахаться с парнем своей дочери. – прямо отрезаю  я и сразу гашу его огонек в глазах.

Артур сжимает челюсти и отводит взгляд.

- А если скажу, что между нами ничего нет? – спрашивает он и я слышу в голосе вызов. Он же врет, не краснея, да?

- Что?

- Что слышала. Я хочу только тебя, Люба. Ты заводишь меня, и о тебе думаю каждую минуту, поняла?

- Нет, не поняла.

- А так?

Его руки заползают под платье, нащупывают трусики и крепко сжали упругую задницу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Хочу делать так только с тобой. – вливает слова сладким напитком в уши.

Я закатываю глаза от острых чувств между ног, когда мужские пальцы без спросу залезли под трусики и начали испытывать на прочность.

- Артур… - его имя срывается  с губ, когда чувствую его внутри себя.

Что я творю, а? Что творю… Стонет сознание внутри, а наружу выходят стоны удовольствия.

Любая мать – это прежде всего женщина, которая хочет… любви.

Я примерная мать. Точнее была ею.

Потому что невозможно быть таковой, когда твое тело прижимают к бетонной стене, а пальцы горячего парня уже работают внутри тебя. Звуки наслаждения приходится сдерживать, закусывая губы, потому что за стеной веселятся коллеги, которые наверняка потеряли нас.

Сейчас чувствую себя  желанной и решаю отдаться своим чувствам. И именно сейчас впервые в своей жизни могу испытать оргазм под воздействием умелых манипуляций молодого горячего парня…

- Ты ахуенно пахнешь… - рычит Артур, когда опускается между ног, и я с непривычки вся сжимаюсь от такой пошлости.

- Ох… - рвано выдыхаю я, когда чувствую, как его язык поскользил по влажным складочкам.

Импульсы наслаждения отдаются по всем клеточкам моего дрожащего тела. Его руки властно сжимают мои бедра, впечатываясь в нежную кожу, а язык вытворяет черте что… Отчего я выгибаюсь дугой, зарываюсь пальцами и тяну кудрявую шевелюру моего искусителя.

- Очень хочу тебя. – хрипит он, когда поднимает раскрасневшееся от страсти лицо с горящими синими глазами.

Чертовски красив, невероятно сексуален и горяч… И он хочет меня. Вероятно, я сплю и сейчас купаюсь в пошлых картинках воображения?

Нет, как бы я не обманывалась, но мой разгоряченный зад  и вставшие соски четко чувствуют реальность происходящего. Если только уснула моя совесть, но мне сейчас не до нее…

Артур – крышесносный и сводит меня с ума одним только взглядом. Слишком похотливым и гипер-сексуальным.

И все бы ничего, только вот с минуты на минуту меня собирается трахнуть никто иной, как парень моей дочери.

Это все неправильно… Но его жаркие поцелуи прожигают насквозь и затмевают мое здравомыслие. Или это крепкое вино? Ох, жалкие отговорки…

Как же я хочу его! Проникаю руками под его рубаху и  впиваюсь точенным маникюром в его накаченное тело.

- Ты же знаешь, нам нельзя… - отчего то шепчу я, когда его пухлые манящие губы хотят впиться в мои.

- Сегодня нам можно все. – прохрипел он и резким движение широко раздвинул мои ноги.

Он аккуратно толкнул меня  в грудь, чтоб расслабилась и легла на стол, на который усадил.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Его горячая пульсирующая плоть толкнулась в мое горячее лоно, и я не смогла сдержать стона. Такой большой, крепкий, заполняющий по максимуму меня… Приятная дрожь пронеслась по телу, которое желало еще и еще, сильнее и быстрее.

Артур врывается меня, растягивая изнутри, доставляя максимальное удовольствие и разжигая фейерверки в мозгу.

Мы получили то, что хотели оба и наши тела напряженные тела разрядились в оргазме.

Это случилось… А что теперь делать дальше?

Глава 17

Самое ужасное в вечеринках – это утреннее похмелье и непоправимые последствия, которым позволяешь случиться на пьяную шальную голову.

Не успев открыть глаза, я накрываю лоб ладонью - свинцовая тяжесть в затылке и тупая боль заставляет поморщиться и вспомнить сколько выпила вчера.

Но это все пустяки, которые исправлю таблеткой.

Что мне делать с тем, что произошла между мной и Артуром?

Когда в памяти всплывают кадры секса с Артуром, отголоски которого до сих пор отдаются между ног, я завываю не по-детски. Скулю в подушку, проклиная себя за слабость и за чувства, которые жаром расплывались по телу от горячих прикосновений Артура.

Как я могла позволить себе? И как могла  позволить ему сделать это?

- Дура, какая же дура, - кулаки вбиваются в матрац, но это мало помогает. -  Где же мои мозги?

 Повелась и отдалась, как малолетка… И убила крохи совести и достоинства, что шевелились и не давали делать глупости.

Как я должна смотреть в глаза дочери, для которой мать – святое, мать – пример?

Всегда учила ее морали, и говорила как лучше… Саму бы лучше, кто научил!

- Вот же блин… - делаю попытки перевернуться на бок и дотянуться до телефона.

Экран показывает время «десять с копейками» и пару пропущенных.

Мне звонила дочь. И Артур.

Два камня преткновения. Может уже все узналось, и теперь меня разорвут на части? Конечно, у страха глаза велики, но я  испугалась не на шутку, предположив, что Артур по неведомым мне причинам, рассказал все Алисе.

- Не знаю, например, чтоб разорвать отношения… - бубню под нос, ища хоть какое -то объяснение. -  Почему он говорил, что между ними ничего нет?

О, не дури, Люба. Этот мерзавец навешал тебе лапшу на уши… Он бы еще не то наговорил, чтобы побыстрее раздвинуть тебе ноги.

Я плетусь в ванну, чтобы облегчить неприятную тошноту, которая стоит в горле. Незамысловатые манипуляции над унитазом и мне становиться гораздо лучше.

- Я должна ей все рассказать. – твердо заявляю своему отекшему жалкому отражению в зеркале. – Лучше это сделаю, чем кто-нибудь другой.

И это правильное решение. Лучше горькая правда. Моя правда.

Алиса возненавидит меня. И может не простить вовсе.

Вообще кто-нибудь смог бы такое простить? Боже, даже в уме не укладывается, что здравомыслящая мать смогла бы сотворить такое…

О, я плохая мать. Плохая мать!

 Душа разрывается в терзаниях, и все тело ломит,  даже контрастный душ и крепкий кофе не спасает дело.

- Да, я поговорю с ней и объясню. – вот лучшее средство для моего спасения. – Как дочь она вряд ли поймет меня, но как женщина…

Была не была.

Я набираю Алису и ожидаю томительные гудки, за время которых изгрызла все ногти.

Не отвечает.

Сердце волнительно дрогнуло в груди, когда в дверь позвонили.

Первая мысль – это Артур. Вчера он привез меня домой и занес меня в квартиру, потому как вырубилась в машине. Вспоминаю, и самой стыдно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

С утра звонил, вот и сейчас приехал проверить… Как к себе домой.

В венах зашкаливает адреналин – я закипаю. Сейчас я все выскажу этому мерзавцу!

Открываю дверь, встречая гостя испепеляющим взглядом.

- Мам! Ты чего не отвечаешь на звонки? – на пороге стоит Алиса и озадаченно смотрит на меня.