Джоанна Флюк - Убийство в сахаре

Пока Ханна объясняла Курту, что все эти овощи собственноручно вырастили и замариновали жители Лейк-Иден, на лестнице появился Норман. На плече у него висел фотоаппарат, а в руках он нес коробку, обернутую подарочной бумагой. В коричневом замшевом пиджаке, черном свитере с высоким воротом и черных брюках он показался Ханне элегантным и привлекательным как никогда. Свою отороченную мехом зимнюю куртку Норман перекинул через локоть.

Подойдя к Ханне, он задержал ее в объятиях на пару секунд дольше, чем следовало по представлениям отдельных пожилых консерваторов Лейк-Иден. Затем протянул ей коробку:

— Это тебе. Предрождественский подарок. Клэр сказала, ты, может быть, захочешь надеть его на ужин.

— Спасибо, Норман, — поблагодарила Ханна и тут же развернула подарок. В коробке лежал свитер с рождественской аппликацией. Он так подходил к ее платью! — Какая красота. Спасибо! — Ханна мгновенно надела свитер и покружилась, чтобы Норман мог разглядеть ее со всех сторон.

— Он идет тебе даже больше, чем думала Клэр, — Норман еще раз обнял ее и повернулся к Курту. — Привет, Курт. Рад снова тебя видеть.

— Взаимно, — Курт похлопал по соседнему стулу. — Садись, угощайся. Закуски просто отличные.

— Сейчас, только повешу куртку.

— Давай мне, я повешу, — не успел Норман и шага сделать, Ханна взяла у него из рук куртку. — Заодно посмотрю в зеркало на себя в новом свитере. А вы пока обсудите, какие Курту нужны фотографии.

Оставив куртку Нормана в гардеробной и покрутившись перед зеркалом, Ханна вернулась на свой пост у лестницы. Теперь гости шли потоком. Она здоровалась и объясняла, куда отнести кастрюльки, миски и блюда. Когда Ханна собралась улизнуть на кухню, чтобы подкрепиться кофе, приехал Майк с Шоной Ли.

— Ханна, привет! — Шона Ли грациозно спустилась по ступенькам, ловко балансируя на высоченных каблуках (Ханна мрачно подумала, что ей даже и пытаться не стоит повторить этот трюк). В руках у Шоны Ли было большое блюдо. — Надеюсь, оно получилось. Я старалась во всем следовать рецепту.

— Наверняка получилось, — откликнулась Ханна, надеясь, что так оно и есть. Она поручила неотразимой блондинке один из самых легких рецептов — Рулеты со Шпинатом от Сьюзан Зильбер. Единственное, что нужно было сделать, — это отварить и отжать шпинат.

— Надеюсь, рецепт войдет в книгу? Знаешь, я решила нарезать их по-своему — наискосок. Так они гораздо лучше смотрятся.

Ханна посмотрела на блюдо в руках Шоны Ли. Накрытые пленкой куски рулета выглядели вполне аппетитно.

— Очень красиво.

— Я тоже так думаю. К тому же они еще и очень вкусные. Я съела пару кусочков, когда выкладывала рулеты на блюдо.

— Для этого и становятся поварами, — пошутила Ханна и улыбнулась Шоне Ли. Теперь, когда соперница уезжала из города, можно позволить себе дружелюбие. — Отнеси их на кухню и отдай Эдне. Она проследит, чтобы рулеты попали на нужный стол, когда придет их очередь. И скажи ей, что сделать с твоим блюдом, когда его вымоют.

— Ой, а пусть Майк завезет его ко мне домой. У него и ключ как раз есть, и где тарелки стоят, он тоже знает.

Кровь бросилась Ханне в лицо, и вся ее доброжелательность испарилась в мгновение ока. Только человек, который часто бывает в гостях у Шоны Ли, мог знать, где она хранит свои тарелки. Перед глазами Ханны понеслись, сменяя одна другую, сцены романтических ужинов при свечах и уютных завтраков в постели, ужинов, завтраков, ужинов, завтраков… Ладно, эти двое у нее попляшут!

— Мне до того жаль, что я не смогу остаться со всеми на ужин, — голосок Шоны Ли помешал Ханне составить план двойного убийства. — Здесь, наверное, будет так мило! Но мой самолет улетает в десять, а в аэропорт надо приехать за два часа. Меня Майк подвезет. Да, Майк? До чего он милый, правда?

— Правда, — выдавила из себя Ханна, зловеще улыбнувшись. Только абсолютно незнакомого с ней и к тому же безнадежно близорукого человека эта улыбка могла бы ввести в заблуждение.

— Ты не приготовишь кофе, пока будешь на кухне? — Майк легонько подтолкнул Шону Ли. — Я бы выпил чашечку перед отъездом.

— Сливки и две ложки сахара, да? А по утрам ты пьешь кофе без сливок.

— Но сейчас ведь не утро, — возразил Майк и, как только Шона Ли ушла, повернулся к Ханне. — Слушай, я хотел тебе сказать насчет тех шоколадных кексов…

Ханна поперхнулась. Хорошо, что она здесь не одна. На случай, если дело закончится мордобоем, у нее будет куча свидетелей.

— Прости, я…

— Я не успел их попробовать. Времени не было, — перебил ее Майк. — Но спасибо хочу сказать заранее: мне было очень приятно. Конечно, надо было сразу съесть парочку, но день был совершенно сумасшедший. Я сунул их в ящик, чтобы ребята не растащили, а вернуться на работу уже не успел.

Ханна послушно кивала головой, как китайский болванчик, не слушая объяснений Майка. Она поняла только первую фразу.

— Значит, ты так и не попробовал мои кексы?

— Еще нет. Они так и остались лежать в столе на работе. Может, их нужно было в холодильник положить, или еще что-нибудь? С ними до завтра ничего не случится?

— Абсолютно ничего. Будь уверен, — Ханна невинно (как она надеялась) улыбнулась Майку, лихорадочно при этом соображая, как выкрасть кексы, прежде чем Майк успеет их попробовать. — Жаль, что ты пропустишь ужин.

Майк приобнял ее одной рукой за плечи.

— Ни в коем случае. Займи мне место. Я только отвезу Шону Ли в аэропорт и сразу же вернусь обратно. Может, самое вкусное я попробовать и не успею — зато встречу мое первое Рождество в Лейк-Иден вместе с тобой.

Глава 6

Когда Майк и Шона Ли вышли, унося с собой по большому Рождественскому Печенью, Ханна вернулась к своим обязанностям. Каждый раз, когда распахивалась входная дверь, впуская новую партию голодных гостей, с улицы доносился вой зимнего ветра. Дети визжали от восторга, разглядывая выставленную в холле миниатюрную рождественскую деревушку. Три года назад ее сделали на уроке труда школьники Джордан Хай — в подарок жителям Лейк-Иден. С тех пор они постепенно совершенствовали и дорабатывали макет. В прошлом году ученики Джорджа Бэкстера провели в фанерные домики электричество, и теперь крошечные окошки светились как настоящие. А в этом году старшеклассники изготовили три церкви: витражи в них были в точности как в церквях Лейк-Иден. Жена Джорджа, Пэм Бэкстер, преподававшая домоводство, тоже решила поучаствовать. Ее ученицы сделали крошечные рождественские венки на каждую дверь и украсили витрины магазинов.

— Тетя Ханна! Привет! — услышала Ханна знакомый голосок.