Люси Дейн - Сегодня или никогда

Дождавшись, когда возле него никого не оказалось, она двинулась вперед.

— Мадемуазель? — завидев ее, произнес портье с интонациями, поразительно напоминавшими тон таксиста. — Чем могу служить?

Викки откашлялась.

— Видите ли, я ищу одного человека... мистера Фэри. Он остановился в вашем отеле. Меня интересует, в каком именно номере, потому что...

Портье сделал жест, показывающий, что дальше можно не продолжать.

— Это исключено, мадемуазель. Мы не даем информации о наших постояльцах.

Викки прикусила губу.

— Поймите, мне очень нужно повидаться с этим человеком!

Портье покачал головой.

— Поймите и вы, у меня возникнут большие неприятности, если я нарушу правила отеля.

— Неужели вам трудно сказать, в каком номере остановился постоялец? — Викки покосилась по сторонам. — Ведь о нашем разговоре никто не узнает!

Казалось, портье на минутку задумался.

— Говорю же вам, так не положено, — наконец произнес он, многозначительно поглядывая на сумочку Викки. — Поймите, я очень рискую, очень!

Не сразу, но все-таки она поняла намек.

Ах вот оно что, пронеслось в ее голове. Вероятно, небольшая сумма денег уменьшает риск.

Вынув кошелек, она положила на конторку банкноту. Портье быстро опустил на нее взгляд и снова выразительно посмотрел на Викки. Ее глаза округлились от возмущения, но, понимая, что делать нечего, она прибавила еще одну бумажку того же достоинства. Тогда портье быстро спрятал обе купюры в карман и придвинул к себе лежавшую справа от него книгу регистрации постояльцев.

— Как вы сказали? Мистер?..

— Фэри.

Портье просмотрел текущие записи, потом более ранние и вновь поднял на Викки взгляд.

— К сожалению, упомянутый господин у нас не значится.

— То есть как? Он прибыл сегодня, совсем недавно...

— Весьма сожалею, мадемуазель, — твердо произнес портье.

— Постойте, но как же...

Однако внимание портье уже было обращено на приблизившуюся к конторке пожилую чету туристов.

Викки отошла в сторонку и остановилась под раскидистой пальмой. Она ничего не понимала. Ведь Саймон на ее глазах скрылся за дверью этой самой гостиницы!

Может, он зарегистрировался под вымышленным именем? Если так, то портье и не мог найти никакого мистера Фэри.

Что же делать? Викки потерла ноющий висок. Она только что лишилась ста евро, но никакой информации не добыла. И у нее не было никаких идей относительно того, что делать дальше.

В этот момент ее желудок издал голодное урчание.

Когда я в последний раз ела? — подумала Викки. Кажется, часов в одиннадцать. Она взглянула на наручные часы. А сейчас без четверти семь!

Ей стало ясно, что, если она срочно не подкрепится, надеяться на нормальную деятельность мозга ей не придется. Какие уж там идеи на голодный желудок!

Этак я все дело провалю. Викки усмехнулась.

Затем вновь достала из сумочки кошелек и пересчитала наличность. Перед вылетом у нее было всего двести евро и еще десятка мелочью. Она сочла, что на оплату такси этой суммы будет достаточно.

Если бы я могла предвидеть, что придется давать взятки! — пронеслось в ее голове.

А настоящий агент наверняка бы до этого додумался, хихикнул кто-то в глубине ее сознания.

Я и не претендую на звание настоящего. Если возникнет необходимость, еще какую-нибудь сумму превращу в наличные. Подумаешь, проблема! Были бы деньги на счете. А они у меня есть.

Она решила поесть прямо здесь, в гостиничном ресторане, потому что ей не хотелось отправляться на поиски кафе. Не в последнюю очередь потому, что тогда пришлось бы удалиться от находящегося в этом самом здании Саймона. А кроме него, Викки никого не знала в Париже.

Странно все-таки, размышляла она, входя в ресторан и усаживаясь за расположенный в укромном уголке столик, в центре которого стояла миниатюрная вазочка с мелкими белыми цветами, название которых она не знала. Я слежу за человеком, то есть, по сути, являюсь его недругом, но тем не менее испытываю к нему теплые чувства. Разве не парадокс?

Пока Викки предавалась раздумьям, к ее столику подошел официант.

— Бон суар, мадемуазель, — сказал он, ставя перед ней бокал с прозрачным розоватым напитком.

Викки кивнула, затем спросила:

— Скажите, у вас можно расплатиться кредитной карточкой?

— Да, мадемуазель. — Официант подал ей меню и удалился.

Раскрыв книжицу, Викки усмехнулась: так и есть, названия блюд написаны по-французски! Она просмотрела список, но поняла очень немного.

— Выбрали? — спросил приблизившийся через несколько минут официант.

— А вы не могли бы посоветовать мне? Я хочу попробовать что-нибудь... — Викки повела глазами, подыскивая слова.

— Типично французское? — подсказал официант, по-видимому привыкший к подобным желаниям иностранцев.

— Именно.

— Тогда возьмите биск — суп из креветок, омаров и крабов, бланкет из телятины с картофелем по-лионски, затем сыр и какой-нибудь десерт, скажем заварной крем с карамелью или мороженое.

— Лучше мороженое, — сказала Викки, которой хотелось прохлады.

— В таком случае порекомендую ванильное мороженое с кусочками груши и шоколадным соусом.

Викки кивнула.

Вскоре ей подали первое заказанное блюдо — суп. Вдохнув его чудесный аромат, Викки испытала легкое головокружение. Она даже не догадывалась, что так голодна.

Простившись с Моник, Саймон толкнул вращающуюся дверь и вошел в знакомый до деталей вестибюль. Приезжая в Париж, он почти всегда селился в этом уютном отеле.

С отелем «Диана» у него было связано множество воспоминаний. Еще будучи подростком, он неоднократно останавливался здесь вместе с родителями. Этот отель очень нравился матери Саймона, уроженке Прованса, которой сейчас уже не было в живых. Приезжая сюда, Саймон будто отдавал дань ее памяти.

Кроме того, ему просто нравилась эта гостиница. Он жил здесь, когда в Париже проходила его первая французская выставка. А завтра откроется третья.

Саймон для того и прилетел, чтобы принять участие в ее открытии. А потом он намеревался отправиться на Лазурный берег и провести некоторое время в доставшемся по наследству от матери доме, расположенном неподалеку от городка Сен-Тропез, на берегу одноименного залива. Только там Саймон мог вволю насладиться покоем, потому что дом находился среди приморских скал, в уединенном месте, которое огибали традиционные туристические маршруты.

— Салют, Анри, — сказал он, подойдя к конторке портье.

— А, мистер Слэттер. Снова к нам? — Разговор велся по-французски.