Хильда Никсон - Однажды майским утром

— Ты хочешь остаться с ними или вернуться к нашему столику? — спросил Ланс.

Вопрос был простым, но Кейт не знала, что ответить. Ей отчаянно хотелось быть с Ли, но, с другой стороны, сердце ее разрывалось от боли при мысли о том, что он пригласил в ресторан Милли.

— Я… я не знаю, — ответила она, но вдруг желание побыть в обществе Ли взяло верх. — Мне кажется, будет невежливо уйти от них… да и Милли может обидеться.

Ланс скептически фыркнул.

— Наверное. Во всяком случае, обидится она или нет, думаю, немного соперничества ему не повредит.

Кейт не поняла, что имел в виду Ланс, ее голова была слишком занята Ли, чтобы глубоко задумываться над его словами. Они оставались вместе до конца вечера, и Кейт поймала себя на том, что танцует с Ли чаще, чем с Лансом.

— Вы хорошо танцуете, — похвалил он ее. — Я думал, бальные танцы — умирающее искусство, которым такие юные особы, как вы, не владеют.

Кейт ненавидела, когда Ли подчеркивал их разницу в возрасте.

— Господи, не такая уж я юная! — раздраженно возразила она.

— Простите.

— Как вы думаете, сколько мне лет?

Ли пожал плечами.

— Не знаю. Восемнадцать?

— Двадцать один, — сказала она. — Почти двадцать два.

— Такая старая? — пробормотал Ли.

Кейт почувствовала, что он смеется над ней.

— А вам, позвольте спросить, сколько лет?

— За тридцать.

Сердце у Кейт упало, хотя она догадывалась, что ему примерно столько и есть. Однако она твердо решила не показывать чрезмерного удивления.

— Такой старый? — насмешливо спросила она.

Ли улыбнулся.

— Зуб за зуб, да? Должен признать, вы выглядите намного моложе своих лет.

— Вообще-то важно не то, как человек выглядит, правда?

— Правда. Вы ведете очень простую, здоровую жизнь, не так ли?

— А что в этом плохого? — вспылила Кейт.

— Ничего, ничего, — поспешно заверил ее Ли. — Вот потому и выглядите так молодо!

Молодая, простая, здоровая. Все эти слова относились к очень юным, и все они еще больше подчеркивали разницу в их возрасте.

Когда вечер закончился, Кейт в толпе у гардероба потеряла Милли. Выйдя наконец в холл, она увидела Ли одного. Ни Ланса, ни Милли не было.

— Вы кого-нибудь из них видели? — спросила Кейт у Ли.

— Они уехали.

— Уехали? Но это невозможно! Вероятно, они ждут где-нибудь снаружи.

— Уверяю вас, что не ждут.

— Это так не похоже на Ланса! Я ничего не понимаю, — озадаченно произнесла она.

— Похоже, он сам себя назначил… провожатым Милли. Знаю только, что он не доверил мне отвезти ее домой.

— А обо мне он что же, не подумал?

— Вероятно, решил, что вы менее… подвержены моему дурному влиянию, — с шаловливой улыбкой предположил Ли.

Кейт не ответила. Странно! Ланс привез ее сюда, а потом, ничего не объяснив, предоставил другому отвезти ее домой.

— Вообще-то он хотел отвезти домой вас обеих, — сказал Ли, отчасти отвечая на ее мысли. — Но я отговорил его. Я был уверен, что вы не станете возражать.

— Вы? — Кейт возмутилась.

Ли взял ее за руку.

— Так или иначе, моя машина на стоянке.

По мере того как Ли вел машину к дому, Кейт охватывало чувство неловкости. Что скажет отец, увидев, что она вернулась в машине Ли? Безусловно, он не придет в восторг, а ее объяснения будут звучать неубедительно. Как Ланс мог так поступить?

— Наверное, вы, Ланс и Милли очень хорошие друзья? — осведомился Ли.

— О да. Мы знаем друг друга много лет. Мы вместе выросли.

— Вы не возражаете против того, что Ланс провожает Милли домой?

— Я не ревнива, если вы об этом.

— А разве вы не должны ревновать?

— Что вы имеете в виду?

Но Ли ответил вопросом на вопрос:

— Разве вы не постоянные друзья?

— Мы не помолвлены. Если вы об этом…

— Да? — не унимался Ли. — Значит, вы вольны принимать любые приглашения?

— Думаю, да. А почему вы спрашиваете?

— Вероятно, я мог бы попытать счастья.

— А как же Милли?

— У меня нет никаких обязательств по отношению к Милли.

— Нет, но…

— Но что? Вы согласитесь, если я вас приглашу?

Она снова подумала об отце.

— Не знаю. Я, конечно, не обязана спрашивать разрешения отца, но из-за вашей распри…

— Понятно. Это будет для вас трудно. Но иначе вы бы не сказали «нет»?

— Э… нет.

— Вы говорите не очень уверенно.

— А я и не уверена. Вам, может быть, интересно узнать, что ваша репутация… дамского угодника достигла наших мест раньше, чем вы тут появились!

— Правда? — засмеялся Ли. — Уверяю вас, в этом нет ни доли правды.

Но Кейт это не убедило. Ей не было дела до его репутации, но она опасалась, что станет для него лишь очередным увлечением.

— Вы скажете отцу, что вас привез домой я? — спросил он.

— Нет… если мне удастся, — нахмурившись, медленно ответила Кейт. — Надеюсь, что отец ничего не спросит меня об этом вечере!

— Но если спросит, вы скажете ему правду? — настаивал Ли.

— Конечно. Я не боюсь отца, просто не хочу его расстраивать. В последнее время он стал слишком раздражительным. Ума не приложу почему. С бизнесом все в порядке…

Приближаясь к ее дому, Ли спросил:

— Высадить вас, не доезжая до дому?

Кейт помотала головой.

— Все нормально, спасибо. Ланс не всегда заходит к нам, когда мы откуда-то приезжаем, поэтому отец ничего не спросит.

Ли остановился почти перед дверью. Кейт повернулась, чтобы поблагодарить его, но, прежде чем она успела что-либо сказать, он вышел из машины и открыл ей дверь.

— Спокойной ночи, Кейт, — сказал Ли, положив руку ей на плечо.

— Спокойной ночи, Ли… Спасибо.

Он улыбнулся и захлопнул дверцу на пассажирской стороне.

— Спите крепко, — добавил он, ущипнув ее за щеку, как школьницу.

Ли сел в машину, а Кейт направилась к боковой двери, которой они часто пользовались. Отец сидел в гостиной перед телевизором. Сделав несколько замечаний по поводу передачи, он выключил телевизор.

— Ты вошла очень тихо. Хорошо провела день?

Кейт поцеловала отца.

— Да, спасибо, папа, очень хорошо. Я купила новое платье. Нравится?

Она сняла пальто и повернулась, чтобы он рассмотрел.

— Очень симпатично! Лансу, наверное, тоже понравилось, правда?

Кейт кивнула. Она как раз поднималась по лестнице, когда зазвонил телефон.

Отец взял трубку раньше ее и пробормотал:

— Ну, кто там так поздно?

Кейт замерла. «Ланс, — подумала она. — Вероятно, звонит, чтобы извиниться и объяснить. Господи, только бы он не спросил отца, вернулась ли я домой!» Она услышала, как отец произнес: