Патриция Хилсбург - Прощай, Эдем! Книга 2: Деннис

— Нет, я не могу…

— Но почему, почему?..

Мартина сама не могла сказать — «почему?» Просто у всех коллег по профессии, которых она знала, существовало неписаное правило — уходить сразу же, по получению гонорара — в том случае, конечно, если он не выдавался авансом.

В этот момент дверь открылась, к в комнату вошел официант, толкая перед собой тележку с утренним кофе и завтраком — как и распорядился Харпер по телефону, на две персоны.

Деннис продолжал настаивать:

— Оставайся — мне одному это не осилить, — он с улыбкой показал на тележку официанта. Заметив в глазах Мартины некоторый испуг, он поспешил добавить: — Я угощаю…

С плохо скрываемой радостью девушка уселась на прежнее место.

Сделав небольшой глоток кофе, Деннис внимательно посмотрел на Марту.

— А ты знаешь, ты мне чем-то понравилась. Очень понравилась… Я даже не могу сказать, чем именно…

Мартина несмело отпила из своей чашки.

— Может быть, тем, что правильно указала дорогу в эту гостиницу? — предположила она с полуулыбкой, вспомнив вчерашнее знакомство с обладателем красного «феррари».

— Скорее всего…

Мартина сделала еще один глоток.

— Спасибо за комплимент… Надеюсь, проведенной со мной ночью ты тоже остался доволен?

Деннис расплылся в улыбке.

— О, да, конечно же, вне всякого сомнения…

Марта потянулась к сэндвичам, лежавшим на подносе под стеклянной крышкой.

— Можно?..

— Конечно, о чем речь… Я же заказывал на двоих… Да, а ты мной довольна?

— В каком смысле? — спросила Мартина с туго набитым ртом.

— Ну, вообще…

Девушка дожевала сэндвич, и запив оставшимся в чашке кофе, произнесла:

— Не понимаю, о чем ты… Ну, вообще, конечно, очень… Не каждый день приходится посидеть за рулем такой шикарной тачки, как у тебя…

Покончив с завтраком, Деннис развалился в кресле и, вытащив из письменного стола ящик с сигарами, раскрыл его и предложил:

— Хочешь?

Мартина вытащила из ридикюля пачку «Мальборо».

— Нет, спасибо… Я не люблю сигар…

Щелкнув золотой зажигалкой с инициалами «Д.Х.», Деннис с видимым удовольствием затянулся.

— Значит, довольна…

Мартина тоже закурила.

— Ты хочешь спросить — удовлетворена?

— Если этот вопрос уместен…

Девушка поудобней расположилась в кресле.

— Правильно понимаешь… Такие, как мы, — неизвестно почему, но Мартина старательно избегала называть себя «проституткой», — такие, как мы, не можем себе позволить даже нормального секса… На любого мужчину начинаешь смотреть только как на клиента… — она глубоко затянулась. — Порой мне приходится делать совершенно невероятные вещи…

— Глубоко сочувствую, — произнес Деннис. — Значит, мужчин для тебя не существует. Все — клиенты; все на одно лицо…

Мартина вновь вздохнула — тяжело и печально.

— Увы…

— Но если бы тебе это не нравилось…

Девушка внимательно посмотрела на Денниса.

— Ты что, хочешь мне какую-нибудь проповедь тут прочитать?

Деннис сделал успокоительный жест.

— Нет, нет, не волнуйся, все в порядке. Я не любитель морализаторства — если бы я и был таким, то не пригласил бы к себе… Каждый продает себя, как может: я — на бирже торгую какими-то бумагами, ты — тут торгуешь мимолетными радостями… Нормальная работа.

Мартина посмотрела на собеседника очень серьезно. В этом взгляде можно было прочитать даже некоторую благодарность.

— Знаешь что, — тихо произнесла она, — ты — первый, кто говорит мне подобные вещи…

Докурив сигару, Деннис отложил окурок в пепельницу из карельской березы.

— Знаешь что, — произнес он после непродолжительной паузы, — знаешь, у меня есть к тебе одно маленькое предложение…

Мартина насторожилась.

— Да…

Поднявшись со своего места, Деннис принялся расхаживать из угла в угол.

— Не могла бы ты посвятить мне несколько дней своей драгоценной жизни… Не за бесплатно, конечно, — добавил он. — Мне кажется, ты не пожалеешь…

— Несколько дней жизни? — переспросила Мартина. — А что я должна буду делать?

Подойдя к столу, Деннис взял какую-то папку и, раскрыв ее, принялся внимательно изучать принтерную распечатку котировок ценных бумаг.

— Да, работу… — он резко обернулся в сторону девушки. — Действительно, я хочу предложить тебе работу. Несложную и, поверь мне, достаточно хорошо оплачиваемую. Мне нужна… М-м-м… Как бы это выразиться поточнее… Не просто секретарша, а… Ну, девушка для сопровождения на коктейли, официальные приемы… Ну, в общем, надеюсь, ты меня понимаешь…

— А жалование?

— Ну, а как ты считаешь, как оценивается подобного рода работа?

Девушка на минуту задумалась.

— Ну, не знаю…

— И все-таки…

Подумав еще какое-то время, она твердо произнесла:

— Пять тысяч.

Харпер заулыбался.

— Пять тысяч чего? И за какой именно срок?

— Пять тысяч долларов за пять дней работы… А что, что-то не так?

Харпер расхохотался.

— Ха-ха-ха!.. Это значит — по тысяче в день? Сорок долларов в час? Нет, это слишком много…

Мартина, вне всякого сомнения, назвала эту цифру просто так — не потому, что имела достаточное представление о том, что ей надо будет делать и сколько именно стоит подобная работа…

Растерянно заморгав, она уставилась на смеющегося Денниса.

— Я, наверное, сказала что-то не так? Может быть, продешевила?

Деннис захохотал еще громче.

— Нет, нет, что ты, все нормально, если ты считаешь, что стоишь именно столько — хорошо…

— Значит, согласен?

Харпер уселся напротив.

— Полторы тысячи…

Марта удивленно вытаращила на него глаза.

— То есть?

— Полторы тысячи, — повторил Деннис таким же тоном, каким, наверное, отдавал своим маклерам распоряжения о продаже одних акций и покупке других. — Полторы тысячи, и ни цента больше…

— Четыре с половиной…

Харпер улыбнулся.

— Хорошо. Две…

Мартина начинала входить в азарт.

— Четыре двести…

Лицо Денниса приобрело необычайно серьезное выражение.

— Две двести…

Марта прищурилась.

— Три тысячи долларов, и я работаю на тебя неделю… Согласен?

Деннис вздохнул.

— Что ж, хорошо… Три тысячи долларов, и ни цента больше…

Марта в знак согласия наклонила голову.

— Хорошо…

Быстро одевшись, Деннис вытащил из портмоне десять стодолларовых бумажек и, протянув их Марте, произнес:

— Это задаток… Надеюсь, я имею дело с порядочным человеком, и ты, получив деньги…

— Не бойся, не убегу, — перебила его Мартина, — все будет в порядке…