Анита Андерсон - Пикассо в придачу

– Когда я прочитала ваше резюме, – она помахала им в воздухе, – у меня сложилось впечатление, что вы – милая юная леди, которая никогда не работала и которая не очень в этом нуждается.

Она уставилась на мой костюм от Диора.

– Знаете, когда работаешь в благотворительных магазинах, то можешь покупать дизайнерские вещи по дешевке. Мисси Оукли, я очень хочу работать. Мне это действительно нужно.

Она поджала губы. Казалось, будто она пытается почистить зубы без помощи зубной щетки. Потом пристально посмотрела на меня и изрекла:

– Насколько я понимаю, вы знакомы с мистером Смитом.

Мозги заработали вовсю. В голове было настоящее извержение вулкана. Черт! Кто ж это такой, этот Смит? Наверное, тот парень, с которым я только что познакомилась. Но у него не было времени, чтобы позвонить миссис Оукли. А если он все-таки позвонил, то что сказал? Что вместо третьего этажа я поехала на четвертый? Что универмагу «Чемберс» не нужны бухгалтеры, которые не могут правильно до пяти сосчитать?

А, ладно. Как-никак, он работал на верхнем этаже, а не миссис Оукли. Я улыбнулась:

– Да, конечно, я знакома с Джеймсом Смитом. Хотя и не очень близко. То есть, – быстро добавила я, – знаю его не так хорошо, как своих родителей, например.

Впервые за все время миссис Оукли улыбнулась. Она ждала продолжения. Я соображала. Кем же работает этот Смит? Наверняка она хочет, чтобы я упомянула об этом. Видимо, он работает в компании «Чемберс», поскольку выразил надежду, что мы еще увидимся. Вряд ли стоило на это рассчитывать, если он прилетел в Лондон на один день из Гонконга.

– Разумеется, я знаю его намного дольше, чем вас. И чем кого бы то ни было из тех, с кем я познакомилась после него. С каждой минутой наше знакомство становится все более давним. Конечно, я не настолько стара, чтобы быть знакомой с ним сто лет. Некоторых людей узнаешь очень быстро. Их невозможно забыть. Короче говоря, я рада знакомству с Джеймсом Смитом.

Я застенчиво улыбнулась и замолчала, несмотря на то что пауза затягивалась. Меня так перекрутило, что можно было использовать вместо штопора. Только бутылки кларета не оказалось поблизости.

Вдруг миссис Оукли расхохоталась так, что я вздрогнула от неожиданности. Она просто задыхалась от смеха. Мне ничего не оставалось делать, кроме как рассмеяться в ответ. Через несколько минут она успокоилась, достала из ящика носовой платок и вытерла слезы.

– У вас отличное чувство юмора, мисс Карлайл. Довольно редкое качество, так что я готова принять вас на работу уже за это.

Но она не торопилась этого сделать. Мне надо было что-то еще предпринять.

– Миссис Оукли, мне действительно нужна работа. Готова приступить хоть сегодня. Мне очень хочется работать в «Чемберс». Я впервые побывала здесь еще младенцем, когда моя мама принесла меня сюда. Я очень трудолюбивый человек и быстро учусь. – Глава отдела кадров своим внешним видом по-прежнему навевала воспоминания о белых скалах Дувра. – Еще я разбираюсь в компьютерах и прекрасно умею считать. – Я остановилась, чтобы перевести дыхание, но миссис Оукли так ничего и не сказала. – Может, вы позволите мне поработать с бухгалтерскими счетами? Мне приходилось выполнять обязанности бухгалтера, когда я помогала продавцам в благотворительных магазинах. Или, скажем, балансовый отчет? Вы знаете, я читаю его, как некоторые читают романы, – в ванной, в постели.

Я и правда так делала, когда работала у Баса. Новости о полученной прибыли возбуждали его так же сильно, как мазохиста – плетка и ремень для порки. Впрочем, не думаю, что у миссис Оукли такое тонкое чувство юмора, что она сможет проникнуться эротикой балансовых отчетов. Она молча рассматривала меня, словно судья, раздумывающий, не приговорить ли арестанта к виселице.

– Так что скажете, миссис Оукли? Возьмите меня на работу хотя бы на полгода – пусть это будет мой испытательный срок. И если в конце вы назовете меня плохим специалистом, я отдам все полученные за полгода деньги обратно. Найду другую работу и буду выплачивать.

Она улыбнулась и кивнула на мою анкету:

– Вы и правда думаете, что сможете найти работу, не имея никаких рекомендаций? Причем с такой большой зарплатой, чтобы было на что жить, да еще отдавать деньги универмагу «Чемберс»? Нет. Это было бы несправедливо. Мы никому не предоставляем таких условий.

Последовала еще одна длительная пауза. Я сидела затаив дыхание. Наконец она произнесла:

– То, что вы не побоялись, несмотря на небольшой опыт, искать работу в «Чемберс Эмпориум», говорит о вашей смелости и инициативности. Поэтому я готова взять вас на работу. Основатель нашей компании мистер Чемберс всегда говорил, что наша главная цель – служить людям и заботиться о сотрудниках. Ваше умение обращаться с компьютером должно пригодиться, поскольку универмаг нуждается в модернизации. Можете начинать завтра. Желаю вам удачи.

Затем миссис Оукли попросила Флору рассказать мне подробнее о пенсии, перекурах, зарплате и выходных. Как только мы остались одни, Флора воскликнула:

– Молодец, Кэрон! А то я уже начала беспокоиться. Особенно когда услышала ее смех.

– В этот момент я тоже забеспокоилась.

Оформление документов заняло около часа. Если люди действительно попадают на небеса, то, очевидно, видят там кабинеты, забитые разными бумагами.

– «Чемберс» открывается в девять, так что мы должны приходить на работу ровно в восемь тридцать. В это время открыта только одна дверь – та, которая около Мраморной арки. Кофе и чай – бесплатно, пончиков тоже можешь есть сколько влезет. Завтракать и обедать можно в столовой. Там для сотрудников действуют скидки, – объяснила Флора и, засовывая анкеты в папку, добавила: – Столовая – это, собственно, кафе, которое открыто для всех посетителей. Мистер Чемберс, владелец компании, считает, что сотрудники должны знать как можно больше о том, кто является нашими покупателями: что это за люди, как они одеты, о чем говорят. Но если ты будешь приносить ланч с собой, можешь сидеть в отдельной комнате.

Флора отнеслась к своей задаче очень ответственно. Она показала мне все, что можно: женский туалет, кофейный автомат, комнату с копировальной техникой и канцелярию. Если бы мы были в гостинице, то, наверное, заглянули бы под каждую кровать. На верхних этажах универмага было не очень много свободного места, и поэтому, когда мы стали огибать углы, обходить все еще раз и проходить через кабинеты, в которые можно было попасть только через другие кабинеты, я уже начала сожалеть, что не отмечала путь хлебными крошками.

Когда мы закончили разбирать факсы, я пригласила Флору на ланч. Но она сказала:

– Новые сотрудники не платят за свой первый обед в универмаге. А тебя уже приняли на работу. Пойдем в столовую, если у тебя нет других планов.