Четверть мили - Девни Перри

на сиденье, садясь поудобнее. — Извини, я заснул.

— Все в порядке.

— Где мы? — От его глубокого, хрипловатого голоса у меня по спине пробежали мурашки, он моргнул, прогоняя сон.

— Мы въезжаем в Айдахо.

Он потер подбородок.

— Хочешь остановиться или продолжишь ехать? Я могу повести машину.

— Давай остановимся. — Спешить было некуда. — Я хочу поужинать. Может, переночуем здесь, а утром продолжим.

— Звучит заманчиво.

Мы пересекли длинный мост, перекинутый через реку, вдоль которой я ехала. На другой стороне нас встретил небольшой городок с приветственными надписями и американским флагом. У первого же знака остановки я оглядела улицы в поисках мотеля.

— Хочешь, я проверю? — Кэш достал из кармана джинсов свой телефон.

— Нет. Давай просто осмотримся. — В конце концов, нам придется воспользоваться GPS, но в этот первый день я хотела просто найти дорогу. Окунуться в приключение.

— Хорошо. — Кэш вытащил четвертак из подстаканника, положил его на костяшку пальца и провел по краю ногтем большого пальца. Монета покатилась вверх, пока не шлепнулась ему на ладонь. — Орел.

— Налево. — Я повернула руль.

Этот был удачный поворот. Через три квартала мое внимание привлекла неоново-оранжевая вывеска с надписью: «Свободные номера». Через дорогу от «Империал Инн» находился ресторан «Гаррис Суппер Клаб». На доске объявлений под стрелкой, усеянной лампочками, была размещена реклама: Ежедневное фирменное блюдо из ребрышек.

— Сюда? — спросила я.

— Продано, — сказал Кэш. — Я умираю с голоду.

— Сначала поужинаем. — Я заехала на парковку ресторана и повернулась, чтобы взять с заднего сиденья свою сумочку. В ресторане царил полумрак по сравнению с ярким вечерним освещением снаружи. Декор, выполненный в деревенском стиле и преимущественно из дерева, хорошо вписался бы в интерьер ранчо. Но от запаха — боже мой, этот запах — у меня заурчало в животе.

Сочный стейк, домашние роллы и пышный картофель. У меня буквально слюнки текли, когда официантка проводила нас к темно-синему столику в углу. Лампа, висевшая над ним, излучала золотистое сияние, достаточное, чтобы отразиться от ламинированного меню. Мы заказали напитки, и, пока официантка описывала фирменное блюдо — ребрышки, мы с Кэшем обменялись голодными взглядами.

— Два, пожалуйста, — сказал он ей. — Средней прожарки. Салат с соусом ранч. Мне побольше гренок. Ей без помидоров.

Когда-нибудь, когда — если — я решу начать встречаться, я надеюсь, что мужчина, которого я выберу для того, чтобы он сидел напротив меня, обратит на это внимание не меньше, чем Кэш, и сможет заказать именно то, что я хочу. Не то чтобы я не могла сделать заказ сама, но это заставляло меня чувствовать себя особенной, желанной, потому что кто-то знал меня достаточно хорошо, чтобы сделать заказ за меня.

— Нам следовало бы записать, сколько миль мы проехали на «Кадиллаке», прежде чем отправиться в путь, — сказал Кэш после того, как официантка принесла нам воды. — Было бы интересно точно знать, как много мы проехали.

— О, я записала.

Кэш усмехнулся.

— Всегда на шаг впереди меня.

Я улыбнулась.

— Стараюсь.

— Так расскажи мне побольше о свалке. — Он откинулся на спинку кресла, положив длинную руку на спинку.

Сегодня на нем была рубашка «Хенли» с длинными рукавами, которую я купила ему два года назад на Рождество, потому что подумала, что серовато-зеленый цвет подчеркнет цвет его глаз. Рукава были закатаны до локтей, а мышцы на предплечьях напоминали тугие канаты, сильные и рельефные от многолетней физической работы. Хлопок облегал его бицепсы и широкую грудь. Пуговицы на воротнике были расстегнуты, открывая полоску загорелой кожи и едва заметный намек на темные волосы.

Черт, отличную рубашку я купила. Я опустила глаза на воду и сделала большой глоток, надеясь, что холодная жидкость погасит огонь, разливающийся по моим венам.

Было бы намного проще разлюбить Кэша, если бы он не был таким привлекательным. Но как я могла игнорировать это великолепное лицо? Как я могла испытывать двойственное отношение к его большому телу и к тому, как Кэш владел им с удивительной грацией? И то, как этот мужчина смотрелся верхом на лошади, как его бедра скользили в седле, как он сжимал свои массивные бедра, вызвало во мне глухую пульсацию. Даже мысленный образ его верхом на лошади опьянял. Игнорировать Кэша? Невозможно. С таким же успехом я могла бы попытаться долететь на «Кадиллаке» до Луны.

— Кэт.

Я моргнула, заставляя себя оторвать взгляд от стакана.

— Хм?

— Свалка. Расскажи мне об ней. Или о том, как росла в Калифорнии.

Я сморщила нос. Если и была тема, которая могла отвлечь меня от безумного влечения к моему лучшему другу, то Калифорния была победителем. Сам штат ни в чем не виноват. Многим нравилась его умеренная погода, изобилие развлечений и голливудский колорит. Но когда я думала о Калифорнии, я думала о своей матери.

Кэш снова потянул за цепочку моей коробки памяти.

— Ты уже выбрал имя для своего нового жеребенка? — спросила я, надеясь увести разговор в сторону от моего прошлого. Это могло бы сработать, если бы напротив меня сидел любой другой человек.

— Дейзи. Я понимаю, что ты делаешь. — Смешок Кэша разнесся над столом, и низкая вибрация пробрала меня до костей. — Я не хочу говорить о доме или работе. Расскажи мне что-нибудь, чего я не знаю. Представь, что это свидание, и мы узнаем друг друга получше.

Свидание.

Я сглотнула. Это было не свидание. Да, мы были в хорошем ресторане, в уединенной кабинке. Из-за отсутствия шумной толпы в зале царила тишина, создавая иллюзию интимности. Но это было не свидание.

Это было не свидание.

Только это было похоже на него. Не то чтобы в последнее время у меня было много свиданий. Тяжело встречаться с мужчиной, когда ты влюблена в другого.

Была ли это любовь? Могла ли это быть любовь, если она была такой безответной? Я никогда раньше не была влюблена. Возможно, это было страстное увлечение. Или глубокая, уважительная дружба.

Потому любовь была ответна.

А мои чувства — точно нет.

— Ты в порядке? — спросил Кэш, опуская руки на стол и наклоняясь ближе.

Нет. Я была не в порядке.

— Просто устала, — солгала я. — Это был долгий день за рулем.

— Завтра моя очередь.

— Хорошо. — Я не стала спорить. Хотя «Кадиллак» был мощной и элегантной машиной, после девяти часов, проведенных за рулем, он потерял часть своего блеска.

— Итак, расскажи мне побольше о свалке, — снова настаивал Кэш.

— Ты почти все знаешь. — Разве для одного дня не было достаточно разговоров об этом? В обычной ситуации я бы не стала вдаваться в подробности, о которых рассказала ему ранее, но мне показалось важным,