Ричард Райт - Долгий сон

— Эй ты, выкатывайся. — Часовой дал Берту пинка.

Берт поднялся на ноги, часовые схватили его и вытолкнули из камеры. Рыбий Пуп сел. Грудь у него ходила ходуном, слезы ярости слепили глаза. Он угрюмо огляделся, не веря, что Берта больше нет. Но тот уже брел под конвоем по коридору, спотыкаясь, и шум голосов в соседних камерах постепенно стихал. Дверь камеры заперли.

— Взбесился, ниггер? — спросил часовой.

— Ничего я не взбесился, — проворчал Рыбий Пуп.

— Что ж ты с ним не поделил?

— Сами знаете, — сказал Рыбий Пуп.

Покачав головой, часовой отошел. Спустя немного приковылял старичок староста, заглянул в камеру, подмигнул и поплелся дальше, шаркая ногами и напевая:

Когда ты, шельма, ляжешь в гроб,Я буду только рад…

Рыбий Пуп сидел, пристыженный. Ох, какого он был готов свалять дурака! Еще немного, и он доверился бы соглядатаю, открыл бы ему, где чеки! Кусая губы, он растянулся на койке.

Послышались чьи-то шаги. Рыбий Пуп поднял голову. У двери стоял начальник полиции Мэрфи.

— Ну что, Пуп? Похоже, Берт пришелся тебе не по вкусу.

— Давить надо легашей, — коротко бросил Рыбий Пуп.

— А известно тебе, что завтра утром тебя за это дело поведут в суд? Нападение при отягчающих обстоятельствах, шутка ли?

— Плевать, — пробормотал Рыбий Пуп, растирая сбитые в кровь костяшки пальцев. — Легавого удавить мало!

— И вообще, откуда ты взял, что его к тебе подсадили? — с принужденной усмешкой спросил Мэрфи.

— По запаху учуял, — огрызнулся Рыбий Пуп.

Мэрфи ушел.

В полдень Рыбий Пуп был еще так взвинчен, что отказался от еды. А еще через два часа в двери его камеры показался Кантли.

— Что это на тебя нашло, чертов сын? — спросил он. — Ты, говорят, нынче утром словно с цепи сорвался…

— Не надо подсылать ко мне шпионов, начальник, — сказал Рыбий Пуп, не давая себе труда хотя бы подняться с койки. — Первого же прикончу!

— Ты, ниггер, оказывается, куда вострей, чем я полагал, — криво улыбаясь, сказал Кантли. — Зато и в тюрьме тебе куковать теперь куда дольше.

— А это мне без разницы, — потерянно сказал Рыбий Пуп.

Он слушал, как удаляются шаги Кантли. Ну и пусть… Его убьют, но и он сумеет посчитаться с кем надо. Думали, на простачка напали — ладно же, он им покажет… Настала ночь, но ему не спалось. Он лежал, уставясь в темноту, весь во власти лихорадочного отчаяния.

В десять утра его отвели в суд и за пятнадцать минут приговорили к двум годам тюрьмы с зачетом тех шести месяцев, которые он уже отсидел.

— Зачем ты это сделал, Пуп? — спросил его вечером Макуильямс.

— Этот ниггер за мной шпионил, мистер Макуильямс, — принялся горячо объяснять Рыбий Пуп. — Ну я и выдал ему, что причитается. И в случае чего, выдал бы снова, черт возьми.

— Досадно. Еще одно слушание в суде, и я бы, вероятно, вырвал тебя отсюда, а так тебе отбывать еще полтора года. Нельзя поддаваться на провокации, когда имеешь дело с этой публикой.

— Пускай, мне наплевать, — повторил Рыбий Пуп. — Вы-то, понятно, ни при чем.

Оставшись опять один, Рыбий Пуп задумался, повесив голову. Все беспросветно, пока он во власти белых. Слишком хорошо они знают, как и в какую минуту заставить его начать действовать себе во вред. Им мало наказать человека — надо, чтоб он сверх того навьючил на себя наказание собственными руками. Он встал, весь дрожа, и с закрытыми глазами выкрикнул в темноту:

— ПЛЕВАТЬ Я НА ВАС ХОТЕЛ!

XLII

Через несколько дней надзиратель повел его в комнату свиданий, и Рыбий Пуп с удивлением увидел, что в это утро Джим пришел с Эммой. Он сел перед ними с виноватым чувством, ведь как они предсказывали, так оно и получилось.

— Здравствуй, мама, — проговорил он неловко. — Здорово, Джим.

— Ну вот, сынок, — сказала Эмма. — Как ты тут?

— Ничего, нормально, — с наигранной бодростью ответил он.

Эмма обвела его скорбным взглядом и вдруг прослезилась.

— О чем ты, мама?

— Да как же, — зашептала Эмма. — Этот твой мистер Макуильямс говорит, у тебя с кем-то вышла драка и теперь тебе полтора года сидеть…

— Нельзя было по-другому, — сказал он. — Подсадили ко мне одну черную сволочь. Пришлось его вытурить из камеры.

— А чем он тебе был нехорош? — спросил Джим.

— Тем нехорош, что легавый.

— Ты бы все же потише, Пуп, — просительно сказал Джим.

— Да я и так тише воды! — вскинулся Рыбий Пуп. — Но ты знаешь, какие он заводил разговоры? Чтобы на пару вымогать у Кантли деньги… Что же мне было делать? Его пожалеть, а самому пропадать? Пусть скажет спасибо, что жив остался!

— Молись, сынок, — всхлипнула Эмма. — Господь тебя не оставит.

— Пуп, ты, правда, что-нибудь знаешь про эти чеки? — спросил Джим.

— Ни черта я не знаю! — с жаром уверил его Рыбий Пуп. — Ничего им от меня не добиться, пускай хоть на куски режут!

— Ох, парень, поступай с умом, — наставлял его Джим. — Одно могу сказать… Слушай, может быть, тебе что нужно?

— Нет, ничего, — протянул Рыбий Пуп. — Как в конторе?

Джим откинулся на спинку стула.

— В конторе — полный ажур, Пуп, — проговорил он с каким-то не свойственным ему прежде оттенком самодовольства.

— Приятный человек этот Макуильямс, — сказала Эмма. — Говорит, что все равно будет стараться тебя вытащить.

— Только когда-то это будет, — вздохнул Рыбий Пуп.

— Чем же ты рассчитываешь заняться, когда выйдешь? — спросил Джим.

— Не знаю, — соврал он.

Он рассчитывал уехать, но не хотел говорить об этом из страха, как бы они не вздумали навязывать ему свою волю. Никогда он с такой силой не ощущал отсутствия Тайри, никогда так остро не сознавал, как мало подготовлен к самостоятельной жизни, никогда не мечтал так страстно увидеть новые места, новые лица.

— Знаешь, — с легкой улыбкой начал Джим, — мы с Эммой хотим тебе сказать что-то важное — для нас важное и для тебя.

— Ну? — Рыбий Пуп насторожился.

— На днях мы с Эммой поженимся, — объявил Джим.

Рыбий Пуп, вздрогнув, поднял глаза на мать и не издал ни звука, хоть все в нем воспротивилось этим словам. Его обманули, он лишний… Нет… это предали Тайри. Он опустил глаза, чтобы Джим не прочел в них жгучую обиду.

— Мы друг друга любим, сынок, — робко оправдывалась Эмма, — несладко быть одной. А с Джимом мы ладим.

Рыбий Пуп смотрел на мать новыми глазами — а ведь она совсем не старая…