Во власти Приста - Кэсси Харт

нашему знакомому в полицейское управление, чтобы узнать о ней.

Мое лицо остается пустым, чтобы скрыть, как сильно я ненавижу, что мой лучший друг за моей спиной проверял биографию моей девушки, но логическая часть меня напоминает мне, что я бы сделал то же самое. Мы никогда не пускаем в клуб никого, кто не является членом семьи, все случайные связи происходят за пределами территории с соблюдением конфиденциальности.

Привести совершенно незнакомого человека в наше пространство было безрассудством, но я об этом не жалею. Я бы сделал то же самое снова.

Скай моя!

— Итак, что ты узнал? — Спрашиваю я, с нетерпением ожидая возможности вернуться к девушке в моем доме.

— Ее зовут Скай Тайлер, на случай, если твои руки и рот были слишком заняты, чтобы спросить.

Он хихикает.

— В любом случае, она просто типичная девушка из маленького городка, которая столкнулась с неудачами в большом городе. Вчера она написала заявление в полицию о том, что ее ограбили.

— Что говорится в отчете?

Выражение лица Найта выглядит дружелюбнее с ухмылкой.

— Очевидно, она приехала в город и через несколько часов решила доверить группе подростков нести ее вещи, а они исчезли в толпе со всеми вещами.

Я качаю головой осознавая степень ее невинности, но ей больше не нужно беспокоиться о том, что люди ею воспользуются. Не тогда, когда у нее из рук ест самый страшный ублюдок в городе.

— Знаем ли мы полицейского, который передал ее Broken Chains?

— Пока нет, — говорит Найт, засовывая руки в карманы, когда его черты лица мрачно искажаются. — Тебе придется спросить ее, как он выглядел. По словам нашего парня, все, кто был на смене вчера вечером, были учтены за все время, а место для имени офицера, принимавшего отчет, осталось пустым. Я поручу нашим ребятам выяснить, смогут ли они найти детей, которые скрылись с ее сумками.

Я киваю, радуясь, что он уже этим занимается. Я хлопаю его по плечу и направляюсь в клубный дом, мои мысли заняты девушкой в моей комнате.

Кажется, Скай не очень хорошо встретили в Остине, и я собираюсь это исправить. К тому времени, как я закончу, она забудет обо всех плохих вещах, которые с ней приключились.

* * *

Я нахожу ее свернувшейся калачиком в моей постели.

Я останавливаюсь у двери, чтобы посмотреть на нее, и мое сердце колотится в груди от красоты, находящейся в моем пространстве. Она великолепна, ее длинные золотистые волосы ниспадают на подушку, а на губах играет мягкая улыбка.

Мне следует уйти.

То, что я должен делать, и то, что я хочу делать, — эти чувства, которые постоянно находятся в состоянии войны, когда речь заходит об этой девушке.

Уйти — это не вариант. Ни в данный момент, ни когда-либо.

Я тихо подхожу к ней, нежно убирая прядь волос с лица. Она слегка шевелится, но не просыпается. Я наклоняюсь и провожу своими губами по ее, прежде чем перейти к шее и впитать ее опьяняющий аромат. Она стонет во сне, голос легкий и нуждающийся.

— Папочка, — хнычет она, и, черт возьми, слышать, как она зовет меня даже во сне, ударяет прямо в мой член, но это ноющее сжатие моего сердца становится сюрпризом. Я никогда по-настоящему не был нужен кому-либо.

Конечно, клубу нужен я как президент, члены клуба зависят от меня как от лидера, но, если со мной что-то случится, меня легко можно будет заменить, как я заменил своего старика, когда его арестовали и приговорили к пожизненному заключению. Моя младшая сестра, Рея, недолго нуждалась во мне, когда ей пришлось бежать от матери и отчима. Но она всегда была довольно независимой, она даже учится в колледже за пределами штата.

То, что Скай ищет меня даже во сне, трогает струны моей души, и я еще сильнее влюбляюсь в эту девушку.

— Моя, — собственнически шепчу я, проводя руками по ее бедрам и одновременно касаясь губами ее горла, медленно пробуждая ее.

— Прист, — стонет она, и когда я приподнимаюсь, чтобы посмотреть на нее, мои глаза встречаются с ясными светло-голубыми, и обнаруживаю, что тону в них.

Господи, все в этой девушке идеально.

Она такая невинная.

Как будто для того, чтобы компенсировать несовершенства, которые я приношу в этот мир.

— Ты проснулась, — хрипло говорю я, касаясь ее губ своими, и она так легко открывается мне, вздыхая от удовольствия, когда я просовываю руку под простыни; мой член твердеет, упираясь в джинсы, когда я нахожу ее голой под одеялом.

Она раздвигает бедра для меня, когда я скольжу руками по ее телу, тихонько задыхаясь у моих губ, когда я круговыми движениями массирую ее влажные складочки, раздвигая женственные губки. Она скулит, когда я начинаю массировать сильнее, покрывая мою руку своими соками.

— О, папочка, — кричит она, выгибая бедра, чтобы оседлать мои пальцы, и мне приходится изо всех сил не кончить в штаны.

Мой член болезненно напрягается за ширинкой от желания войти в ее узкую маленькую пизду и пометить как свою.

— Блять! — Рычу я, убирая руку, прежде чем сбросить с нее одеяло, чтобы обнажить ее голое тело.

— Мне нужно трахнуть тебя сейчас, детка.

Я не спускаю с нее глаз, пока отталкиваюсь от кровати, чтобы снять одежду. Я срываю рубашку и отбрасываю ее в сторону.

— Потрогай себя, принцесса. Подготовь свою узкую киску для папочки.

Она кусает губы и смотрит вниз, но не раньше, чем я успеваю увидеть ее возбужденные глаза. Она немного колеблется, и я с замиранием сердца наблюдаю, как моя идеальная девочка опускает левую руку между ног.

— Сделай так, как я тебя учил, — ворчливо говорю я, расстегивая молнию на джинсах, наблюдая, как она пытается повторить мои движения, и вскоре делает это не просто для показухи. Ее спина выгибается, а соски твердеют, когда она проводит средним пальцем по складкам.

— Ох, — кричит она, ее глаза стекленеют, а дыхание учащается.

Я достаю свой член и глажу его, приближаясь к ней,