Дейрдре Перселл - Последнее лето в Аркадии

— Что-нибудь придумаю позже. — Я со вздохом убираю пачку обратно в конверт и возвращаю его в бардачок.

Мы едем в моей машине. Джерри пришлось вернуть свою компании. «Сентинель груп» постаралась отвоевать хотя бы мелочь.

Муж снижает скорость на узком участке.

— Ты слишком устала. Поспи немного, если получится.

У меня уже давно слипаются глаза, так что я вяло киваю и сразу же выключаюсь. Дорога занимает три с половиной часа, и я просыпаюсь лишь на выезде в Каррик. Включив мобильный, сразу получаю семь посланий.

Шесть из них принадлежат малознакомым людям, которые выражают свое сочувствие и приносят извинения за то, что не смогли приехать на похороны в Баллину. Седьмое — от Наоми Марш. Я сразу же ей перезваниваю.

— Мы можем поговорить, миссис Бреннан? Или момент неподходящий? Если хотите, созвонимся позже.

Я смотрю в зеркало заднего вида: Том и Джек спят как сурки.

— Нет, лучше сейчас.

Так я узнаю новости о расследовании.

Настоящее имя Фредерика вовсе не Ярсо. Его зовут Джон Фредерик Янг. Он вовсе не преподаватель университета и никогда не жил ни в каком Ошкоше. Возможно, и археолог он тоже липовый.

Личность удалось установить благодаря нашему подробному описанию, а также имени и номеру лондонского друга Фредерика (или Джека). Оказалось, наш недавний гость работал вольным репортером, в основном в Чикаго и других городах Иллинойса, и хотя у него не было криминального прошлого, полиция желала задать ему ряд вопросов. Несколько месяцев назад мать одного мальчика заявила в участок, что мистер Янг водит странную дружбу с ее сыном, с которым познакомился в бассейне.

А вот лондонский друг Фредерика (буду звать его так, как привыкла) Чарлз имел приводы в полицию, связанные с домогательствами к несовершеннолетним. Оба бесследно исчезли, равно как и австралиец Стюарт со своей сожительницей (а не женой) и ее десятилетним сыном.

— Возможно, семья Эвана не имеет к делу отношения и просто уехала отдыхать. Пока идут проверки, — поясняет мисс Марш.

Но и это еще не все. Оказалось, что полиция давно пытается раскрыть сеть порнорынка Англии и Ирландии, но пока не очень в этом преуспела.

— Слишком рано радоваться, но, кажется, наши специалисты нашли какие-то ниточки в компьютере вашего мужа, миссис Бреннан. Возможно, удастся выяснить что-то более конкретное. Судя по всему, именно через мистера Янга порнодельцы Дублина выходили на Лондон.

— Через мистера Янга? Но как это возможно? Ведь мы познакомились с ним за пределами Ирландии, в Испании…

— Вы даже не представляете, насколько широка сеть их осведомителей. Судя по всему, мистер Янг заранее располагал информацией о том, что вы проживаете недалеко от Дублина, имеете двух сыновей, а ваш покойный муж был археологом.

— Значит, тот Чарлз из Лондона не просто друг? Это настоящий преступник, который… о Господи! — Меня начало трясти.

— Увы! И мистер Ярсо, он же Янг, общался с ним через компьютер вашего мужа.

Я в шоке. Мисс Марш, представляя мое состояние, говорит сочувственно:

— Я понимаю, что сейчас вы склонны во всем винить себя, миссис Бреннан, но, поверьте моему опыту, у вас не было возможности раскусить преступника. Полагаю, ваш недавний гость — опытный психолог, которому нетрудно втереться к людям в доверие. Если бы ваш отец не был болен, Фредерик нашел бы другой предлог, чтобы забрать Тома с собой в Лондон. И вы бы ему поверили. Не потому что наивны, а просто мистер Янг очень опытен. Не вините себя, лучше радуйтесь, что Том почти не пострадал, а наше расследование продвинулось вперед.

Если честно, в этот момент мне не до расследования. Я думаю лишь о Томе. Как получилось, что мой малыш выскользнул из лап преступников невредимым? Что оказалось в нем такого, что он сумел разорвать порочный круг?

И я не могу перестать винить себя в невнимательности. Где же хваленая материнская интуиция, которая должна была предупредить меня о подкрадывающейся беде?

— Спасибо, Наоми. Мы поговорим позже, хорошо? — У меня так дрожат пальцы, что не сразу удается нажать кнопку отбоя.

— Ты в порядке? — Джерри снижает скорость и внимательно смотрит на меня.

— Да, почти. Расскажу позже. — У меня зуб на зуб не попадает. — Давай уже поскорее приедем. Меня, кажется, вот-вот стошнит.

Пожалуй, до этого момента я не видела полной картины произошедшего с Томом. Я и представить не могла, что речь идет о целой… преступной сети, организованной порноиндустрии. Запоздалый страх за Тома почти парализует меня. Мальчик безмятежно спит на заднем сиденье, а мне хочется перебраться к нему, схватить, прижать к себе и больше никуда не отпускать.

Лишь несколько часов спустя нам с Джерри удается поговорить наедине. До этого приходилось общаться с соседями, которые звонили по телефону со словами сочувствия. Кстати, часть из них я вовсе не знаю. Оказывается, все они видели, как наша машина ехала к «Аркадии», словно сидели в засаде и ждали нашего возвращения. Соседи наговорили мне много приятных слов, их забота трогательна, но утомительна, если учесть потрясения, выпавшие в последнее время на мою долю.

И вот мы с Джерри остаемся на кухне вдвоем. Я пересказываю мужу наш разговор с Наоми Марш. Не дослушав, Джерри со всего маху грохает кулаком по столу.

— Найти бы этого ублюдка и линчевать! Проклятие, если бы я все еще возглавлял дублинский офис «Сентинель груп», в моем распоряжении были бы связи — с газетами, телевидением. Мы бы взяли этого урода за яйца! Это первый раз, когда я пожалел, что ушел с работы.

Я встаю и выплескиваю остатки кофе в раковину. Я не хочу, чтобы Джерри видел мое лицо.

— Но почему ты не злишься на меня? Мне было бы легче, если бы ты винил меня. Или я — единственная, кто не может простить себе легкомыслия в той… ужасной ситуации?

— Не мне тебя судить, ведь так?

— Но я хочу, чтобы меня осудили! — Я оборачиваюсь, прижимаюсь бедрами к столешнице, вцепляюсь в нее пальцами. — Все: ты, полиция, Том! Папа не одобрил бы меня, если бы узнал правду! Он был бы в ужасе от последствий моей наивности.

Образ отца, с поджатыми губами, прищуренными глазами, встает передо мной. Именно так он выглядел в тот день, когда я в последний раз отвезла его на вокзал. Может, у меня что-то делается с лицом в этот миг, потому что Джерри бросается ко мне, пытается обнять.

— Уходи! Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне. Мне не нужно твое сочувствие. Убирайся к Сьюзен и обнимай ее!

— Мама? Джерри? — Мы не заметили, как в кухню вошел Джек. У него бледное лицо. — Что с вами?

— Твоя мама расстроена. — Джерри делает шаг к Джеку.