Ксения Беленкова - Свидание у Средиземного моря

– Смотри! Смотри! – Илья толкал Аню в бок.

Он показывал куда-то вверх и даже открыл окно. В небе парила стая птиц: так высоко, что похожи они были на запущенные к облакам бумеранги. Птицы кружили, будто кто-то размешивал воздух невидимой ложкой, и бумеранги плыли, повинуясь течению. Аня загляделась и даже не сразу поняла, что Илья держит руку на ее плече. Непринужденно, будто она лежала там всегда. Вначале стало просто тепло, а потом Аню почему-то бросило в жар. И она подпрыгнула, чуть не врезавшись макушкой в крышу машины. Илья засмеялся своим низким смехом, а потом убрал руку – как не бывало. Но Аня уже не могла спокойно любоваться цветущей пустыней, высоким небом и парящим караваном птиц. Теперь она зачем-то думала о своем плече, которое продолжало гореть, точно раскаленное. А Илья спокойно отсел к другому окну, по виду холодный, как камень.

– Скоро уже увидим Мертвое море, – сообщила Алла. – Ты знаешь, почему его так называют?

– Оно… того… не живое, – запиналась Аня. – Ну, никто в нем не живет.

– На иврите это «море соли», – сказал Илья. – В таком попробуй, выживи. Представь, если в ванне развести три мешка соли!

– Попробуй размешай, – прикинула Аня. – Не растворится, думаю.

– Вот-вот, – снова смеялся Илья. – Даже если разведешь, все равно не так солено выйдет.

Аня почему-то поморщилась, во рту стало кисло. И тут с одной стороны дороги потянулась вода! Вроде обычная, голубая. А то казалось, что из-за соли она может стать белой и ледяной от жесткости.

– А еще знаешь что? – не унимался Илья. – Вот мы едем, а над нами сейчас больше воздуха, чем над всей остальной землей.

– Как это? – у Ильи все время выходило заставить Аню чувствовать себя неловко.

Она невольно посмотрела в небо – но и там все было вполне обыкновенно.

– А так это! – Илья чувствовал себя настоящим гуру. – Мы сейчас находимся в самом низком месте на всей земле. Значит, над нами небо толще, чем где бы то ни было.

Аня попыталась представить толстое небо. И как оно давит сверху. Но вокруг было солнечно, легко, и совершенно не ощущалось, будто ты находишься в «низком» месте.

– Место уникальное! – бросила через плечо Илюшина мама. – Вот только высыхает наше Мертвое море. Так что, Анют, запоминай, пока есть такая возможность. Потом внукам будешь рассказывать, что в своей жизни повидала.

– Что, совсем высыхает? – Аня глядела на воду.

– На метр каждый год, – кивнул Илья. – Ученые пока не придумали, как сохранить это чудо света.

Очень странно смотреть на что-то исчезающее. Похоже на фильмы о динозаврах – вроде вот они перед тобой, как живые, хотя давно уже мертвые. Так и это Мертвое, но еще живое море будто шептало что-то о времени, о том, как быстро настоящее становится прошлым – метр за метром…

– А вот и фабрика! – Алла припарковала машину.

Под ногами заскрипел песок, здесь было необычайно тепло, наверное, все двадцать пять градусов, если не больше. Светлое здание с широкой стеклянной витриной и крупными буквами АHAVA будто бы разлеглось на берегу, чтобы подставить солнцу свои белые стены для загара. А внутри шла работа: каждый посетитель мог наблюдать за тем, как изготовляют кремы с Мертвого моря. За стеклом, у всех на виду, какие-то аппараты и конвейеры работали, передвигались, скрежетали: они тянули на длинных лентах баночки и тюбики, сортировали, разливали в них чудодейственные средства. Эти кремы омолаживали, увлажняли, очищали, стирали прочь морщины, расщепляли жиры. Множество чудодейственных склянок, которые ценились во всем мире.

