Артем Литвинов - Пылающая комната

— Это Стэн, Бобби, я тут где-то районе F***, я назвал улицу, посмотрев на табличку на стене магазина напротив. Я вас жду.

— Сейчас буду, — заверил меня безотказный шофер, — что-то передать Крису?

— Ничего не надо, — ответил я и затем добавил, — скажите, что я звонил и скоро вернусь.

— Хорошо.

Я повесил трубку и стал ждать. Бобби приехал через сорок минут. Меня поразило то, с какой легкостью он ориентировался в лабиринте этих кошмарных кварталов. Выйдя из машины и увидев меня с собакой, он улыбнулся.

— Это Чани, — представил я ему ньюфаундленда, — мы с ним поместимся?

— Без вопросов, — ответил он и открыл мне заднюю дверь. Я пропустил вперед Чани и сам сел в хорошо натопленный салон кадилакка.

Бобби занял свое место, и мы покатили по ночному городу. При мысли о том, что сейчас Крис стоит в холле, выкуривая сигарету за сигаретой, я почувствовал себя негодяем. Однако в холле его не было. Я поднялся наверх, прошел в гостиную в сопровождении собаки. Крис вскочил мне навстречу, и я бросился в его объятия.

— Какая же ты свинья, Тэн, — сказал он, запрокидывая мне голову и целуя меня с ненасытной жадностью задыхающегося, глотающего последние остатки воздуха.

— Я знаю, — прошептал я, — я привел собаку, ты не против?

— Да хоть крокодила, Тэн, — ответил он, — мне все равно, я думал, что ты опять с этой девчонкой со своей.

Я подвел к нему ньюфаундленда, который тут же добродушно развалился у его ног.

— Его зовут Чани.

Крис нагнулся и потрепал его за ухом.

— Ты псих, — сказал он, разогнувшись, — всегда мечтал завести собаку.

— Видно, я тебе послан, чтобы исполнять все твои желания.

Он посмотрел на меня очень внимательно.

— А где ты был?

— Везде и нигде, — ответил я, не имея сил вспомнить все, что со мной случилось за день. — вообще-то я за книжкой ездил, — я протянул ему «Кама-Сутру».

Он пролистал ее и покачал головой.

— Черт с тобой, у меня есть отличный ужин, заказал в «Кордельере».

Ужин действительно был весьма нетрадиционный. Я подыскал так же кое-что для Чани, который не набросился, однако, на мясо, а с достоинством исследовал все, что ему дали, и только после этого начал есть.

Крис подливал мне шампанское, а сам пил исключительно бренди, открытое мною еще утром.

— Что с тобой такое, Тэн? — спросил он, придирчиво изучая мое лицо, — ты чем-то расстроен?

— Нет, — возразил я. — я могу кое о чем тебя попросить.

Харди склонил голову набок и улыбнулся.

— Доставь удовольствие, малыш.

— Если мне нужны будут деньги, я могу их попросить у тебя?

— Все, что у меня есть — твое, ты же знаешь. — ответил он немного разочарованно.

— Речь может идти о довольно крупной сумме, которую придется выплачивать в течении нескольких лет.

— Да, что случилось, объясни, — не выдержал он, бросив нож и вилку.

— Ничего, я только хочу знать, ты согласишься или нет.

— Конечно, — воскликнул он, — что угодно, а теперь рассказывай.

— Нет, как-нибудь потом.

— Ладно, — покорно согласился он, — любишь ты тайны и секреты.

Встал около двенадцати. Крис уже уехал. «Напиток Господина Говарда» не выходит у меня из головы. Может быть, Харди был прав, и он действительно подсыпал нам что-нибудь? Что-то изменилось в нас обоих, Крис, обычно развязный и открытый, стал временами замыкаться в себе. Я вижу, что он чем-то тяготиться. Поначалу я решил, что произошло то, что возможно и должно произойти рано или поздно, что он постепенно начал остывать и терять ко мне всякий интерес. Я даже не могу представить, чем это может кончиться, но в таких вещах всегда есть доля неотвратимости, бороться с которой нет никаких средств, да и не стоит. Я тем более стал относиться к этому предположению серьезно после разговора с Элис позавчера.

Я был один, пытался писать, ничего не выходило, когда позвонил Айрон и сказал, что прибыла мисс Андерсон. Я спросил, что ей нужно, он пояснил, что она собирается оставить кое-какие вещи, по договоренности с Крисом. Я дал согласие впустить ее, хоть мне и было это более, чем неприятно.

Элис вошла молча кивнув мне, за ней вошел молодой человек с башней коробок и свертков, которые он свалил по ее распоряжению на диван в гостиной, и тут же удалился. Я рассчитывал на то, что она последует за ним, но вместо этого она села в кресло и взглянув на меня уверенно и враждебно, заявила:

— Может, угостишь меня кофе?

Я пожал плечами и криво усмехнулся. Мне хотелось ее выставить, но сделать это открыто было как-то неудобно. Я прошел на кухню и принес оттуда чашку кофе.

Она взяла ее и сделав один глоток, поставила ее на стол. Я сел напротив и закурил.

— Можно сигарету, — спросила она с той самоуверенностью, которая была гораздо хуже всякой наглости.

— Пожалуйста, — ответил я и протянул ей пачку. Казалось, она обосновалась тут надолго. Закурив и положив ногу на ногу, она изучающе смотрела на меня. В черном костюме, почти мужского покроя, она выглядела еще более мрачно, чем обычно.

— Нравится тут? — спросила она окинув взглядом потолок и стены.

— Не жалуюсь, — ответил я.

— Еще не хватало тебе жаловаться, сорвал банк, получил все о чем мечтал, — откомментировала она ситуацию, так как она ее понимала.

— Это случайность, — возразил я, — дар Божий.

— И ты им пользуешься очень успешно. А Даншен был прав, что тебе только это и нужно было. Если с Крисом что случиться, тебе уж кое-что перепадет точно.

Ее тон постепенно начинал меня раздражать. За время моей жизни с Харди я привык ко многому, но некоторые вещи продолжали меня угнетать по-прежнему.

— Ни одной его жене это не удалось, а ты преуспел, — продолжала она, — хотя и ничего собой не представляешь.

— Даже если это так, это не дает вам право на подобные высказывания, — отозвался с той предельной холодностью, которая в любую минуту готова перейти в ярость.

— А что? Ты и пальца его не стоишь, тебе и не снилось сколько он заплатил за все это.

— Надо полагать, вы это себе представляете, — заметил я, сдерживая неодолимое желание вышвырнуть ее вон.

— Я видела столько, что тебе и не снилось. Я с ним пять лет и знаю его отлично. И уж я-то его понимаю лучше, чем кто-либо. Если бы он женился на мне, а не этой шлюхе Мерелин, тебя бы здесь точно не было.

— Чем же я вам так ненавистен, Элис? — спросил я, не имея возможности отказать себе в удовольствии узнать причину ее злобы.

— Из-за тебя он скатился туда, откуда я его пыталась вытащить и вытащила бы, если бы не его упрямство, — она потушила сигарету и выпила кофе. — Ему сейчас кажется главное, что его член подходит к твоей заднице, у него всегда были проблемы. Но рано или поздно это кончится. Он сорвется, он уже сорвался.