Оставить в прошлом (ЛП) - Уильямс Уитни Грация

— Входите.

Я вошла внутрь, а Грег оставил мои вещи у стены.

— Надеюсь, вы отнесете их в комнату мисс Стэтхем, мистер Уолтерс? — спросил он.

— Да.

— Спасибо, Грег, — сказала я.

— Рад помочь. — Он вручил мне одну из своих визиток с серебряным покрытием, прежде чем закрыть дверь и оставить нас наедине.

Кори, молча, смотрел на меня несколько секунд, тем самым действуя нервы.

— Позволь мне проводить тебя в твою комнату. — Он прошел мимо меня, направляясь через гостиную с панорамными окнами и несколько белых коридоров.

Открыв дверь в угловую комнату, он ударил по выключателям, явив на обозрение ярко-синюю спальню. Она была в два раза больше люкса, в котором я жила в «Четырех сезонах». На кровати лежали серые одеяла с моим именем, вышитым на них, и несколько версий «Скрэббл» на столе.

Он подошел к двери с другой стороны комнаты и толкнул ее.

— У тебя есть собственный балкон, — сказал он. — И ванная комната, так что тебе не нужно будет пользоваться моей.

— Это угроза?

— Это правило, — он сузил глаза, — которое я не хочу, чтобы ты нарушала. — Он осмотрел меня с ног до головы, прежде чем выйти из комнаты. — Позволь мне показать тебе остальную часть дома.

Мы снова прошли через гостиную, затем через огромную комнату, где все стены были увешаны массивными телевизорами.

— Это мой второй домашний кабинет, — сказал он. — Первый находится в подвале, и он под запретом, поэтому даже не думай о том, чтобы пойти туда.

— Ты что, недавно посмотрел «Красавицу и Чудовище» или что-то в этом роде? — спросила я. — Это что, какая-то странная инсценировка?

Его губы изогнулись в легкой ухмылке, но он не позволил ей задержаться.

— Винный погреб находится через несколько ступенек за тобой. Ты можешь взять что угодно на первых двух стеллажах. Ну, возможно, и ничего, так как ты явно не знаешь, как обращаться с алкоголем.

— Что ты только что сказал?

Он проигнорировал мой вопрос и показал мне оставшиеся четыре комнаты, еще три ванные и каменную террасу, которая вела к его частному бассейну.

Оставив на сладкое современную белую кухню, он жестом предложил мне сесть за барную стойку. Когда он достал бокалы для вина, я посмотрела на коридор, о котором он забыл упомянуть во время экскурсии, и предположила, что именно там находится его спальня.

— Нам нужно установить некоторые правила, пока ты здесь, — сказал он, откупорив бутылку вина. — И мне нужно, чтобы ты пообещала мне, что будешь им неукоснительно следовать, ясно?

— Зависит от того, в чем они заключаются.

Он снял с холодильника лист бумаги, а потом передал мне бокал вина.

— Правило номер один: соблюдай все мои чертовы правила.

Я закинула ногу на ногу, расстроенная тем, что была слегка заведена его хреновым поведением.

— Правило номер два: оставайся в своей части дома, когда ты не в гостиной или на кухне.

— Хорошо, подожди. — Я пожала плечами. — Почему мне нельзя пользоваться бассейном или кабинетами?

— Правило номер три, — он сделал длинный глоток вина, — не задавай мне никаких вопросов о правилах.

— Эти правила кажутся односторонними.

— Они должны быть такими. Я не привык к компании.

— Это не то, что я слышала из слухов...

— Что ты только что сказала?

— Ничего, — откашлялась я. — Если ты собираешься быть таким антисоциальным и грубым, когда дело касается твоего пространства, почему ты позволил мне остаться здесь?

— Я этого не делал. — Оставшуюся часть вина он выпил одним глотком. — Твой брат попросил меня об одолжении.

Теперь в этом есть смысл... 

— Ну, я буду следовать твоим правилам, пока ты будешь следовать моим.

— Прости, что?

— Я тоже не хочу видеть тебя в своей части дома.

