Патриция Хилсбург - Изгнание из Эдема. Книга 2

Ему тут же захотелось помочь ей.

— Это все из-за свиньи Денниса, — призналась девушка.

— У меня тоже из-за него неприятности, — сказал Роберт.

— Представляете, мистер Халинген, — говорила барменша, — Кэтрин нашла себе богатого жениха и уже собиралась выйти замуж. Вы тогда с Деннисом куда-то уехали. Поговаривали, что вы прихватили с собой какую-то девицу. И вот в отместку Кэтрин решила выйти замуж. Партия у нее была великолепная. И тут, когда все уже было на мази, ей вновь позвонил Деннис. Вы, мистер Халинген, даже не можете представить себе, как изменилась Кэтрин после того, как поговорила с Деннисом. А эта свинья Харпер к ней даже и не приехал. А она сгоряча наговорила своему жениху кучу всяких гадостей.

— Да, история не из приятных, — протяжно проговорил Роберт Халинген.

Девушка спохватилась:

— Вы что-нибудь закажете?

Халинген заказал себе виски и стакан апельсинового сока.

— А сейчас Кэтрин свободна? — осторожно спросил он у девушки.

— Конечно! — кивнула та в ответ.

— А где она свободна?

— Она сейчас должна быть дома. Ну, знаете, небольшой двухэтажный дом в конце летного поля.

— Конечно, знаю.

— Она, по-моему, неважно себя чувствует. Мы должны были сегодня работать вместе, но она попросила меня заняться всем одной.

Роберт Халинген поднялся с вертящегося табурета и остановился перед большим зеркалом. Только сейчас он заметил, как страшно измят его костюм.

Неприязнь к Деннису возрастала в душе Роберта. Ему казалось, что все его неудачи происходят из-за Денниса. И тут он вспомнил старую обиду. Ведь вначале Кэтрин была с ним, и как-то незаметно Деннис увел эту пышногрудую девушку от него.

Нет, тогда, конечно, Роберт не чувствовал обиды. Ведь он всецело доверял Деннису, и выбор Кэтрин сделала сама. Но сейчас Роберт вспомнил эту старую обиду, и у него от волнения даже немного закружилась голова.

— Нужно пойти к Кэтрин, — решил Роберт.

Но сейчас мятый костюм его не устраивал. Нужно было себя привести в надлежащий вид. Он расплатился и вышел на улицу. Пройдя пару кварталов, он, наконец, увидел срочную химчистку.

— Добрый день, — сказал он, заходя в помещение.

— Добрый день, — ответили ему из глубины сразу два голоса.

В помещении находилось двое человек. Старый еврей и его помощник.

Он разделся в кабинке и стал ждать, когда его брюки будут готовы.

Роберт чувствовал, что подождать придется довольно долго. Минут тридцать. Не меньше.

Старый еврей не спеша гладил брюки. До Роберта доходил запах горячего утюга.

— Что бы еще сделать? — подумал Халинген, — почистить ботинки, или пойти поесть?

— Нет, лучше сразу отправиться к Кэтрин.

Эта идея так захватила Роберта, что он даже крикнул хозяину:

— Пошевеливайтесь!

— Куда спешите?

— У меня сейчас будет свидание с очень горячей девчонкой.

— Я вам тогда приготовлю немного льда, чтобы освежиться, — ответил мужчина. — Две секунды, и все готово. Только постарайтесь, чтобы ей не было больно. Я сделаю стрелки на брюках острыми, как бритва.

— Нет уж, — воскликнул Роберт, — это я буду сидеть у нее на коленях.

— А я сзади тоже прогладил.

Мужчины рассмеялись. Этот еврей был прямая противоположность тому бармену.

Роберт сидел, уже не думая больше ни о ком другом, кроме Кэтрин. Он был уверен, что застанет ее дома.

— И еще! — крикнул Роберт.

— Всегда готов исполнить желание клиента, — вежливо отозвался еврей, наводя последнюю стрелку на брюках Роберта.

— Мне нужны цветы.

Вскоре помощник прибежал с большим безвкусным букетом роз, но Роберт Халинген остался этим доволен. Ведь Кэтрин была не слишком переборчива. Он вышел из химчистки, сжимая в руках огромный, как веник, букет роз.

Кэтрин открыла ему незамедлительно. Она стояла в дверях, сонно протирая глаза. На ее плечи был наброшен халат, лишь слегка схваченный поясом на талии.

— Привет! — сказал Роберт, — ты одна?

— За кого это ты меня принимаешь? — возмутилась Кэтрин.

— За хорошую девочку, — сказал Роберт. — Войти можно?

— Конечно.

— Я не вовремя?

— Придется все же одеться мне при тебе, — ответила Кэтрин.

— Правда?

Она зашла в ванную комнату и, не закрывая двери, принялась переодеваться.

Роберт слышал, как шуршит ее одежда. Наконец, Кэтрин снова вышла к своему гостю.

— По твоему виду я понимаю, ты уже знаешь, что случилось со мной, — сказала Кэтрин, принимая от Роберта букет роз.

Она склонилась над цветами и глубоко вдохнула их аромат.

— Спасибо тебе, Роберт, — произнесла она. — Вот уж от кого не ожидала этого, так от тебя. Ты что, вспомнил нашу старую дружбу, тебе не к кому пойти?

— Я пришел к тебе, — просто сказал Роберт, — мне стало скучно. Деннис куда-то уехал.

— Только не напоминай мне об этой скотине, — сказала Кэтрин. — У меня прямо-таки начинают дрожать руки, лишь только услышу его имя.

Она поставила букет в большую стеклянную вазу и, прищурившись, взглянула на Роберта, откинула прядь волос, упавшую ей прямо на глаза.

— Что тебе надо? — спросила она. — В такое время я тебя вижу у себя впервые. Обычно ты всегда приходил вечером.

— Это было давно, — сказал Роберт. По утрам ты была с Деннисом.

— Я же тебя просила не упоминать его имя.

— Я просто хотел тебя повидать.

Роберт сбросил пиджак, повесил его на спинку стула и уселся.

— А ты хорошо выглядишь, — похвалил он.

— Ты отлично знаешь, какая я из себя. Во мне нет ничего нового, разве что немного подурнела.

— Вполне сносно, — добавил Роберт, критично разглядывая стройную фигуру Кэтрин.

— Ты сегодня какой-то странный, Роберт? — А что тебе не нравится? — спросил он.

— Не нравится? Что?

— Неужели ты не рада, что я пришел?

— Я бы хотела знать, зачем ты пришел? Какие у тебя цели? О чем ты думаешь?

— Да брось ты ломаться, — сказал Роберт. — Во всяком случае, могу сказать определенно одно. Жениться на тебе я не собираюсь.

Кэтрин рассмеялась.

— Теперь меня уже не проведешь такими уловками, — сказала она, присаживаясь на стул напротив Роберта. — Замужество, дорогой мистер Халинген, меня теперь не привлекает.

— Зря, — пожал плечами Роберт. — Но это, конечно, меня абсолютно не волнует. Я просто соскучился по старым друзьям.

Кэтрин была совсем рядом, рукой подать, и Роберт шутливо потрепал ее по плечу. Кэтрин как-то напряглась и томно взглянула на розы. Он не колеблясь притянул ее к себе. Рубашка, завязанная внизу на узел, разъехалась, обнажив грудь Кэтрин. Но она даже не пыталась заправить ее или как-то сопротивляться.