Кэтрин Эллиотт - Женатый мужчина

Я потрясенно взглянула на него. И облизнула пересохшие губы.

— Но Джек, — запинаясь, проговорила я, — никто же не знал. Ты же ни разу даже не подал виду. Даже я не догадалась ни на секунду! Ты даже не намекнул.

— Нет, конечно, а разве я мог это сделать? Меньше всего мне хотелось быть похожим на влюбленного придурка, который волочится за женой своего двоюродного брата. И еще после того, как я был его дружкой на свадьбе. — Он задумчиво прищурился. — Это даже хорошо. Хорошо, что никто не заметил. Мне всегда было интересно, догадается кто-нибудь или нет. Приятно сохранить хоть остатки достоинства.

— А как же Ханна? — вдруг вспомнила я. — Со свадьбы ты сбежал вместе с Ханной! С моей старой школьной подругой, с которой вы потом занимались сексом в Риджентс-парке. Все об этом слышали.

— Ах да, верно. Ханна. Идеальное прикрытие. Лучшей отговорки было и не найти. Милая девушка. Большая грудь.

— Но Джек… — Я заколебалась. — Ведь у тебя было так много женщин! До этого, во время и после. Неужели ни одна из них…

— Их было много, но той единственной среди них не было, — резко оборвал меня он. — Я метался, Люси. Тебя мне было не заполучить, поэтому я хотел перепробовать как можно больше. Это было очень приятно, и я не терял надежды. Я все время думал, что рано или поздно кто-нибудь мне подойдет и я забуду о тебе. Но этого не происходило, и несмотря ни на что, я продолжал пробовать. — Он пожал плечами. — Если бы мы жили в средневековье, я бы, наверное, отправился в крестовый поход, поубивал бы язычников и таким образом изгнал бы воспоминание о тебе. Но вместо этого я лишь писал стихи и спал с хорошенькими пустышками. — Он поежился на стуле и улыбнулся. — Да, у меня было много секса, и я достоин осуждения, но сама подумай, Люси, что мне оставалось делать? Выбрать первую попавшуюся девчонку и жениться на ней, пусть даже я ее не любил? Поселиться в Патни и завести нужное количество детей, чтобы потом вести беседы о частных школах за зваными обедами?

— Нет, но…

— Ни одна из этих женщин, Люси, не могла сравниться с тобой. Ни одна.

Он пристально посмотрел на меня. Мне показалось, что на секунду сад как будто замер. Листья на деревьях перестали шуршать, и птицы замолчали.

— А потом, когда Нед умер… — продолжил он.

— Вот именно, что было, когда Нед умер? — прервала его я. — Даже потом, намного позже, ты ни разу не показал, что любишь меня. Ничем не выдал себя! Я даже не догадывалась!

— Я не мог, Люси. Ты была не готова. Я все время думал, что вот уже ты почти оправилась, еще немного… Но твое горе было слишком сильно. Оно было необъятно. И оно усмиряло меня. Глядя, как ты каждый вечер плачешь за кухонным столом, я никак не мог найти подходящий момент и сказать: «Да брось ты, Люси, невелика беда. Нед умер, но вообще-то, ты мне всегда нравилась, так что, может, попробуем?» Разве я мог соревноваться с призраком? С покойником, которого и я любил и оплакивал? — Он замолчал. — Тем более что ты во всем винила себя.

Я разглядывала свои руки.

— Я тебе рассказала, да? — тихо произнесла я. — Ты был единственным, кому я призналась. Кроме Чарли.

— Ты рассказала Чарли?

— Да, но… — Я покачала головой. — На то были причины. Я хотела ему помочь.

Я снова вспомнила тот вечер, когда за коробкой дешевого вина призналась Джеку, что это я убила Неда. Я рыдала, билась в истерике и все время твердила, что я это сделала, я его прикончила. Носилась по квартире, как обезумевшая. Одержимая, пьяная, шатающаяся. Я вовсе не забыла, что он видел меня в таком состоянии. Но я старалась об этом не думать. Насколько возможно.

— Тебе потому и было плохо, Люси, понимаешь? От горя и ужасного чувства вины. Совершенно неоправданного. Какое-то время ты была не в себе.

— Это еще мягко сказано, — усмехнулась я. — Была не в себе. Да у меня крыша поехала, черт возьми! А вы все были так добры! Ты, Джесс, Тереза, мои родители, дети… Боже мой, даже дети! Никогда не забуду, как Бен как-то в воскресенье днем сказал: «Мам, хочешь, я принесу тебе какую-нибудь одежду вместо этого халата». — Меня передернуло.

— А потом ты взяла себя в руки. И решила не распускаться.

Я кивнула.

— Так оно и было. Я собралась с силами. Оправилась, и потом…

— И что было потом? — Он пристально смотрел на меня.

— Ну, потом появился Чарли.

Он опустил голову и уставился в траву.

— Точнее, я его увидела, — поправилась я. — На улице. И все началось.

Джек по-прежнему разглядывал лужайку.

— Люси, не хочу показаться начинающим психиатром, но ты не хочешь об этом поговорить?

Я вздохнула.

— О Чарли? Даже не знаю.

— Нет, знаешь.

Что-то в его голосе заставило меня поднять голову и взглянуть ему в глаза. Но я тут же отвела взгляд.

— Ну ладно, ладно. Я все понимаю. — Я задумалась. — Меня влекло к нему по очевидным причинам. Он сексуален, красив и так далее, но было еще кое-что. И Джесс ошиблась, когда сказала, что я хочу быть с ним, потому что он недоступен и не может мне принадлежать. Нет, нет, как раз наоборот.

— Ты хотела его, потому что он женат.

— Именно.

— И у него есть дети.

— И это тоже. Женатый мужчина с ребенком. Именно это я потеряла. И ничего больше мне не было нужно. Это было у меня, а потом исчезло, и мне хотелось опять получить то же самое. Я думала, что меня вполне устроит такой, как он. Он был неотразим. Это ужасно. — Я поежилась.

Джек покачал головой.

— Вовсе нет. Это вполне логично.

— Да, но все это время… Ох, Джек, если бы я знала…

— Знала что? Что я жду на скамейке запасных?

— Да, я бы…

— Да брось! — Он вскочил на ноги, отвернулся и сунул руки в карманы. — Не смеши меня, Люси, даже если бы ты знала, ничего бы не изменилось! Я же закоренелый холостяк! Джек, который не может даже пригласить девушку на ланч, не говоря уж о том, чтобы всю жизнь с ней прожить! Последний человек, которого ты представляешь в роли ответственного мужа и отца! Только не говори, что если бы ты все знала, ты бы мигом прибежала ко мне и стала бы гоняться за мной, как за Чарли! Не надо врать!

— Ты прав, я бы не прибежала. И все же…

— Что? — Он обернулся.

— Мне кажется, что события как будто описали полный круг. И вернулись к своему естественному началу. Словно я должна была все это пережить. Горе, чувство вины и — да, признаю — депрессию. И потом, когда я наконец выздоровела, я помню, как мне стало хорошо. Я как будто летала, прямо-таки обезумела от восторга — вот и стала гоняться за Чарли. Мне казалось, что я способна на все. И это тоже было безумием. Только я сошла с ума уже не от горя, а от счастья.