Есть ли жизнь после льда? - Ann Li

опять покорно кивнула и медленно пошла. Я чувствовала, что он смотрит в спину, потому что между лопаток пекло. Дойдя до лавки, я неуклюже села, поморщившись от простреливающей боли. Только через несколько секунд я поняла, что в зале тишина и подняла взгляд на физрука. Он дернулся и отвернулся.

— Что застыли? Бежим десять кругов! — крикнул он классу.

Все дружно начали пробегать мимо меня: один за другим, кидая на меня странные взгляды. Улыбалась мне только Аврора, а Егор и Дима делали вид, что меня вообще не существует.

А я старалась не завидовать им. Таким беззаботно бегущим и смеющимся. Черт, как же мне хотелось бежать сейчас вместе с ними.

Где-то в середине урока Святослав Сергеевич подошёл ко мне. Как раз в тот момент, когда я вытянула ногу и прикрыла глаза, пытаясь силой мысли унять боль. Да, я так делала, но это, конечно, не помогало. Недавно книгу прочитала про психосоматику, но посчитала ее бредом. Но вот мысленно, если уговаривать ногу не болеть, то это отвлекает и помогает.

— Болит? — спросил он строго, а я снова дёрнулась.

— Немного, — соврала я.

Он кивнул.

— Пойдём, — протянул мне руку.

Я с недоверием смотрела на его большую протянутую ко мне ладонь.

— Куда?

— На маты! — рявкнул он и подхватил меня, как пушинку, понес сам.

Пока я соображала, что вообще происходит, меня увалили на мат, как мешок картошки. Ладно, как хрустальный мешок картошки. Бережно.

— Ложись. Станет легче, — сказал он и развернулся к ошеломленному классу.

После физкультуры я чувствовала себя не в своей тарелке. А ещё заметила хмурый вид почти половины девчонок из класса и даже среди мальчишек нашлись недовольные. Но решила не заморачиваться.

Сидя на последнем уроке, я почти не слушала учителя по биологии, а думала о предстоящей встрече. Завтра возвращается мой папа, а ещё прилетит моя самая старшая сестра — Сашка. Она сейчас часто летает по командировкам, так что видимся мы редко. Именно она возилась со мной, когда не стало моих родных родителей. Возила в спортшколу, встречала из нее, да и вообще проводила со мной много времени.

Моя мама Ира тогда была полностью занята Лерой, которая тяжело переносила потерю родителей. Да и мама Ира сама с трудом справлялась, держалась ради нас, но ведь она тоже потеряла сестру. Поэтому именно с Сашей связаны почти все мои воспоминания. Именно она забирала меня с тренировок и везла на аттракционы, боясь, что я пропущу детство, покупала любимое шоколадное мороженое, заставляла ходить на дни рождения ребятам из группы, чтобы я развеялась. Именно Саша терпеливо проводила со мной по четыре часа в магазине, пока я примеряла и выбирала коньки.

О! На эту процедуру вообще со мной никто не хотел идти. Потому что выбор коньков — это непростой и ответственный процесс. Важно все: жесткость, подъем, размер, высокая или низкая пятка. А ещё очень важно, чтобы было комфортно. Мой тренер по прыжкам говорил, что выбор коньков — это как выбрать жену. Не знаю точно, что он имел в виду, но понимаю, что менять коньки в разгар сезона никто не будет, потому что это чревато травмами, как и с женой быстро не разведешься. Так что каждую пару я натягивала на ноги и ходила в ней не меньше пятнадцати минут, чтобы прочувствовать. А выбор коньков от производителей сейчас велик, так что я действительно проводила в специализированном магазине по четыре часа. Поэтому соглашалась со мной идти только Сашка, у остальных ни времени, ни желания не было.

Так что мыслями я была уже дома: висела в объятиях Сашки и пыталась убедить папу согласится на операцию.

Глава 6

Алёна

— Привет! — срываюсь я с места и влетаю в объятия Сашки — своей старшей сестры.

— Привет, чемпионка, — целует меня в щеку сестра.

Просто держу в объятиях сестру, крепко сжимая руками ее тонкую спину. От стандартного и милого приветствия щемит сердце. Когда она переехала от родителей в съемную квартиру, я переживала больше всех. Конечно, я сама не так часто бывала дома, но возвращаться мне хотелось всегда, в первую очередь, к Сашке.

— Эй, Алёнка, ты бы хотя бы разделась для начала, — улыбнулся папа.

— Ой, привет, пап, — поздоровалась я с отцом, которого не заметила и быстро скидываю верхнюю одежду и обувь с ног.

Прохожу и чмокаю отца в щеку. Он неловко обнимает меня и пытается потрепать по макушке, но я резко отстраняюсь. Наш отец вообще всегда носил всех своих дочерей на руках ровно до того момента, пока мы не начинали взрослеть. Начиная с подросткового возраста, ему тяжело то ли принять наше взросление, то ли просто найти общий язык. Точно не знаю, но доверительных отношений между нами нет, хотя я его, конечно, люблю.

— Неужели вся семья в сборе, — с кухни выглядывает довольная мама, — будем обедать через минут пятнадцать.

Я киваю и утягиваю Сашку в свою комнату. И только усевшись с ней на диван, замечаю, что она обстригла свои шикарные волосы. Они у нее были почти до поясницы, а сейчас едва достают плеч.

— Эм… Ты подстриглась? — задала я тупой вопрос с очевидным ответом.

— Да… захотелось перемен в жизни, — улыбнулась добродушно Сашка.

— Для этого не обязательно обстригать волосы, — фыркнула я, — как командировка? Куда ты летала, в Нижний Новгород? — сменила я тему.

— Нет, там я была две недели назад, — улыбнулась Саша, — теперь буду летать в Сибирь. В Новосибирске была.

— Оу! Ну и как там?

Сама я, бывало, ездила на соревнования по России, но дальше Урала не приходилось. Как-то чемпионат России проходил в Красноярске, но тогда я очередной раз пропускала его из-за травмы.

— Холодно, — рассмеялась Саша, — на самом деле было столько работы, что я ничего не видела. Хотела быстрее закончить работу и вернуться.

— Не просто быть аудитором, — ответила ей я.

— Не жалуюсь, — пожала плечами Саша, — как у тебя со здоровьем?

Я бодро начала рассказывать Саше об операции и враче, которого нашла, задумавшись о том, что она всегда относилась ко мне как взрослой и равной ей. Наверное, именно поэтому из всех сестер я с ней я общаюсь больше всего. Для остальных — я всегда была самой маленькой. Даже отец мое взросление воспринял хуже, чем у остальных сестер. Больше не с кем было нянчиться.

— Девочки, привет, — к нам в комнату пришли Лера и Лика.

Сестры обняли нас по очереди.

— Секретничаете опять? — немного с обидой в голосе спросила Лера.

Саша