– Купим какой-нибудь крем? – у Ани разбегались глаза. – Маме в подарок, а еще бабушке!

– Только не здесь, – шепнула Алла. – Тут баснословные цены.

Аня посмотрела на яркие плакаты – все они обещали скидки, акции и смешную плату.

Но Илюшина мама лишь махнула рукой, мол, не верь глазам своим.

– В супермаркете в Тель-Авиве купишь то же самое в два раза дешевле, – Илья схватил Аню за руку и вывел на улицу.

Это вышло у него так просто, будто он всю жизнь водил Аню за ручку, точно младшую сестру. Перед ними застыло Мертвое море. Вода казалась густой, будто кисель.

– А теперь купаться! – Алла уже стягивала через голову легкое платье. – Эти ощущения не передать…

– Ане нельзя в воду! – вдруг строго сказал Илья. – Мама, ты что, забыла, сколько ей лет?

– А что, до шестнадцати здесь нельзя купаться? – испугалась Аня.

– Ни в коем случае! – Илья уже стянул футболку.

– Да что ты такое говоришь? – удивлялась его мама.

– Ну как же, – Илья смотрел на нее с видом профессора. – Что гиды всегда твердят на экскурсиях к Мертвому морю? – он будто ждал ответа, но потом сам продолжил: – Полчаса в соленых водах омолаживают организм на десять лет! Ты хочешь вернуть в город пятилетнего ребенка?

Илья все еще хмурил брови, но подбородок уже практически трясся от еле сдерживаемого смеха. И вот уже они вместе с матерью хохотали, скидывая остатки одежды прямо на песок. Аня же почему-то представила себя пятилетнюю в раздельном купальнике, который тут же перестанет предательски врезаться в бока. И даже немного позавидовала беспечным детям, которым не надо следить за лишним весом и волноваться, как они будут выглядеть на пляже. Илья, как назло, уставился на нее, не делая и шага в сторону моря.

– Хорошенький купальничек! – сказал он.

И Аня прокляла тот магазин, в котором купила этот куцый наборчик, что еле-еле прикрывал наготу. Ей хотелось побыстрее занырнуть как можно глубже в воду, чтобы тело не покалывало иголочками от взгляда этого самодовольного и всезнающего нахала. Но только Аня ступила в море и сделала лишь пару шагов, как почувствовала себя живой русалочкой. В ступни вонзались настоящие ножи, не иначе.

– Ай, больно! Что это?

– Соль, – смеялся Илья. – Кристаллы довольно острые. Осторожно. Лучше ложись на воду. Только береги глаза!

Илья сделал пару широких шагов, а затем преспокойно улегся на спину. Казалось, он сидит в воде, как в кресле, разложив ноги и руки по мягким валикам. Аня тоже попыталась сесть на воду, но тут же почувствовала себя неваляшкой. Море выталкивало ее, заставляя перекатываться с боку на бок. И никак не выходило занять удобное положение. Довольно неприятное ощущение, вроде как не можешь найти себе место, и тебя качает из стороны в сторону. А рядом кто-то преспокойно возлежит, без всяческих мучений. Будто море расстилается под ним. У Ани же никогда не выходило занять удобное положение, и даже выбрав один стул, она всегда с завистью поглядывала на тот, что стоит рядом. И вдруг, не совладав с телом, Аня перевернулась вниз головой – во рту стало так солоно, будто туда засунули сухую воблу. Но хуже всего было глазам – их резало так, что хоть кричи. От боли Аня не понимала, что происходит вокруг. Будто бы какая-то сила выхватила ее из воды, подняла в воздух, а потом она полетела над морем. Только глаза раскрыть никак не удавалось, их жгло все сильнее и сильнее. Но тут поток какой-то новой прохладной воды хлынул откуда-то сверху. Она не была соленой, а наоборот – смывала костяной панцирь, въедавшийся в кожу.