Пегги Морленд - Человек — одинокая звезда

— Пора, Рэгги, пора, — согласился он, убрал руки с ее плеч и повернулся, проклиная себя: ну и дурак же он — никогда они не смогут стать только друзьями.

А Рэгги, приложив пальцы к губам, все еще чувствовала его поцелуй и спрашивала себя: как это все произошло? Бросаться в его объятия вовсе не входило в ее планы, но стоило ему к ней прикоснуться, стоило ей почувствовать на своих плечах силу и надежность его рук — и она мгновенно поддалась. Он ей нужен и теперь, как был нужен всегда. С ним хотелось ей делить и радость, и горе, и разочарование; он ее защита и опора — так говорит ей сама ее природа, ее безошибочный женский инстинкт. Как только губы его коснулись ее губ, горячий поток воспоминаний захлестнул ее. Последний раз он целовал ее в ту ночь — ее единственную счастливую ночь — одиннадцать лет назад, когда он сделал ее женщиной и она поняла, что только он — ее судьба.

Вздохнув, она оперлась руками о верхнюю перекладину стойки, а подбородком прижалась к рукам и засмотрелась на осиротевшего теленка. Что ж, какое бы будущее ни ждало их с Коуди, она никогда не пожалеет об этом утреннем поцелуе, как никогда не жалела о том, что произошло между ними в ту далекую последнюю встречу.

— Тетя Рэгги?

— Ммм? — откликнулась Рэгги, вся еще во власти своих воспоминаний.

— Как мы будем его кормить? — забеспокоилась Стеффи.

Что это она, в самом деле? Пришло время сосредоточиться на насущных задачах: ей доверены дети, а теперь и теленок.

— Придется из бутылочки с соской.

— У нас в холодильнике есть молоко, принести?

Какое милое, серьезное у девочки личико. Рэгги нежно улыбнулась ей.

— Нет, боюсь, оно не годится. — Она взъерошила Стеффи волосы. — Давай-ка посмотрим, не найдется ли для него что-нибудь в лаборатории.

Стеффи спрыгнула с ворот стойла и последовала за ней.

— Но ведь в холодильнике коровье молоко, то самое, которым корова кормит своих детенышей.

— Не совсем, дорогая. Когда мы его покупаем, оно уже прошло химическую обработку. А теленку нужны всякие специальные элементы, они есть только в материнском молоке.

Она вошла в лабораторию — и ей показалось, что одиннадцати лет не было: все точно так, как ей запомнилось. Чистота, безукоризненный порядок, стальной блеск и сверкание, жужжание холодильника у дальней стены… По обеим сторонам — полки с разным оборудованием, необходимым для работы на ранчо. Сколько раз входила она в эту дверь с бродячей кошкой или собакой, умоляя отчима перевязать лапу, зашить рану… Как бы он ни был занят, всегда бросал свое дело и старался помочь. Иногда ему удавалось спасти животных, которых она приносила, иногда нет. Но он делал все возможное, как и Коуди сегодня, прилагая самоотверженные усилия, чтобы спасти корову и теленка. Опять Коуди! О теленке надо думать, а не о Коуди! Она стала искать на полках: вот, кажется, то, что нужно.

А Стеффи семенит рядом с ней — надо занять девочку. Рэгги показала ей на шкаф возле раковины:

— Посмотри здесь, нет ли бутылочки с длинной соской.

Ужасно довольная, что получила задание, Стеффи отправилась на поиски и вернулась с заветной бутылочкой. Рэгги с отсутствующим видом взяла ее, внимательно изучая этикетку на обнаруженной коробке.

— Та-ак… А еще нам понадобятся мерная чашка и вода.

Стеффи нагнулась, вынула из-под раковины большую мерную чашку и застыла, серьезно глядя на Рэгги. Та наполнила чашку порошком из коробочки и жестом показала Стеффи: мол, пересыпай содержимое чашки в бутылочку. Затем добавила теплой кипяченой воды, поболтала, чтобы порошок растворился, и понесла бутылочку к стойлу. Ласково разговаривая с шатающимся на тонких ножках теленком, Рэгги опустилась на колени.

— Ну-ну, давай, малыш! — подбадривала она, выдавливая из соски липкую желтоватую жидкость.

Теленок потянул соску, но тут же выплюнул ее и отвернулся, помотал головой, словно говоря: «Ну и гадость!»

Стеффи стало смешно, но она понимала всю важность момента и прижала руку ко рту, чтобы не засмеяться.

— По-моему, ему не нравится… — прошептала она.

— Да и можно ли его винить? — сморщила нос Рэгги. — Пахнет отвратительно!

Но ведь нужно же что-то придумать, пока не удастся найти для него кормилицу! Подвинувшись ближе, она смочила в жидкости пальцы и поднесла их к мордочке теленка. Тот вытянул шейку, фыркнул, осторожно лизнул — и засосал в рот пальцы Рэгги.

Она вздрогнула, но руки не отдернула — шершавый язычок жадно сосал ее пальцы…

— Он думает, что ты его мама, — прошептала Стеффи у нее за спиной.

У Рэгги комок застыл в горле, когда теленок отпустил ее пальцы и уставился на нее блестящими глазами, отчаянно замычав. Она быстро обмазала жидкостью соску и протянула теленку. Тот фыркнул, полизал, вцепился в соску и шумно засосал. Рэгги с облегчением вздохнула и опустила руки.

— Ну как он тут у вас? — послышался голос.

Рэгги обернулась: Коуди, стоит у противоположной стены стойла, ухватившись руками за ограду; шляпа откинута назад, волосы мокрые от пота.

Взгляды их встретились — и вновь повели безмолвный нежный разговор о том, что произошло между ними менее часа назад. Щеки у Рэгги горели, а сердце билось с бешеной скоростью.

— Он в полном порядке! — Она прилагала все усилия, чтобы голос не дрожал. — Пьет из соски — вот какой молодец. А ты…

— Тоже времени зря не терял. — Он вздохнул и потер затылок — заметно было даже по голосу, что он очень устал.

— А где Джимми?

— На пастбище — палки собирает, чтобы гонять собак.

Рэгги встала и передала Стеффи полупустую бутылочку:

— Держи. Не докормишь ли теленка?

С блестящими от возбуждения глазами Стеффи радостно ухватила бутылочку. Рэгги понаблюдала за ней — все делает правильно, можно ненадолго отлучиться.

— Ох, Коуди, — пробормотала она, сочувственно оглядывая его с головы до ног. — Ну и хорош же ты…

Он склонил голову и состроил безнадежную гримаску: да уж, весь в пыли, в грязи, джинсы перепачканы.

— Поеду-ка я, пожалуй, в город — почиститься и переодеться.

Он хочет уехать? Опять будет где-то вдали от нее. Рэгги почувствовала что-то вроде паники. Нельзя, чтобы он сейчас уезжал, — пока нельзя. Ей кажется, они сделали первый крошечный шаг к разрушению образовавшейся между ними стены.

— А ты и здесь можешь принять душ и все сделать, — поспешно предложила она, стараясь, чтобы это прозвучало как можно непринужденнее. — В шкафу у Харли мы найдем для тебя что-нибудь надеть, а одежду твою я постираю.

Коуди поднял голову и как-то странно взглянул на нее.

— Ты… так думаешь?