Сдавайся, это любовь… - Евсения Медведева

не мог я послать Орлова. Ты знаешь, кто он? Знаешь, в чьи кабинеты ногой дверь открывает? Я ж блоха для него!

– Вот и живите с этим. Вы – блоха. А я болт клал на его счета и волшебную ногу, что дверь открывает, ясно? Его сына я все равно посажу, так и знайте, а мешать будете, уволюсь. А потом все равно посажу! Ферштэйн? – знал, что перегнул палку. Но ничего не мог поделать. Я звонко цыкнул, отчего полковник аж вздрогнул, а после вышел из кабинета, махнув дежурному на прощание.

Да в гробу я видел это звание. Майор, капитан… Да хоть прапором пусть сделает! Все оранжево. Но вот позорище, которое с молчаливого согласия устроил местный олигаршонок, выручая своего сынка, знатного нарика и насильника, я прощать не намерен.

– Сука!!! – заорал я, как только сел в салон своей машины. – Угандошу…

– Кир, – Генеральчик стукнул костяшками в стекло. – Забей. Не в первый же раз.

– Нас с тобой, как котят, в дерьмо окунули, а теперь смотрят, как вылизываться будем. Раскрытие ему подавай! Хуй! Я ему теперь такую делюгу устрою, к четям план сорву, лишь бы ему черенок поглубже засунули, а то расслабил свой анус старик, – я закурил и поднял взгляд в окно на третьем этаже, в котором маячил красный как рак Гвоздев.

– Он тебя опасается, – Лёха прыгнул на заднее сиденье, чтобы скрыться от пристального взгляда полковника. – Ему ещё поработать охота, а тут ты… Боится, что отправишь ты его, Чибисов, жене парники строить на шести сотках. А не хотца…

– Нормальный же мужик был!

– А он и щас нормальный. Орлов хотел, чтобы тебя уволили.

– Лучше бы уволили, Лёх.

– Это Орлову лучше, – Генеральчик рассмеялся и ободряюще похлопал меня по плечу. – А Гвоздь не дал. И вообще, талант у него, как у Волочковой, на двух стульях в шпагате висеть. Выдыхай, бобёр. Обидно, досадно, да ладно. В деньгах ты не нуждаешься, не прибедняйся, тебя Керезь кормит – будь здоров. Ты ж на работу ходишь как на занятие по йоге, для души и общего развития. А моральную компенсацию ты и сам стреляешь с кого надо.

– Но я любил свою звезду. Она была моя! – рыкнул я, когда Гвоздь сдулся первым, дернув шнур жалюзи. – Большая.

– Новую получишь. Сейчас вот повыёбываешься всласть, а потом снова начнёшь показатели всего отдела улучшать, – Лёха наклонился и уложил свой квадратный подбородок на спинку пассажирского сиденья. – Ты мне про Куру расскажи лучше. Как ты её заманил?

Меня вдруг тряхануло как-то не по-детски от одного упоминания о той знойной красотке с четырехлитровыми бедончиками. Ммммм… Конфета. Сладкая, сочная, а внутри начинка пьяная, пуще ликёра. А глазищи… Огромные, дурманящие, темные, будто в них покоятся похабные тайны вселенной.

– Чибис… Мать твою, – заржал друг. – Ты че, наживку заглотил? Да она ж тебя переварит, как отруби на завтрак, а яйцами твоими закусит. Ой, не лезь под этот каток!

– Бля, я спал, что ли, все это время? – обернулся к откровенно ухахатывающемуся Лёхе. – Откуда ты-то её знаешь?

– Не спал, Кир, не спал, успокойся. Просто ты у нас птица высокого полёта, до беспризорников, бытовых драк и прочего не опускаешься, а мы с пацанами её прекрасно знаем. Женщина-ягодка, конечно, – мне почему-то стало нечем дышать, когда друг мечтательно закатил глаза. Казалось, он готов в любой момент эякулировать от удовольствия. Я поморщился от собственных мыслей и не удержался, шибанув Лёху по ноге.

– Ягодка, но не ваша!

– Друже, что я слышу? – зашептал Генеральчик. – Ой-ой! Товарищ генерал полиции Российской Федерации, у нас тут ЧП! Алло-э… Как слышно? Приём! У Чибисова хер задымился на ягодку!

– Генеральчик, а у тебя запасной комплект ног есть?

– Никак нет, товарищ капитан.

– Тогда шуруй на службу, пока не вырвал с корнем!

– Есть шуровать!

Лёха с диким гоготом вывалился из машины, привлекая к нам внимание отдыхающих за сигареткой сослуживцев.

– Клоун, мля…

Я выехал с парковки и рванул прочь, наивно полагая, что хоть так смогу выдохнуть. Но нет… Купаж дикого возбуждения и гнева душил меня! Эх… Надо было узнать номер Людмилы Аркадьевны, глядишь, от одной проблемы бы избавился. Интересно… Пробить адресок, что ли? В гости сходить…

Музыку и поток моих не совсем приличных мыслей прервал входящий звонок.

– Да, Гера.

– Кирилл, мне помощь твоя нужна, – голос друга был странным. Не было в нём привычного смеха вперемешку со звериным рычанием, он словно шипел, как потухшая спичка.

– Ну? Говори, Керезь, что случилось?

– Найти мне одного персонажа надо…

– Гер, давай без тайн? А то у меня черепок треснет. Ты ж сам можешь кого угодно найти, так в чем проблема?

– Официально он признан пропавшим, а потом и погибшим. Но я прям чую, что хрень это все полная, – Керезь даже не говорил, а шептал, будто боялся, что слова его правдой окажутся. – Не бьётся у меня картинка в пазле.

– Подробности?

– Подробности вечером. Приезжай в бар «Джулио», мы там с Лёвкой кое с кем встречаемся, а потом поговорим.

– Уговор…

Лишь бы опять бутылкой не прилетело…

Глава 7

Люсинда

Тук-тук-тук-тук…

Я всячески игнорировала этот противный изводящий душу стук, даже голову накрыла подушкой, а сверху ещё и одеяло уложила для полной тишины. Но без толку… Казалось, что стоят прямо надо мной и капают на металлический поднос: кап-кап-кап… А мне всего лишь нужно было выспаться. Хотелось провести один, всего один гребаный день в своей квартире так, как хочется, чтобы без любопытных взглядов и посторонних. Но нет… Судя по шуму из кухни, там была развёрнута бурная деятельность, а ведь сегодня только пятница.

И добила моё несостоявшееся уединение мелодия входящего сообщения.  Я лениво стянула с тумбы смартфон и тихо застонала, уткнувшись носом в экран:

«Людмила Аркадьевна, вечернее совещание