Люсинда Райли - Цветы любви, цветы надежды

— Конечно. Передавай привет Ксавьеру. Я тебе перезвоню. Пока, Джулия, береги себя!

Ксавьер тихо подошел сзади и обнял ее за плечи.

— Как ты, моя Джулия?

— В шоке, — призналась она.

— Все любят счастливый конец... je t’aime[22]... — Ксавьер поцеловал супругу в шею, и его руки заскользили по ее телу.

Джулия отстранилась:

— Нет! Ради Бога, Ксавьер! Неужели ты не понимаешь: это вовсе не счастливый конец!

— Да, конечно. Je comprend[23]. Прости. Я хотел показать тебе свою любовь, но с этим придется подождать: ты еще не готова.

Джулию прошиб холодный пот. Ей захотелось остаться одной, уйти от него подальше. Она направилась к двери и тут услышала:

— Роланд и Мадлен пригласили нас на обед — отпраздновать мое возвращение. Хочешь поехать?

Те самые Роланд и Мадлен, которые в тот роковой день пригласили Ксавьера и Габриэля на барбекю.

— Нет. Я устала, Ксавьер.

В его глазах мелькнуло раздражение, но потом он кивнул:

— Хорошо. Ну, а мне придется принять приглашение, так что через полчаса я уеду. Пока, mon amour.

— Пока.

Джулия вышла на террасу и рухнула в кресло. День был жарким, единственной границей между морем и небом служила мерцающая белая полоса знойного воздуха.

«Алисия права: надо позвонить Киту и честно объяснить ему ситуацию».

Она достала мобильный телефон и пролистала контакты.

«Как странно: муж вернулся из царства мертвых, а у меня ощущение, будто это я помертвела».

Услышав, что Ксавьер ушел, Джулия сделала глубокий вдох и нажала кнопку вызова.

Телефон на письменном столе зазвонил. Кит взглянул на дисплей (Джулия!) и продолжал слушать гудки.

Он не хотел с ней говорить. Потому что знал, что она скажет, — Кит все слышал по радио, когда ехал в машине.

Кит уставился на парк за окном. Разумеется, Джулия встречалась с ним только потому, что считала мужа погибшим. Теперь же, когда Ксавьер вернулся, как можно с ним соперничать? Он муж Джулии, она его жена.

— О Боже... — простонал Кит. — Надо было сразу догадаться, что впереди какой-то подвох: слишком уж все было гладко...

Впервые за много лет он позволил себе влюбиться в женщину. Наконец-то набрался смелости и дал волю чувствам. Джулия тоже отбросила собственные страхи и шагнула ему навстречу. Только сейчас он узнал, что такое настоящая любовь.

— Где мне найти другую? — печально вздохнул Кит.

Нет, другой уже не будет. А надеяться на продолжение отношений бессмысленно. Джулия наверняка вне себя от счастья: если бы Мила воскресла из мертвых, он бы тоже прыгал от радости.

Сотовый опять зазвонил. Снова Джулия.

Кит задумчиво разглядывал парк.

«Нет, лучше не слушать, как она скажет эти слова! Я и так все понимаю».

— Будь счастлива, моя дорогая, — прошептал он. — Я всегда буду тебя любить.

Глава 55

Джулия не понимала, как пережила следующие несколько дней. По привычке она вновь нашла утешение в музыке. Часами играя на рояле, Джулия уходила не только от реального мира, но и от неусыпного внимания Ксавьера.

Он из кожи вон лез, стараясь показать ей, как сильно ее любит, и с нетерпением ждал взаимности, однако Джулия не отвечала на его чувства. Она словно окаменела. Спала, разговаривала, ела — делала все, что делает живой человек, — но на душе была пустота. Вместо сердца, которое еще недавно билось и любило, образовалась черная дыра. Кит помог ей опять стать счастливой, но теперь все это исчезло.

Однажды вечером, после целого дня, проведенного за роялем, Джулия уселась на террасе с бокалом розового вина. Тут же зазвонил сотовый телефон. На дисплее высветился номер Алисии.

— Алло? — произнесла Джулия.

В ответ послышались рыдания.

— Что случилось, Алисия?

— Ох, Джулия! Я... — Слова Алисии потонули в новых рыданиях.

— Ты можешь успокоиться и сказать мне, в чем дело? — Джулия была потрясена: что могло так расстроить ее обычно невозмутимую, сдержанную сестру?

— Нет-нет! Это ужасно! Можно мне приехать к тебе во Францию? Я должна убраться отсюда подальше. Макс сказал, что возьмет несколько дней выходных и посидит с детьми. Ты разрешишь мне немного пожить с тобой? Знаю, у тебя сейчас трудный период, но... ты мне нужна.

— Конечно, приезжай. Что-то случилось с Максом?

— Нет, если бы с ним! Все дело во мне.

— Ты заболела? — испугалась Джулия.

— Нет! Я не заболела! Я совершенно здорова. Но... о Господи! Пожалуйста, Джулия... я прямо завтра сяду в самолет и уже во второй половине дня буду у тебя. Ты подвезешь меня от Тулона?

— Разумеется. — Джулия была рада хоть ненадолго ускользнуть от пристального взгляда Ксавьера. — Чем еще я могу тебе помочь?

— Больше ничем. Просто дай мне убежище, чтобы я могла привести свои мысли в порядок. Не хочу биться в истерике на глазах у детей.

— Позвони мне сразу, как только закажешь билеты на самолет, и я встречу тебя в аэропорту. Не знаю, что там у тебя произошло, но уверена, все образуется.

— К сожалению, не образуется, — заявила Алисия. — Я совершенно убита, но уже ничего не исправишь. Как бы то ни было, Джулия, большое тебе спасибо. Я перезвоню.

Джулия не на шутку встревожилась за сестру, в то же время радуясь, что в ней самой наконец-то проснулись какие-то эмоции. Значит, она еще не совсем окаменела и рано или поздно что-то почувствует к мужу — или любовь, или ненависть... Но что все-таки приключилось с Алисией? Почему она, преданная мамаша, готова бросить своих четверых детей и сломя голову нестись в аэропорт?

Ксавьер пришел домой пару часов спустя — сказал, что встретил в Сен-Тропе каких-то приятелей и они отметили его возвращение. Джулия слушала его пьяную речь, брезгливо морщась. Ее всегда возмущало чрезмерное увлечение мужа алкоголем, но когда она начинала его за это отчитывать, он делался агрессивным и яро отрицал все обвинения.

Сегодня вечером, когда Агнес вынесла им на террасу ужин, и Ксавьер снова залпом осушил свой бокал, Джулия промолчала: у нее не было сил скандалить.

— Завтра приедет моя сестра. Она поживет у нас несколько дней, — сообщила Джулия, ковыряя вилкой барабульку, тушенную с клюквой.

— Непогрешимая Алисия осчастливит нас своим визитом?

— Не говори о моей сестре в таком тоне! У нее что-то стряслось. Она не сказала, в чем дело, но голос был очень расстроенный.

— Наверное, потеряла в куче стираного белья любимую рубашку мужа, — хохотнул Ксавьер.

Джулия проигнорировала его пьяную шутку и решила сменить тему.

— Значит, сегодня ты дал последнее интервью? — спросила она, имея в виду его беседу с корреспондентом «Фигаро».