Кэндес Бушнелл - Пятая авеню, дом один

И Джеймс направился было в восточном направлении. Мрачная гримаса Лолы заставила его замедлить шаг.

— В чем дело? — спросил он ее. — У вас несчастный вид. Разве не радость — получить собственную квартиру?

Лола пребывала в панике. Квартира в ее намерения совершенно не входила, тем более такое неказистое, навевающее тоску жилье. У нее был другой план: раздобыть у Филиппа и у Джеймса денег и поселиться в Сохо, чтобы оттуда снова приступить к покорению нью-йоркского «общества». Как вышло, что этот ее план так быстро рухнул? Только она и видела три тысячи долларов!

— Я не ожидала, что это произойдет так быстро, — сказала она.

— Здесь не медлят! — Джеймс наставительно поднял указательный палец. — Таков нью-йоркский рынок недвижимости. Если бы мы не сняли эту квартиру, она бы ушла за час. Приходится рвать когти.

Джеймс купил Лоле диван с экономичной синенькой обивкой. Ставь на такой сколько угодно пятен — они останутся незаметными. От одного прикосновения к этой дешевке Лола почувствовала себя донельзя мерзко. Джеймс объяснил, что это отличная модель, обрадовался, что такая удобная вещь в разложенном виде просто огромная, предлагается по сходной цене, — и еще тысячи пятисот долларов как не бывало.

Затем Гуч проводил свою подопечную в пустую квартиру, где ей предстояло дождаться доставки дивана.

— Не понимаю, как вам все так быстро удается, — выдавила Лола. — Большое спасибо. — Последовал поцелуй в щеку.

— Я загляну завтра, посмотрю, как вы устроились, — пообещал он.

— Буду ждать, — сказала Лола.

Джеймс мог бы отдать ей остаток денег, но она не посмела клянчить их сразу. Эта тема была перенесена на завтра.

Сразу после ухода Джеймса Лола бросилась в конуру к Тайеру Кору.

— У меня появился свой угол, — объявила она.

— Как тебе это удалось? — спросил Тайер, отрываясь от компьютера.

— Джеймс Гуч нашел для меня квартиру. — Лола сняла пальто. — Нашел и оплатил.

— Ну и дурак!

— Он в меня влюблен. — Лола уже почти ликовала: с мерзкой дырой Тайера и Джоша было покончено! Тайер становился все более несносным, требовал от нее орального секса и дулся, когда она уклонялась, даже грозился ее скомпрометировать. «Блефуешь?» — спрашивала она. «Сама увидишь!» — отвечал он.

— А ты, Тайер, попридержи язык! — сказала она ему теперь. — Я и так знаю, какая ты мразь.

— Я думал, ты попытаешься пролезть обратно в дом номер один. Мне нужна информация.

— Раздобуду у Джеймса.

— А он возьмет и потребует взамен секса.

— Я ведь занимаюсь сексом с тобой, так какая разница? Он по крайней мере незаразный.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, — сказала она. — У него за двадцать лет не было другой женщины, кроме жены.

— Вдруг он спит с проститутками?

— Не равняй всех по себе, Тайер. Бывают и достойные мужчины.

— Вот-вот! — насмешливо закивал Тайер. — Такие, как Джеймс Гуч. Он спит и видит, как бы изменить жене. Хотя, если бы я был женат на Минди, меня бы тоже тянуло на сторону.

На следующий день, придя в новую квартиру Лолы, Джеймс увидел ее на голом диване всю в слезах.

— Что теперь? — спросил он, присаживаясь с ней рядом.

— Вы только посмотрите! У меня нет даже подушки!

— Я принесу вам подушку из дому. Жена не заметит.

— Не хочу старых подушек из вашего дома! — крикнула Лола. Надо же было умудриться взять на роль поклонника самого большого идиота на всем Манхэттене! — Лучше дайте денег. Тысяч пятнадцать.

— Сразу столько не смогу, — сказал Джеймс, — у жены возникнут подозрения.

Хорошенько поразмыслив, Джеймс составил план: он будет полгода оплачивать за Лолу аренду квартиры и давать ей по две тысячи в месяц на расходы.

— Когда найдете работу, все наладится, — сказал он. — У вас будет гораздо больше денег, чем было в вашем возрасте у меня.

Джеймс стал наведываться к ней каждый день. Иногда он водил Лолу обедать в ирландский бар внизу — по его словам, чтобы она хотя бы раз в день как следует питалась, а потом торчал у нее в квартире. Ему нравилось незагроможденное видами пространство, солнце в окнах. Он не уставал повторять, что в квартире у Лолы света больше, чем у него.

— Джеймс, — не выдержала она однажды, — мне нужен телевизор.

— У вас есть компьютер, — возразил Джеймс. — Разве по нему нельзя смотреть телепрограммы? Кажется, теперь все так делают.

— У всех есть и компьютеры, и телевизоры.

— Могли бы книжку почитать. Читали «Анну Каренину»? А «Мадам Бовари»?

— Читала, скука смертная! И потом, у меня здесь нет места для книг, — пожаловалась Лола, обведя рукой тесное жилище.

Пришлось Джеймсу купить ей телевизор — 16-дюймовый «Панасоник», который они водрузили на подоконник.

Накануне возобновления своего авторского турне Джеймс явился к Лоле раньше обычного. Было уже одиннадцать часов, но она еще спала. Она купила в магазине ABC Carpet пуховую подушку и пуховое одеяло — Джеймс подозревал, что эти покупки потянули на тысячу, а то и больше. Правда, на его вопрос по этому поводу Лола ответила, что нашла то и другое на распродаже, всего за сотню баксов. Не думает ведь он, что она будет спать не накрываясь? Нет, так он не думал. На этом их разногласия закончились.

— Который час? — спросила она, сладко потягиваясь.

— Скоро полдень, — сообщил он укоризненно. Ему не понравилось, что Лола так долго валяется в постели, в голову закрался вопрос: чем она занималась накануне вечером, если потом столько спала? Или дело в ее неважном настроении?

— Завтра рано утром я уезжаю, — объяснил он свой ранний приход. — Захотелось попрощаться. И убедиться, что у вас все в порядке.

— Когда я снова вас увижу? — спросила она, продолжая потягиваться. На ней была оранжевая майка на бретельках и больше ничего.

— Не раньше чем через месяц.

— Куда это вы собрались? — спросила она в испуге.

— Англия, Шотландия, Ирландия, Париж, Германия, Австралия, Новая Зеландия.

— Какой ужас!

— Ужас для нас, зато хорошо для книги, — сказал Джеймс.

Лола отбросила одеяло и похлопала ладонью по дивану рядом с собой.

— Полежим рядом, — сказала она. — Я буду скучать.

— Я не думаю, что… — забормотал Джеймс, у которого сильно забилось сердце.

— Подумаешь, обняться! — Она шутливо надула губки. — Какие могут быть возражения?

Он лег рядом с ней, неловко растянувшись в нескольких дюймах от нее и очень стараясь к ней не прикасаться. Она повернулась к нему лицом и ткнулась коленями ему в пах. У нее изо рта неприятно пахло водочным перегаром и табаком, и он снова стал гадать, как она провела вчерашний вечер и с кем.