Ромашка с шипами (СИ) - Филимонова Лина

И сквозь сон слышу их разговор.

— Я смотрю, ты на запала на старину Артура.

— Он не старый! — горячо возражает Ева.

— Но ты запала.

— Не твое дело.

— Ох, не советую я тебе с ним связываться…

— Я что, просила совета? — дерзит моя коза.

— А я специалист по непрошенным советам.

— Я так и поняла… А почему не советуешь? — не выдерживает Ева.

Любопытство берет верх.

— Он старый черствый сухарь, — заявляет Яр. — Исцарапаешь об него свое нежное сердечко.

Глава 12

Артур

Сегодня понедельник, у Евы первый учебный день. Она проснулась ни свет ни заря, напилась кофе, а теперь копошится на своей половине.

Меня интересует только один вопрос: во что она вырядится? Я подозреваю худшее. Есть вероятность, что она опять забудет надеть юбку.

Вчера ей привезли вещи, она весь вечер развешивала их по шкафам и раскладывала по полкам. Вечером я заглянул и застал ее за глажкой каких-то юбчонок, такого же провокационного размера как та, в которой она ходила в клуб.

Если эта малолетняя коза планирует все время так одеваться, мне придется либо бросить работу и ходить за ней с метлой — отгонять озаботов. Либо нанять телохранителя.

Лично я склоняюсь ко второму варианту…

— Я тебя отвезу, — сказал я Еве через дверь.

— Спасибо! — крикнула она.

А потом высунула нос и спросила:

— Ты же не опоздаешь из-за меня на работу?

— Никогда бы не стал так делать. У меня первая встреча в десять.

— Значит, мне повезло.

Ева снова закрыла дверь. Я так и не узнал, какой длины юбку она собирается надеть. И какой глубины вырез будет на ее блузке.

Постоял-постоял у двери, и пошел пить третью чашку кофе.

Ну что же, меня, и правда, ждал шок. Но совсем не такой, какого я ждал.

Ева не забыла юбку. Она надела платье. Совершенно необыкновенное: черное, но с желтыми плиссированным вставками. Когда она неподвижна, платье кажется полностью черным. А при движении и, особенно, при ходьбе все это колыхается и развевается, создавая интересные эффекты.

Она даже не надела туфли на шпильках! Правда, ее кислотно-желтые кроссовки были на такой платформе, что делали ее сантиметров на десять выше.

— Офигеть! — пробормотал я, когда Ева покрутилась передо мной в своем наряде.

— Нравится?

— Очень красиво. Необычно. И на удивление скромно.

Уже в машине Ева спросила:

— Ты сказал, что мое платье скромное. Разве это так? Оно супер креативное!

— Вообще не спорю с этим. Я имел в виду другое… Предполагал, что ты опять забудешь юбку.

Ева хмыкнула.

— Уместность — вот мой девиз.

— Надо же.

— Есть только один шанс произвести первое впечатление, — подолжила философствовать Ева. — И я его не упущу.

— Как интересно, — поддержал я разговор.

— Если я заявлюсь в институт в шлюшьем наряде, ко мне так и будут относиться. А я не за тем приехала в Москву и поступила в институт мечты…

— Я понял.

— Там же сплошь творческие личности! Мир кино… — мечтательно вздохнула она. — Я тоже творческая. Я же выгляжу креативной?

В голосе Евы зазвучала обычно не свойственная ей неуверенность.

— Даже не сомневайся, ты там будешь там самой творческой личностью. Первое впечатление рулит.

Надо же. Малявка-то не так легкомысленна! Высказывает вполне разумные мысли. Просто поразительно…

* * *

Неделя пролетела незаметно. У меня новый заказчик — компания по выпуску подгузников, которая внезапно начала терять клиентов и пожелала разобратся, в чем дело.

Никогда раньше не занимался товарами для детей. А, впрочем, разницы большой нет. Методы анализа работают практически одинаково при любых вводных. Но все равно, пришлось вникать в незнакомую сферу, настраивать алгоритмы, общаться с производственниками и отделом маркетинга.

В общем, обычный рабочий ритм.

