Твоя на 7 ночей - Ая Кучер

его член двигается у меня во рту, плавно скользит, забивая рецепторы мужским запахом.

– Умница.

Эрик отстраняется и тянет меня наверх, заставляя встать. Я борюсь с желанием стереть его вкус со своих губ, но сдерживаюсь. Поднимаюсь на ноги и опасаюсь, что опять что-то сделала не так.

Он постоянно отдавал приказы, и я забывала за какими стоит следить, а какие уже в прошлом. Это попахивало доминированием и БДМС-играми. Паника новой волной накатила на меня.

А что если он один из таких? Что если сейчас достанет плетку и прочие игрушки и испробует всё это на мне?

Нет, я не готова к этому, не готова. Это слишком. Всё это слишком. Я и так старалась, держалась. Но видимо алкоголь начинает рассеиваться и меня накрывает. Как я до этого додумалась, как смогла подписаться на это всё? Это всё неправильно, гадко. Я должна быть с Гошей, его руки должны ласкать меня, а не этого уголовника.

– Тише, ты вся дрожишь.

Эрик тянет на себя, заставляя оседлать его. Он мягко прижимает к своему горячему телу и обнимает за талию, неспешно гладя по спине. Я утыкаюсь ему в шею, стараясь успокоиться и отдышаться. Пока ничего страшного не происходит, пока всё нормально. Нечего трястись раньше времени, всё равно не поможет.

Всё происходит совсем не так, как я ожидала. Думала меня нагнут и сразу всё произойдёт. Быстро, без сожалений и мыслей. А Эрик ведёт себя вопреки всем ожиданиям.

С ним возникает твёрдое ощущение, что это просто случайность. Где-то встретились, понравились друг другу и уехали к нему.

Потому что хотелось, а не потому что нужно.

– Что такое, Мио? – его пальцы очерчивают подбородок, гладят местечко под ним. Его прикосновения слишком нежные, на контрасте со всем до этого. – Что тебя так напрягло?

– Я в норме, - нет, я далека от нормы. Я на грани того, чтобы спрыгнуть с его колен и умчаться как можно дальше. – Всё хорошо.

Мужчина кивает, принимая ложь за ответ. Слышится короткий треск и мои новые трусики летят на пол. Может, они ничего и не прикрывали, но были красивыми. Жалко.

Ещё жальче лифчик, который постигает такая же участь. Можно же просто снять, а не уничтожать. Я остаюсь в одних портупеях, которые хочется отправить к белью, но Эрик не спешит это сделать.

Он сжимает мои бёдра, подвигая ближе. Его член упирается в лобок, скользя по влажным складочкам. Совсем близко, слишком близко. Я непроизвольно напрягаюсь и получаю шлепок по заднице. Мужчина тут же гладит место удара, вызывая противоречивые ощущения.

– Не зажимайся, я пока не вхожу.

Я кивнула, и он продолжил. Его член потирается о клитор и это пускает разряды по телу. Я задыхаюсь и цепляюсь пальцами за плечи Эрика, стараясь удержаться. Дрожь волнения сменяется дрожью возбуждения. Так просто, от одного движения.

У меня всё скручивает в тугой узел, когда он ласкает меня, как делал это в машине. Дразнится, надавливает сильнее, а затем всего немного касается.

– Такая мокрая, - его шёпот обжигает, заставляя возбудиться ещё сильнее. Трётся членом и пальцами, доводя до грани, сметая все мысли. – Давай, детка, постони для меня.

И я выполняю его просьбу. Открыто стону и хнычу от того, насколько близко нахожусь к разрядке. Всё внутри дрожит в предвкушении, тянет, отдаёт молниями по телу.

Эрик приподнимает мои бёдра, заставляя сильнее упереться коленями в матрас. Я чувствую головку возле входа. Она легко скользит по моему лобку из-за изобилия смазки и от этого меня ведёт сильнее.

– Защита, - я слабо протестую, сгорая в жаре похоти.

– Я чист, детка. Могу справку показать, - он припоминает мои слова в клубе и улыбается. – С утра выпьешь таблетку. А теперь не думай о глупостях.

Не думать о глупостях мне нужно было раньше. Когда в мою светлую голову пришла мысль продать девственность.

Эрик давит пальцами немного сильнее, совсем чуть изменяя напор. Но мир сгорает, и я вместе с ним. Я горю и превращаюсь в пепел, взрываясь раз за разом. Я кричу и выгибаюсь, дрожа от продолжительного оргазма.

Хватаюсь за его плечи, жмусь ближе. Я не готова к такому, не ожидала. И сейчас пустота внутри кажется уничтожающей.

Под пальцами словно сталь, с этими мышцами и напряженным телом. Эрик не выглядит здоровяком, нет надутых мускул под кожей. Но силы, кажется, в нём не меньше. Легко удерживает меня, пока я падаю и падаю.

Под ладошкой стучит его мотор, гудит и посылает вибрации. Набираюсь смелости, чтобы заглянуть в глаза. Почему-то мне жутко стыдно, что я только что кончила от его движений. Я ведь не должна была получать удовольствие. Честная сделка с арендой тела на одну ночь.

Но сейчас…

– Обхвати его, давай.

Эрик направляет мою ладошку вниз, накрывая член. Показывает, как я должна действовать, сжимая своими длинными пальцами. Кожа едва влажная, из-за моей смазки. Это ужасно, пошло, волнительно.

Его кожа прожигает кожу, выступающие венки оставляют зарубы внутри. Это странно и… интересно. Как член в ладони дёргается, как пульсирует. Совсем не то место, чтобы заниматься исследовательской работой, но ничего не могу с собой поделать.

Веду по длине, наслаждаюсь приятной кожей. И тем, как тело мужчины напрягается подо мной. Как он реагирует на мои прикосновения, как шипит сквозь стиснутые зубы.

– Обхвати сильнее, двигая не рукой, а запястьем, - лицо Эрика упирается в мои ключицы, касается груди, когда я делаю так, как он говорит. – У тебя охрененно получается.

Опускаю голову, прикрывая румянец волосами. Его похвала ложится ударом хлыста на кожу. Задевает то, что не должна волновать.

– Ещё чуть, вот так, умница.

Русские слова Эрика смешиваются с итальянской бранью, губы оставляют следы на коже, чередуя поцелуи с жестким втягиванием кожи, когда она начинает гореть.

А затем ладонь обжигает струей спермы, витает мускусный запах. Губы мужчины спускаются ниже, прихватывая сосок. Коротко, быстро, но оставляя после себя