Мэр. Цена предательства – любовь - Евсения Медведева

Номер был неизвестен, пальцы машинально махнули по экрану.

– Виктория, девочка моя… – знакомый сиплый голос лупанул по перепонке больнее взрыва.

– Игнат? – в динамике вибрировал голос бывшего мужа. – Что случилось?

– Случилось? Вика, а давай без долгих и бестолковых прелюдий? Почему вместо того, чтобы первым делом набрать номер бывшего мужа, ты отправилась в офис Раевского? – он злился, и даже не пытался скрыть своих эмоций.

– Я не понимаю, о чем ты, – в голове путались мысли… Откуда он узнал? Не прошло и часа, как я выяснила, кто именно является начальником службы безопасности того проклятого клуба.

– Всё ты понимаешь, только упорно сопротивляешься. Вот вечно ты из себя сильную бабу корчишь. Но ничего, Викусь, скоро тебе придется принять то, что этим миром правят мужчины. Короче, ещё шаг, и можешь забыть о своей сестрёнке. Если переступишь порог офиса Раевского, то ни о каком мирном решении проблемы и речи не может идти. Ясно? – Прокофьев орал в трубку, пытаясь испугать меня. И надо признать, что получалось у него весьма отменно…

Не за себя боялась, а за свою сестру. Боже… Во что мы ввязались? Как летняя подработка превратилась в настоящий ад для нашей маленькой семьи?

– Чего ты хочешь? – медленно скатилась спиной по холодному стеклу прямо на асфальт. Вокруг были толпы людей, но никто из них даже не обернулся…

– Сейчас ты медленно оборачиваешься, за спиной стоит мой человек, вот он и проводит тебя. Приезжай в гости, Викуль, мы с тобой обо всем спокойно поговорим. Уверен, что безвыходных ситуаций не бывает… Ну, не чужие же мы с тобой?

Прокофьев сменил крик на грохочущий безумный смех.

В нескольких метрах от меня стоял Лютин…

Лютин?

Бывший начальник нашей местной полиции? Слышала, что его попёрли с должности, но то, что он работает на Прокофьева, я не ожидала.

– Не сопротивляйся, девочка. Запомни, никто тебе не поможет… А я могу, – вдруг истеричность в голосе Игната растворилась, уступая место шепоту. – Ты же хочешь спасти сестру?

– Хорошо, – я зачем-то кивнула и начала медленно подниматься.

Сжимала рюкзак, за которым пряталась папка со всеми копиями дела. Интуиция вопила, требуя спасти то, что было у меня на руках. Заберут!

И вдруг из раздвижных дверей высыпала толпа мужчин. Они роем пчел укрыли меня ото всех, этим я и воспользовалась. Сунула папку под красивое бетонное кашпо и отчаянно затарабанила по стеклу.

Сидящая рядом с окном девушка вздрогнула, с ужасом пытаясь понять, чего мне от неё нужно. Но я лишь указывала на синюю папку, спрятанную под нависающей бочиной клумбы.

Девчонка растерянно косилась в сторону охраны, а потом вновь возвращала взгляд ко мне. Рисковала, тратила бесценные секунды, но оно того стоило! Не сдамся просто так… Ни за что не сдамся.

Достала визитку Раевского, ткнула ею в стекло и, бросив поверх папки, бросилась через толпу к Лютину. Нельзя, чтобы они что-то заподозрили…

– Здравствуй, Валя, – улыбнулась и подняла руки вверх. – Обыскивать будешь?

– Нужна ты мне, Вика. Что у тебя в карманах? Указка? Ею заколешь меня? – он рассмеялся и стал толкать меня к припаркованному вблизи тонированному микроавтобусу.

– Лютин, а ведь ты ещё работал, когда Ольку арестовали, – я покорно села на заднее сиденье, нарочно увеличивая дистанцию между нами. – Сам задерживал?

– Сам, – кивнул он и отвернулся к окну.

– И не стыдно? Давно ты на ублюдков стал работать? А может, тебя поэтому с должности попёрли? А то твоя жена там небылицы рассказывает про несправедливость и заговор Леры Ивановны. Ну? Признайся, Лютин, ссучился? За большой деньгой побежал? – понимала, что не предложит, поэтому нагнулась и сама взяла бутылку воды из мини-бара. – А вот представь, если все побегут? Врачи, учителя… Что, Лютин? Ты же хотел прикрыться детьми? Что кормить их нужно, да?

– Нужно! – рыкнул Лютин и уставился в телефон. Было видно, как сильно зацепили его мои слова. Желваки истерично загуляли, крылья носа испуганными бабочками затрепыхались в приступе ярости.

А что? Думает, с белыми ручками останется?

Думает, что только моя семья должна тонуть в этом болоте? Нет!

– Что, если я завтра перестану выполнять свои обязанности? Не буду учить твоих деток… А? Трус ты, Лютин… Спрятался за детьми, маскируя душонку черную. Только вот эта самая большая деньга и уничтожит тебя…

– Слишком ты смелая для училки, – хмыкнул он, но глаз не поднял.

– А я и с тобой расквитаюсь…

Глава 11

Наверное, я пересмотрела каких-то фильмов, потому что всё время ждала, когда мне, как неугодному свидетелю, наденут на голову мешок, заткнут рот, чтобы не показывать место назначения.

Но всё оказалось не так. Меня везли в открытую, только Лютин окончательно отвернулся и не реагировал на мои провокационные высказывания. Меня это полностью устраивало, а ещё я надеялась, что этому подонку стало хоть немного стыдно.

Как ни странно, но двигались не в сторону трассы, а значит, везли меня не в наш город. Мы отдалялись от центра, плутали по улочкам, и в какой-то момент стало казаться, что мы ездим по кругу, то ли оттягивая время, то ли путая следы.

Наверное, фильмов пересмотрела не только я, но и они, раз решили, что за мной непременно следят.

Я заставила себя успокоиться, пыталась продумать линию поведения, вспоминала всё, что знаю и помню о Прокофьеве. Вот только тут и крылся подвох.

Знала я его сломленным боксером, сошедшим с дистанции за шаг до решающего турнира перед Олимпиадой. Игнату негде было жить, у него не было работы… Он со скандалом ушел из спорта, вылив ушат дерьма на федерацию, поэтому и уехал из родного города.

Мы поднимались вместе. Держались рука об руку и шли к своей цели, вот только эти цели были кардинально разными.

Он всегда бредил деньгами, властью, желая только доказать тем, кто не поверил в него, что они ошиблись. А мне нужно было не сдаться и дотащить Ольку, дать ей образование, опору, уголок дома.

Любовь была яркой, быстрой, и продлилась она чуть больше четырёх лет. Мы развелись тихо, без скандалов, делить было нечего, поэтому и общение наше оборвалось ровно в тот день, когда мы вышли из здания ЗАГСа.

И как себя вести с человеком, которого не видела пят лет?

Оставалось только довериться интуиции. У него есть то, что нужно мне, а значит, этот визит – не что иное, как аукцион. Ставки высокие, а на кону – нечто загадочное. Вот сейчас и выясним.

Ровно через час