— Поверь мне, — сказал он, взглянув на меня, — меня там не будет. В любом случае... — он подошел к кладовой, — я купил те продукты, которые ты раньше любила, но, если что-то упустил, воспользуйся приложением Insta-Grocery,4 они доставят продукты в течение часа.

Я встала со стула и посмотрела поближе, мои глаза расширились от вида всех моих любимых продуктов.

— Есть еще вопросы, Хейли?

— У тебя есть кофеварка? — спросила я, осмотрев пустые столешницы. — Чайник?

— Еще лучше, — сказал он, открывая глубокий ящик, полный кофемолок, миксеров и другого. — Я ненавижу «Старбакс», поэтому склонен готовить это дерьмо сам, когда у меня есть возможность.

Я улыбнулась.

— Есть ли другие правила мелким шрифтом? Может быть, время суток, когда мне можно пописать?

— Нет, — он закатил глаза. — Спокойной ночи, Хейли. Будь готова к работе в семь тридцать, если хочешь прокатиться.

— Семь тридцать?

— Кажется, я четко сказал. — Он начал уходить, но я схватила его за руку.

— Подожди. Мы можем поговорить о том письме, которое ты мне прислал?

— Я ничего тебе не писал.

— Я его не удалила.

— А надо было. —Тишина. — Что насчет него, Хейли?

— Ну, честно говоря, я до сих пор не помню большую часть той ночи. — Я не смогла удержаться, чтобы не вдохнуть сексуальный аромат его одеколона, когда он подошел ближе. — Поэтому надеюсь, это не сделает нашу временную жилищную ситуацию неловкой.

— Я бы в принципе не использовал слово «неловко», чтобы описать эту ситуацию, — он произнес это низким голосом. — Раз уж я забыл большую часть того, что произошло той ночью, нет необходимости поднимать эту тему снова.

— Несмотря на то, что я хорошо целовалась, когда была на тебе?

Кори не ответил на этот вопрос. Он смотрел на меня, словно разрывался между тем, чтобы трахнуть меня или уйти.

— Спокойной ночи, Хейли, — произнес он и покинул комнату.

Кори: Сегодня

(Наши дни)

Сан-Франциско, Калифорния

Лучше бы я сейчас спал.

Как раз тогда, когда я, наконец, выкинул образ губ Хейли из головы и начал засыпать, мой мобильник в пятый раз подряд зазвонил. Взглянув на настенные часы, я отметил время: три часа утра.

Склонившись над тумбочкой, я схватил телефон и прижал его к уху.

— Да?

— Эм-м... это мистер Уолтерс?

— Для тебя же будет лучше, если это не так, — застонал я. — Кто это?

— Мистер Уолтерс, это я — Шон из вашей команды разработчиков А, — он замолчал, ничего не произнося в течение нескольких секунд.

— Хорошо, Шон, — я старался не допустить раздражение в голосе. — Мой кабинет в «Стэтхем Индастриз» горит?

— Нет, сэр.

— Мой кабинет на территории частной компании горит?

— Нет, сэр.

— Тогда что, черт возьми, произошло?

— Я по личному вопросу, сэр, — он откашлялся. — Дело в том, что вы весь месяц проводили собеседования с людьми, которые и в подметки не годятся нынешним членам команды в «Стэтхем», и я начинаю переживать, что вы не будете рассматривать никого из нас, когда в следующем году совершите окончательный переход в свою фирму. Я ужасно волнуюсь, думая об этом, и не могу уснуть, так как эта мысль не покидает мою голову.

Я сел в кровати и огляделся. Вне всякого сомнения, кто-то решил по-идиотски подшутить надо мной, и в любой момент из моего шкафа может выскочить комик.

— То есть я понимаю, что вы кого-то не возьмете с собой, — сказал он. — Но я в вашей команде А, сэр. В вашей команде А.

— Пожалуйста, скажи, что это не единственная причина, по которой ты позвонил мне в три часа утра.

— Вы всегда говорили нам, что мы должны бороться за справедливость.

— А еще я говорил вам не звонить мне со всякой чушью.

— Мне нужно знать, мистер Уолтерс, — его голос звучал так, словно парень вот-вот расплачется. — Нужно знать прямо сейчас, будет ли мне предоставлена возможность следовать за вами в вашу новую компанию.