Лайза Джексон - Бремя страстей

— Боже! — Она резко нажала на тормоза, джип пошел юзом и замер, встав поперек до­роги. Она пристально смотрела в отражение своих глаз в зеркале. — Кэссиди Маккензи, ты никогда не бежала от трудностей этой прокля­той жизни. Останься!

Она любила Брига. Он любил ее. Ничто не должно омрачать этой любви. И что бы ни уготовила им судьба, как бы тяжело ни пере­живали они смерть Чейза, они должны спра­виться с этим. Примириться с прошлым, что­бы жить будущим. Вдвоем!

Ее сердце вдруг затрепетало в предчувствии счастья. Он и не заметит ее отсутствия, а когда проснется, когда лучи восходящего солнца лягут на их лица, она признается, как сильно любит его. И докажет…

Вывернув руль, она нажала на газ. Взвизг­нули шины, и джип, развернувшись, пом­чался назад, к дому. Тогда-то и заметила она на горизонте оранжевые всполохи, ко­торых не должно было там быть. Кэссиди обмерла.

— Боже мой, только не это! — Крик за­стрял у нее в горле.

Уже зная, что случилось что-то ужасное, она тем не менее отказывалась верить… Неу­жели снова пожар?.. Боже, там же Бриг…

— Ну-ка, поднимайся, ты, ублюдок! — щелкнул взводимый курок.

Кэссиди? Где же Кэссиди?

Бриг поднял голову; от мерзкого страха засосало под ложечкой — прямо на него смот­рело ружейное дуло, и Деррик Бьюкенен дер­жал палец на спусковом крючке.

—   Мне давным-давно следовало это сде­лать.

—   О чем ты? — Бриг попытался собраться с мыслями, побороть леденящий душу страх, который он испытал при виде наставленного на него ружья. Но Кэссиди рядом не было.

Слава Богу. Если только… если только Деррик уже не расправился с ней.

— Одевайся, Маккензи.— Лицо Деррика исказила гримаса ненависти.

Во рту Брига пересохло, почему-то стало трудно дышать. Оглядевшись, он заметил, что в комнате, несмотря на глубокую ночь, до­вольно светло. Жарко. Тревожно. Где собака? Медленно, чтобы не спугнуть Деррика резким движением, Бриг натянул джинсы, но обувать­ся не стал, чтобы не упускать того из виду.

— Где Кэссиди? — требовательным тоном спросил он.

Деррик ухмыльнулся:

—   Разве за твоими бабами уследишь?

—   Она была здесь. — Он лихорадочно пы­тался сообразить, где она могла быть. Только бы с ней ничего не случилось.

—   Была, да вся вышла. Даже ее джипа У дома что-то не видно. Как же так, красавчик? Тебе даже некого позвать на помощь.

Бриг с облегчением вздохнул. Главное, что­бы Кэссиди была цела и невредима — осталь­ное не страшно. Остальное уже не имело зна­чения.

— Что до твоей псины, она, должно быть, съела крысиной отравы или дала деру вместе с хозяйкой.

Видя перед собой эти горевшие ненавистью глаза, Бриг чувствовал, как наливаются силой его мышцы. Он хотел уже выхватить ружье, прижать мерзавца к стене и задушить, но ре­шил, что пока находится в невыгодном поло­жении— Деррик успеет выстрелить,— и от­ступил, стараясь выиграть время.

Весь потный от напряжения, Деррик поко­сился на дверь и злобно рявкнул:

— Ну и как тебе, каково трахаться с моими сестрами?

Бриг почти физически ощущал волны нена­висти, исходившие от Деррика.

— Что?..

Деррик повел дулом в сторону двери, и Бриг понял, что тот не желает оставаться в спальне. Он медленно вышел в коридор — кровь бешено гудела в висках.

— Ну расскажи, с кем лучше— с Энджи или с Кэссиди? Мне всегда было интересно. Мне-то Кэссиди так и не удалось попробовать.

— Что ты несешь?

— Маккензи, здесь приказываю я, — чтобы придать весу своим словам. Деррик ткнул хо­лодным стальным дулом в обнаженную спину Брига.

Мозг Брига лихорадочно работал. Да, Кэс­сиди в доме нет, это точно. На ночном столике он разглядел записку, которую Деррик не за­метил. Так что он, скорее всего, не соврал, и с Кэссиди ничего не случилось.

— Пошевеливайся! Подними руки! Заложив руки за голову, Бриг босиком шел по коридору, чувствуя, что пол непривычно теплый. Что-то неладно. И причиной тому не только Деррик с ружьем…

— Бриг Маккензи, я знаю, что это ты, а не Чейз. Фелисити все верно разгадала.

Бриг похолодел— в окно, сквозь задерну­тые шторы, он увидел первые оранжевые вспо­лохи.

—   Она считала, что тебя следовало сдать полиции — за убийство Энджи и Джеда, но я не уверен, что это подходящая идея.

—   Потому что ты сам и устроил пожар, в котором погибла Энджи, верно? — Пожар! Так и есть! Снова пожар! Деррик что-то поджег.

—   Нет, черт побери, я не убивал ее. — Хо­чешь верь— хочешь нет, Маккензи, но ты будешь у меня первым. Я просто сгораю от нетерпения.— Он с силой пнул дулом между лопатками, так что Бриг еле устоял на но­гах.— Я ни разу не причинил Энджи боль, хотя знал, что любой в городе может запросто побаловаться с ней.

— Включая тебя?

— Она была моей, черт тебя побери! — Деррик сорвался на крик. — Моей! Мы потеря­ли мать, отец, женившись на этой сучке Дене, отдалился от нас. От Энджи и от меня. Мы с ней были одно целое.

В открытое окно тянуло дымом, но Деррик, казалось, ничего не замечал. Брига разобрал кашель.

— А как же Фелисити?

Новый тычок в спину. Бриг обливался по­том — становилось чертовски душно. Когда они свернули по коридору за угол и оказались в задней части дома. Бригу открылось феери­ческое зрелище — гонимые ветром языки пла­мени ползли по сухой траве, лизали кору ста­рого каштана, неуклонно продвигаясь к дому и хозяйственным постройкам.

—   Что ты творишь, Бьюкенен? — как мож­но более ровным голосом, стараясь не под­даваться охватившей его панике, произнес Бриг. — Надо вызывать пожарных.

—   Что такое?— При виде огня Деррик обомлел. Воздух дрожал от неистового гу­ла.— Матерь Божья! Что такое…— бормотал он, словно зачарованный.— Я ничего не ви­дел…

Бриг, почувствовав, что дуло больше не упирается в спину, отскочил в сторону.

— Стой! — взвыл Деррик. — Проклятый ублюдок, я пристрелю тебя…

Бриг, пригнувшись, пробежал через весь дом и уже был у парадной двери. Но больная нога подвела его — острая боль вдруг пронзи­ла его до бедра.

Он уже взялся за ручку, когда за спиной у него возникла фигура Деррика. Он попытал­ся схватить Брига за волосы, но тот развернул­ся и, размахнувшись, нанес ему страшный удар в лицо. Деррик охнул и инстинктивно закрыл ладонью в кровь разбитый нос.

— Сукин сын!

Бриг ударил снова. Теперь слева. Деррик ошарашенно тряс головой, разбрызгивая кровь. Ружье выпало у него из рук.

С треском лопнуло и посыпалось оконное стекло. Вокруг дома бушевало пламя.

Бриг выскользнул за дверь и побежал в темноту.

— Ну нет, гаденыш, тебе от меня не уй­ти! — раздался у него за спиной истерический вопль Деррика.