Джастин Валенти - Две пары

Джоанна подняла бокал и произнесла тост по-голландски. Доминик ответил ей на том же языке.

– Голландский чем-то напоминает мне французский.

– Давайте останемся американцами, – улыбнулся он, и на его лице внезапно появилось романтическое выражение.

– Как вам удалось отыскать это место? – касаясь своим бокалом его, спросила Джоанна, ощутив некоторую неловкость.

– Мне показали его голландские коллеги, с которыми я познакомился на конференции.

– Понятно. А что это за конференция?

– По теоретической травматологии при родах. – Заметив, что в ее глазах отразилось разочарование, Доминик поспешно сменил тему. – Как вам нравится коктейль?

– Очень вкусно.

– Хоть я и обещал вам бренди, мне вдруг захотелось угостить вас национальным напитком. Как правило, за границей я пью то же, что и местные жители. В Америке это мартини.

– Я, пожалуй, тоже. Согласитесь, что мартини здесь было бы не совсем уместно. Скажите, а в Англии вы бываете хотя бы изредка?

– Да. Недавно я провел целых две недели в Суссексе у сестры и ее мужа. Повидался в Лондоне со старыми приятелями.

Возникла пауза, и Джоанна внимательно оглядела зал:

– Полагаю, что если человек вырастет и проведет жизнь в таком круглом помещении, как эта башня, то его взгляд на мир и на себя самого в этом мире будет другим.

– Не исключено. Я родился и первые годы жизни провел в наполовину бревенчатом доме елизаветинской эпохи, так что долгое время считал, что крыша над головой должна быть обязательно соломенной.

– Это чудесно! Однажды я проездом была в Суссексе и просто влюбилась в эти сельские дома. По-моему, они очень колоритны и экзотичны.

– Вы, возможно, сочтете это невероятным, но для меня самым экзотичным в Нью-Йорке оказался пентхауз на сорок четвертом этаже небоскреба с видом на Ист-Ривер и террасой, открытой на три стороны.

– Это вовсе не так уж невероятно для провинциалки, выросшей на техасской ферме, окруженной голой равниной наподобие голландских. Наверное, человеку, выросшему у подножия настоящих гор и привыкшему с детства смотреть на заснеженные, скрытые облаками пики, это и может показаться невероятным.

– Или на пики небоскребов Манхэттена, – добавил Доминик.

– Да. Впрочем, лишь очень немногие из моих нью-йоркских знакомых родились в этом городе. Место, где ты родился, помнится всю жизнь, но я еще до приезда в Нью-Йорк ощущала этот город родным.

– Интересно, что и я тоже. С первого дня я почувствовал себя на Манхэттене, как дома, несмотря на ужасно исковерканный язык, страшный шум и толкотню, в ритм которой попадаешь далеко не сразу. И теперь, приезжая в Англию, я все сильнее убеждаюсь в том, что не смог бы там жить.

– У меня такое же отношение к Техасу.

– Давайте выпьем за «Биг эппл», – предложил Доминик, поднимая бокал. – За то, чтобы встретиться там за бокалом мартини и вспомнить нашу встречу в Амстердаме.

Джоанна рассмеялась, ничего не ответив. Ей было хорошо с Домиником, но, если иметь в виду перспективу пить вдвоем мартини в Нью-Йорке, она предпочла бы Люда Хейли.

Глава 4

– Боже, какая роскошь завтракать в постели! – воскликнула Эбби, прихлебывая кофе. – Хотя, если честно, я бы еще поспала. Мы с Питером вернулись в отель несколько часов назад, а он обещал зайти за мной в одиннадцать. Замечательно мы повеселились ночью! Мы попали в одно место, где занимаются сексом публично и такое вытворяют!.. После того как мы немножко разогрелись, Питер повез меня к себе, но ничего не было. Я никогда не ложусь в постель в первый день знакомства.

– Поскольку сегодня второй день, означает ли это, что сегодня ты не придешь ночевать? – с улыбкой поинтересовалась Джоанна.

– Надеюсь. – Эбби ответила так пылко, что Джоанна невольно расхохоталась.

– Надеешься, что да? Или что нет?

Эбби швырнула в нее подушкой.

– Пожалуй, я встану, приму душ и оденусь. Если хочешь, можешь пойти с нами. Мы едем в Гаагу и останемся там пообедать.

– Нет, спасибо. Вам не нужны попутчики, да и у меня, если честно, есть свои дела.

Когда Эбби была в ванной, зазвонил телефон.

– Доброе утро, Джоанна. Это Доминик. Я сегодня последний день в Амстердаме, и мне захотелось провести его как-нибудь оригинально. Давайте прокатимся по городу на велосипеде, как истинные голландцы. Как вам нравится такая идея?

– Прекрасно! Это будет забавно, если только мне не придется крутить педали в тандеме.

– Гарантирую вам персональные колеса. Мое приглашение распространяется и на Эбби, впрочем, она не большая любительница такого времяпрепровождения.

Джоанна усмехнулась, подумав о том, какое времяпрепровождение предпочитает подруга.

– Эбби едет обедать с Питером.

И они договорились встретиться в холле гостиницы.

– Мне показалось, что звонил телефон. – Эбби, выходя из ванной, завернулась в купальную простыню.

– Звонил Доминик, приглашал на велосипедную прогулку по городу.

– Ты, конечно, согласилась, – пристально посмотрела на подругу Эбби.

– На прогулку – да, но то, о чем ты подумала, можешь выкинуть из головы.

– В том, о чем я подумала, нет ничего плохого. Напротив, я рада, что Дом так заинтересовался тобой. Между прочим, пока он не женился, у него отбоя не было от подружек.

– Не сомневаюсь, но я вовсе не собираюсь пополнить их число.

– Почему? Да он просто потрясающий мужчина!

– И все же жена от него ушла?

– Нет, это он от нее ушел. Алексис всегда искала приключений на свою голову. Ей всегда хотелось быть предметом восхищения мужчин в течение двадцати четырех часов в сутки. И желательно, чтобы мужчин было по количеству часов.

Эбби пустилась в долгие разглагольствования по поводу его прошлой семейной жизни, а Джоанна пыталась вспомнить, были ли у Доминика отношения с ее сестрой. Ей казалось, что Надин когда-то давно отвергла его ухаживания.

– Доминик очень мил, но я не собираюсь заводить с ним роман.

– На горизонте появилось что-нибудь серьезное? – внимательно вгляделась в нее Эбби.

– Возможно, – уклончиво ответила Джоанна, желая избежать разговоров на эту тему, и загадочно улыбнулась.

– Ладно. Но я не понимаю, что такое особенное может быть у того мужчины, чего нет у Доминика. Если честно, я тайком вздыхала по Доминику несколько лет. Но он никогда не принимал меня всерьез.

Эти слова Эбби вызвали у Джоанны воспоминание о жарком сиянии необычайно притягательных глаз Люда Хейли.

– Я так давно не каталась на велосипеде, что меня шатает из стороны в сторону, – смущенно заметила Джоанна.

– Вы быстро привыкнете. Поедемте по какой-нибудь тихой улочке. И не старайтесь догнать меня, не спешите, я буду ехать медленнее, если вы не будете успевать.