Еву я встречал лишь по вечерам. Пару раз за неделю она готовила ужин, а в остальные вечера где-то пропадала. Впрочем, возвращалась не позже десяти, вела себя прилично. Так что претензий у меня к ней никаких не было. Я даже подумал, что зря переживал. Мы вполне можем мирно сосуществовать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Начало наших отношений было неоправданно бурным и эмоциональным. Но все может устаканиться!

В пятницу вечером мы встретились на кухне.

— Извини, что я снова шарюсь по твоему холодильнику, — внезапно выдала Ева. — Я купила себе кое-каких продуктов, но сыр забыла.

— У тебя что, температура? — спросил я.

— С чего ты взял?

— Такая вежливая…

— Пф-ф-ф! — фыркнула Ева.

И рассмеялась.

— Мой холодильник всегда в твоем распоряжении. Я бы даже сказал, что он не мой, а наш общий.

— Ну тогда… хочешь бутербродов? Лично я страшно проголодалась. А готовить сил нет.

— Пошли в ресторан, — предложил я.

— Который внизу?

— Ага.

— Судя по вывеске, там один бутерброд стоит как моя стипендия.

— Естественно, я угощаю. Ты что, сомневалась?

— Нет, но… Ладно, пойду переоденусь.

Ева появилась в том самом черно-желтом платье. А я переодеваться не стал, только снял пиджак и галстук, оставшись в белой рубашке.

Перед зеркалом в прихожей она внезапно взяла меня под руку.

— А мы красивая пара!

Что, опять?!

А я-то думал, она ко мне остыла, переключилась на своих творческих сокурсников…

За ужином мы только о них и говорили.

— Старшекурсники крутые! Особенно на режиссерском факультете. Там есть парни постарше, которые уже работают в индустрии. Я даже познакомилась с одним… Его зовут Булат.

— Это с ним ты проводила вечера на этой неделе?

— Ага, один раз.

— И как он?

— Классный!

У меня где-то в районе печёнки зашевелился ревнивый червячок. Когда я это осознал, то поржал над собой. Что, старина Артур, хочешь, чтобы она опять тебе мутить предлагала?

Ну уж нет! Однокурсники и старшекурсники — самое то для мелкой козочки.

— Один мой однокурсник, Филипп, уже успел разослать по всем кинокомпаниям десять сценариев. Представляешь, десять! Я всего два написала. И я не стала бы их никуда отправлять, потому что понимаю, что это графомания.

У Евы развита самокритика? Никогда бы не подумал. Поначалу она мне показалась очень уверенной в себе.

— Мы с Филиппом собираемся стать соавторами. Вчера весь вечер бродили по парку и разрабатывали идею крутого детективного сериала.

— В наше время девушки с парнями не для этого по паркам гуляли… — зачем-то ляпнул я.

— Ты что, думаешь, Филипп… Да нет!

— Почему нет?

— Никто из моих однокурсников ко мне не подкатывает.

— Почему же?

— А я всем показываю твою голую фотку и говорю, что ты мой парень.

Я замираю с вилкой у открытого рта.

Она что, серьезно? Нет. Конечно, нет. Ева шутит.

Хотя… от этой козы можно ожидать чего угодно! Рано я расслабился…

Я отмираю. Отправляю в рот кусок шницеля и тщательно его пережевываю. Продумывая варианты изъятия провокационной фотки у Евы.

Даже беглый анализ показывает, что ни один из вариантов не сработает. Добровольно она мне фотку вряд ли отдаст…

Но я бы все-таки попробовал.

Я накрываю ладошку Евы своей рукой. Проговариваю про себя проникновенные слова, которые могут помочь до нее достучаться. Наклоняюсь к ней ближе.

Она тоже тянется ко мне. Стол небольшой, наши головы стремительно сближаются.

— Ева… — начинаю я.

А она вдруг меня целует. Легко касается моих губ своими мягкими губами.

Я снова замираю от шока.

А потом внезапно дергаюсь. Потому что чувствую пронизывающий взгляд.

Роксана!

Она у входа в ресторан. Направляется к нам. И ее вид не предвещает ничего хорошего…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глава 13

Ева