Твоя на 7 ночей - Ая Кучер

остались в клубе: джин, виски, текила, водка. И многое другое, чего я даже не пробовала ещё. Есть совсем дорогие напитки, есть попроще. Мне бы напиться до всего этого, чтобы забыть и забыться, не помнить жаркого шепота и крепких пальцах на бёдрах.

Мужчина отходит к бутылкам, не дожидаясь моего ответа. Наливает себе новую порцию виски. Смотрится легко и уверенно. Он на своей территории, он привык к подобному. Это я тут напуганная гостья.

– Есть кола? – Эрик машет в воздухе баночкой. – Тогда виски с колой.

– Уверена? У меня есть вино.

– Если зажал мне виски, то так и скажи.

Я не знаю откуда у меня появляется дерзость и веселье, но так чувствую себя чуть более увереннее. Особенно когда на загорелом лице мужчины появляется улыбка. Себе наливает чистый виски, а мне начинает смешивать.

Вино я не особо любила, оставляла на крайний случай. Сегодня вечером так было, когда весь алкоголь я выпила за выходные, упиваясь жалостью к себе.

– Стой. Дай сюда.

Я слегка толкаю Эрика в бедро, отбираю бутылку. Добавляю намного больше виски, чем он собирался. Замечаю удивлённый взгляд и стараюсь улыбнуться в ответ. Перепалка за алкоголь чуть расслабляет, и я позволяю себе отвлечься.

Присаживаюсь на край бежевого дивана, рассматривая вид через панорамные окна. Красные и жёлтые огоньки мелькают вдалеке, мигают и переливаются, гипнотизируя. Ночной город горит и живёт своей жизнью, и никому нет дела, что происходит в пентхаусе в центре города среди тысяч таки же квартир.

– Значит, ты у нас алкоголик? – Эрик усмехается и присаживается рядом, но не слишком близко, выдерживая некое подобие дистанции.

– Сказал тот, кто пьёт чистый виски.

Он поднимает руки в жесте «сдаюсь», ни капли не выглядя задетым. Хорошо. Я совсем не могу контролировать свой словесный поток, хотя сколько раз уверяла себя, что буду молчать.

Молчаливая, покорная и тихая. Три мои завета вместо Божьих на сегодняшнюю ночь. Но у меня не удавалось ни вовремя заткнуться, ни быть тише воды, ниже травы. Лишь кое-как получилась быть покорной, подставляясь под властные руки мужчины.

– Расслабься, - повторяет, забрасывая руку на спинку дивана, не касаясь меня, но чтобы была возможность это сделать в любой момент. – Мы просто поболтаем. В клубе ты казалась смелее.

– Там всё казалось нереальным и на эмоциях, - откидываюсь на спинку боком, так, что пальцы мужчины тут же зарываются в мои волосы. – А здесь…

– Ты в любой момент можешь сказать, что для всё слишком, и уйти.

– Я в порядке, просто перенервничала.

– Так почему ты до сих пор девственница? Ты красивая.

Пью виски, обжигая крепким напитком органы. Лучше, чем что-то отвечать. Эрик говорит так, словно внешние данные единственный повод раздвинуть перед кем-то ноги.

– Не верю, что не было ни одного мужчины, который бы подкатывал к тебе. Давай, считай это моей прелюдией. Ты обещала быть умницей и рассказывать мне то, что я захочу.

– И что ты хочешь знать?

Почему-то я даже не сомневаюсь, что это будет задевать тему секса. Блеск в карих глазах, похожих на разбавленный виски в моём стакане, тому подтверждение. И широкая улыбка тоже.

– Давай, Мио, - Эрик двигается ближе, наши ноги соприкасаются. – Расскажи мне что-то сокровенное о себе.

[1] Cazzo – блядь, черт, фак (итал.)

Глава 9. Эрик

Мина напоминает мне чем-то молодое вино, из-за которого в Италии начало ноября превращается в фестивальный период. Первые бутылки нового урожая, везде терпкий интенсивный запах вина.

Девушка тоже пахнет хорошо. Лёгкий налёт духов, запаха грейпфрута. И, как молодое вино, её хочется попробовать скорее. Откупорить и насладиться сладким вкусом.

Молодое вино не стоит передерживать, спасибо бабуле Лютеции, которая была помешана на виноградниках и учила всему меня. Но Мина – исключение, чем дольше ждать, тем лучше будет наслаждение.

– Что именно? – отводит взгляд, поджимает губы. – Сокровенное – понятие растяжимое. Я украла жвачку в магазине, такое подходит?

– Мы оба знаем, что нет. Давай, Мио, не разочаровывай меня. Тебя никто никогда не касался? Не доводил до оргазма?

Потому что я бы не удержался. Попадись мне Мина на пути раньше, уже бы давно распрощалась со своей невинностью. То, какой отзывчивой она была в спальне и машине, даёт понять, что скучно с ней не будет. Легко тоже, но я любил вызовы.

– Нет?

– Нет.

Машет головой, роняет локоны светлых волос. Они закрывают её лицо и длинную шею, что мне не нравится. Стягиваю кожаный браслет, чтобы собрать высокий хвост. Мина дёргается, но позволяет мне всё.

У неё забавные мурашки, когда я прижимаюсь губами к шее. Прокладываю дорожку к острым ключицам. Она сладкая и невинная, хочется распивать и смаковать долго.

И дело ведь не в том, что у неё сохранилась девственная плева. Это мелочь. Куда больше кайф в порче этого ангела. Не зря ведь меня называют Дьяволом. Я очень люблю души, которые можно извратить. Открыть этой девушке мир порока и удовольствия.

Смысл не в том, чтобы откупорить бутылку, запечатанную сургутом. А добраться до самого напитка, распробовать его. Почувствовать каждый оттенок вкуса, которые может подарить Мина.

Когда она дрочила мне – ловил истинное наслаждение. Училась, не соврала в этом, очень быстро. И с большим рвением, чем я мог ожидать.

– Кто-то запускал пальцы в твои трусики?

Придвигаюсь ближе, вжимаясь в неё бёдрами. Опускаю ладонь на подрагивающий живот, веду ниже. Девушка сжимается, но стоит оставить лёгкий щепок, как тут же прекращает сопротивляться.

– Делал так?

Спрашиваю, а сам надавливаю на её клитор. Сущая прелесть, когда она так реагирует. Злостью, смущением, желанием. У неё такой коктейль в глазах, что хочется пить и пить.

Сара боялась, что когда-то я сопьюсь и забью на бизнес. Но