Фейрин Престон - Волшебная осень

– Конечно.

– Тогда, может быть, ты сжалишься надо мной и перестанешь лезть в мою личную жизнь?

– Если ты так хочешь – пожалуйста. Но поверь мне, если бы ты встретился с Розалин, она понравилась бы тебе. Очень приятная женщина.

– Да, мне тоже так показалось, когда я с ней разговаривал. И вторая твоя подружка тоже ничего.

Саманта удивленно посмотрела на своего собеседника:

– Мэгги звонила тебе?

– Разве не ты устроила мне этот разговор?

– Да, конечно, но я не ожидала, что она позвонит тебе так быстро.

– Что же тут удивительного? Обе твои подруги были очень настойчивы; ты, наверное, хорошо разрекламировала меня.

Саманта смутилась и даже не знала, что сказать. Напряженную обстановку разрядил писк пейджера. Обрадовавшись возможности не отвечать, Саманта достала пейджер и стала внимательно читать посланное ей сообщение. Но Мэтью не хотел закрывать эту тему. Он вплотную приблизился к ней и со значением произнес:

– Знаешь, Саманта, я чувствую себя очень неуютно, когда женщина, с которой мы чуть было не занялись любовью, пытается свести меня со своими подругами.

– Никакой любви у нас с тобой не было, – вспыхнула Саманта.

– Странно, а мне показалось, что это была ты.

– Не прикидывайся! Ты понимаешь, о чем я говорю.

– А давай проверим…

И Мэтью схватил Саманту за плечи, притянул к себе и поцеловал.

Саманта чувствовала, что его губы все сильнее прижимаются к ее губам, но даже не пыталась вырваться, успокаивая себя тем, что они находятся в общественном месте и дальше поцелуев дело не пойдет.

Но все-таки главная причина, по которой она не противилась ласкам Мэтью, заключалась в том, что ее тело жаждало его. Ни один мужчина не целовал ее так. Прикосновение губ мгновенно рождало страсть – сильную, непреодолимую, такую, от которой теряешь голову и забываешь обо всем.

Мэтью с сожалением оторвался от губ Саманты и прошептал:

– Я был прав. Губы женщины, с которой мы лежали на диване вчера вечером, имели тот же вкус. – Он нежно поцеловал ее в шею. – И пахла она так же, как ты, – медом и ванилью. Какими духами ты пользуешься? Ты самая волнующая женщина из всех, что я встречал в своей жизни.

Саманта наконец нашла в себе силы отстраниться от Мэтью. Дрожащими руками она попыталась поправить прическу, но руки не слушались.

– Что ты сказал ей?

– Кому? – переспросил Мэтью, не сообразив, о ком идет речь.

– Я говорю о Мэгги. Что ты ей сказал?

Мэтью испытующе взглянул Саманте в лицо. Мелькнувший в его глазах лукавый огонек тут же исчез, и мужчина безразличным тоном произнес:

– Я пообещал ей перезвонить.

У Саманты закружилась голова.

– Правда? – растерянно пролепетала она.

– Конечно. Разве не этого ты хотела? – Саманта кивнула, и Мэтью продолжил: – Как я уже говорил, она мне показалась очень приятной и интересной женщиной.

– Мэгги – замечательный человек, иначе я не дала бы ей твой телефон. Она непременно понравится тебе, – заметила Саманта, разглядывая свою папку. Помолчав, она смущенно взглянула на своего собеседника: – Ну, я пойду?

– Иди. Как-нибудь увидимся.

– До свидания. – И, высоко подняв голову, Саманта удалилась.

Мэтью долго смотрел ей вслед, но она не обернулась.

Мэтью издалека увидел Джо Гейтса: он сидел за столом для пикников и кормил орешками нескольких бесстрашных белочек. Стройный, безукоризненно одетый, тридцатилетний Гейтс был связан с очень мощной техасской криминальной группировкой.

Мэтью сел рядом с мужчиной:

– Очень рад, что нам наконец удастся поговорить.

– Я тоже. Простите за вчерашний вечер, но я ничего не мог поделать. За мной следят – приходится быть осторожным.

– Ничего страшного. Главное, что мы все-таки встретились.

– Слушайте, а вы сможете мне помочь? – неожиданно спросил Гейтс.

Мэтью спокойно посмотрел на явно взволнованного собеседника:

– Надеюсь, мы сумеем договориться, но многое будет зависеть от того, что вы мне сообщите.

– Я уже говорил вам: у меня есть компромат на судью Ричарда Барнетта и Спенсера Тейта.

Мэтью понимающе кивнул: Тейт был одним из руководителей группировки.

– Вы хотите сказать, что вы располагаете фактами, подтверждающими связь Тейта с производством и доставкой наркотиков?

– Да, но это не главное. – Гейтс кинул белкам еще одну горсть орехов. – Это лежит на поверхности. Дело в том, что на Барнетта давят, требуют, чтобы он закрыл дело.

– Давят? Вы хотите сказать, что его шантажируют?

– Вот именно. Несколько месяцев назад у судьи был короткий, но бурный роман с женщиной, которая также работает в суде.

– Неужели? Кто бы мог подумать! – Мэтью был заинтригован. У Барнетта была непогрешимая репутация. Он слыл справедливым и честным человеком, стоящим за правду и справедливость, хорошим семьянином. Фоторепортеры в газетах всегда запечатлевали судью в кругу семьи: жены, дочки и двоих сыновей. Или двух девочек и мальчика?

– Женщина подкуплена?

– Нет. В этом плане все шло естественным путем. После того как Барнетту было поручено вести это дело, за ним установили слежку, чтобы найти на него какой-нибудь компромат. Сначала зацепиться было не за что, но потом нам повезло.

– Кто она?

– Ее имени я не знаю. Я знаю только, что она работает в суде и может свести с ума кого угодно. Говорят, они знакомы давно, но страсть разгорелась только сейчас, судья не утерпел.

– У вас есть еще какая-нибудь информация о ней? Может, вы знаете, какими делами она занимается? Криминальными или гражданскими?

Джо отрицательно покачал головой:

– Ничего этого я не знаю. Мне описали ее так: необыкновенно привлекательна, ноги от зубов и волосы цвета осенней листвы.

Мэтью почувствовал, как у него все внутри похолодело.

– Волосы цвета осенней листвы? – переспросил он.

– Да. Не знаю, что это значит, но мне так сказали. Слушайте, может быть, этого достаточно?

– Эта информация вообще ничего не стоит, будем считать это предисловием. Мне нужны точные, проверенные факты. Могу сказать одно: ваше сообщение заинтересовало меня. Я покручусь в суде, попытаюсь выяснить все, что возможно. У вас есть еще что-то, что вы хотели бы мне рассказать?

– Все, что я сказал, – сущая правда. Если все пойдет так, как планирует наша организация, Барнетт закроет дело, а Тейт выйдет на свободу. Разве это не громкая история?

– Хорошо – громкая. Но вас такой расклад дел не устраивает, не так ли?

Гейтс отвел взгляд:

– Тейт был очень занят последнее время, пытаясь выпутаться из этого дела. Если его освободят, то он начнет наводить порядок в наших рядах.

– А вам этого не хочется.