Джудит Гулд - Чертовски богат

Кензи неохотно встала с кровати, быстро приняла душ и, как ни странно, успела на работу как раз вовремя.

При ее появлении Арнольд повернулся на вращающемся стуле.

– Хо-хо, кого мы видим! Блудная дочь возвратилась. Сейчас нам все расскажут об этой великой свадьбе! – Арнольд оборвал привычную игру и добавил: – Заодно грязь с себя смоешь.

– Может, дождемся обеда? – слабо выговорила Кензи. – А то я едва держусь на ногах, а дел, наверное, до черта.

– За обедом? Прекрасно. Я даже готов тебя угостить. Только обещай рассказать все.

– Обещаю, обещаю. – Кензи бросила в кофе пару таблеток аспирина и принялась за работу.

В четверть одиннадцатого заглянула Бэмби Паркер.

– Привет, ребята!

– Привет. – Арнольд не удосужился поднять головы.

– Привет, – повернулась к ней Кензи.

– Хорошо, что ты появилась, – сказала Бэмби. – Наш отдел кадров дал во вчерашней «Таймс» объявление о вакансии. На место Зандры. Претенденты уже ждут в приемной. Я бы и сама поговорила, но, понимаешь, у меня к парикмахеру назначено. Не выручишь?

– Естественно. – Кензи широко улыбнулась, что далось ей нелегко. Со временем ее неприязнь к Бэмби только усилилась.

– Отлично. Я знала, что могу на тебя рассчитывать.

«А что мне остается?» – подумала Кензи.

– Да, и еще.

Кензи вопросительно посмотрела на Бэмби.

– Там есть одна девица, на вид настоящая мымра, – предупредила она. – Не наш материал, если ты понимаешь, что я имею в виду. – Она со значением посмотрела на Кензи.

Кензи кивнула и вновь с усилием выдавила из себя улыбку.

– Впрочем, решение за тобой, – строго сказала Бэмби. – Можешь воспользоваться моим кабинетом.

И стремительно упорхнула.

– «Решение за тобой», – передразнил ее Арнольд. – «К парикмахеру назначено!»

– Кончай, Арнольд, – устало бросила Кензи. – Дело серьезное.

– Ясно, ясно, только смотри там, поосторожнее с мымрами. – Он расплылся в широкой улыбке. – Материал должен быть наш!

Кензи принялась перебирать цветные фотографии и отложила несколько штук.

– Слушай, а где наши экзаменационные экземпляры?

– В сейфе. Сейчас принесу.

Кензи прошла в кабинет Бэмби, дождалась, пока Арнольд принесет полотна, и позвонила в приемную.

– Сколько их?

– Восемь.

«Вот тебе и обед», – подумала Кензи. Придется кормить Арнольда ужином.

Собеседование началось.

С виду первые семь претендентов производили вполне приятное впечатление – хорошо воспитаны, умны, язык подвешен, за плечами колледж или университет. Двое мужчин в дорогих строгих костюмах отличались и привлекательной внешностью. Все они раньше работали либо в аукционных домах, либо в музеях, и их резюме производили внушительное впечатление. Тем не менее Кензи была достаточно опытна, чтобы доверять только внешности или документам.

Она предложила претендентам на выбор несколько фотографий и полотен. Все семеро ошиблись как минимум дважды, хотя вопросы были несложные. Уже плохо. А когда дело дошло до техники, в которой работают те или иные мастера, до особенностей их манеры письма – то и совсем беда.

У Кензи голова пошла кругом. О Боже, неужели с такими придется работать? Да ведь на них ни в чем нельзя положиться! Безнадежны.

Последнее, седьмое собеседование она закончила, как и все предыдущие: улыбка, короткое рукопожатие и на прощание: «Спасибо, что пришли. С вами свяжутся».

«Чтобы подсластить пилюлю отказа», – чуть было не добавила Кензи.

Она позвонила в приемную.

– Кажется, там еще один?

– Да. Посылать?

– Давайте.

Вскоре за дверью послышался сильный шум. Кензи вскочила и бросилась к порогу. Открыв дверь, она увидела, что по полу, собирая рассыпавшиеся книги, ползает какая-то женщина.

– Извините, – пробормотала она, нервно поглядывая на Кензи.

– Ну что за ерунда. Помочь?

– Нет, нет, спасибо. – Женщина прикусила губу. – Вы ведь... мисс Тернер?

«О Господи, только не это», – внутренне застонала Кензи.

– Да, а?..

– Меня вызвали на собеседование.

Так вот что имела в виду Бэмби!

– Что ж, заходите.

Женщина, спотыкаясь, вошла в кабинет и положила книги на стул.

Выглядела она, мягко говоря, как настоящая деревенщина. Среднего роста. Землистый цвет лица. Мышиного цвета волосы собраны сзади в пучок. Небольшие старомодные очки в стальной оправе. Никакой косметики.

Платье в пятнах и к тому же размера на два больше, чем надо. Рукава кофты такие длинные, что видны только кончики пальцев.

Ногти обкусаны до крови.

Кензи стало жалко беднягу. Как бы ей помягче отказать?

– Прошу. – Она указала ей на стул напротив и улыбнулась как можно приветливее. – Резюме, полагаю, при вас?

– Что? Резюме? Ах ну да, конечно...

Женщина порылась в старенькой сумке и извлекла на свет кучу смятых и несвежих на вид бумаг.

– Извините, – жалко улыбнулась она, протягивая все Кензи.

– Так, посмотрим, что тут у нас... – Улыбка застыла на губах у Кензи. – Стало быть, вы и есть...

– Аннализа Барабино, – договорила посетительница.

– Ясно, – слабо проговорила Кензи. Ну почему мистеру Споттсу пришло в голову хлопотать именно об этой дурнушке? Неужели нельзя было найти никого поинтереснее?

Впрочем, резюме, несмотря на внешний вид, было превосходно, что и неудивительно – мистер Споттс встречную-поперечную рекомендовать не будет.

На все вопросы Аннализа ответила с обезоруживающей легкостью. Глаз у нее оказался безошибочный, знания – энциклопедические.

«Если бы еще, – с отчаянием подумала Кензи, – выглядела она не так, словно ее только что пыльным мешком ударили».

– Гм, – пробормотала она, барабаня пальцами по столу.

– Что-нибудь не так?

Что-нибудь? Все не так.

– Э-э, как бы это сказать... меня немного смущает ваш... облик.

– Мой – что?

– У меня есть идея. – Кензи схватила трубку и быстро набрала трехзначный номер. – Арнольд? SOS.

– Что такое?

– Элиза Дулитл вызывает профессора Хиггинса. – Кензи посмотрела на посетительницу с доброй улыбкой.

– Ничего себе! Звучит довольно зловеще.

– Не только звучит. Слушай, давай сделаем так. Обед мы все равно уже пропустили, так что, если поможешь, ужин за мной. Выбирай где.

– Нюхом чую какую-то ловушку.

– Ты ошибаешься, но что касается твоего нюха, то это именно то, что мне сейчас нужно. И поторопись. Иначе вернется Бэмби, и тогда...

– Что же ты сразу не сказала? Бегу.

Когда Аннализа и Арнольд вернулись три часа спустя, Кензи глазам своим не поверила. Вместо деревенщины она увидела роскошную молодую женщину в голубой юбке, блейзере и белой блузе. На шею был небрежно наброшен изящный шелковый шарф, волосы укорочены по моде, кожа на лице приобрела совершенно иной цвет. Даже старушечьи очки куда-то исчезли.