Маргарет Уэй - ПОЙМАТЬ ЖАР–ПТИЦУ

Ее слова прозвучали как–то странно.

— Откуда ты узнала, что я здесь? — спросила Алекс, стойко выдерживая оценивающий взгляд Валери. — Присаживайся. Я позвоню, попрошу поставить цветы в воду. Здесь все так добры ко мне.

— Ничего удивительного. — Валери коротко рассмеялась. — У тебя такой вид, словно тебе следовало бы находиться в детской палате.

На самом деле Валери поразила и страшно разозлила красота соперницы. Без грима, волосы стянуты на затылке, лишь один–два необыкновенно эротичных локона выбились и обрамили ее лицо. Александра Эштон была прелестна. Фарфоровая статуэтка. Понятно, почему ей удается влезть человеку в душу.

Отрицательные эмоции Валери были настолько заметны, что Алекс чувствовала себя так, словно попала под обстрел. К ее огромному облегчению, в комнату вошла хорошенькая веснушчатая медсестра.

— Все ясно без слов, Алекс, — добродушно воскликнула она. — Опять цветы! Ну как можно быть такой популярной? Вот мне почему–то никто цветов не присылает!

— А гипс на ногу не хотите? — отшутилась Алекс.

Сестра вдруг стала серьезной.

— Вы обязательно поправитесь, Алекс, даже не сомневайтесь в этом. Вы еще будете творить чудеса на сцене.

Девушка взяла розы и выскользнула из комнаты.

— Я с ней абсолютно согласна. — Валери уселась в кресло и залюбовалась своими скрещенными ногами, стройными, как у породистой лошади. — Я много раз имела удовольствие видеть твои выступления. Без Скотта, к сожалению. Он равнодушен к балету. Его мир — это Мейн–Ройял.

— Я бы не сказала, что Скотт равнодушен к балету, — не удержалась Алекс. — Скорее, он его проклинает.

— Потому что вы из–за этого расстались? — Валери почти не скрывала свою враждебность.

— Это было очень давно, — возразила Алекс.

— Вот это верно.

— Ты так и не сказала, откуда узнала, что я здесь.

— От Скотта, конечно. — Валери нахмурилась, как будто этот вопрос ее удивил. — Он всегда мне все рассказывает. Мы с ним обедали недавно, как раз в тот день, когда тебя положили в больницу. Я приехала погостить к дяде с тетей недели на две. Скотт, само собой, обещал приехать ко мне, если будет такая возможность. Получилось удачно для тебя, правда?

— Всегда легче, когда видишь знакомое, лицо, — тихо проговорила Алекс. От услышанного у нее стало тяжело на сердце. — А ты чем теперь занимаешься, Валери?

— Ну, у меня нет определенной работы, — нимало не смущаясь, ответила Валери. — Я не рвусь сделать карьеру, как ты. Понемножку помогаю на ферме. Отец любит, когда я рядом. Он зарабатывает достаточно, хватает на всю семью. Я просто наслаждаюсь жизнью, ну и еще, конечно, Скотт…

— Да? — Алекс вопросительно подняла брови. Пусть она сама скажет.

Валери рассмеялась коротким недобрым смехом.

— Ты же общаешься с Винни? Ты должна знать, что у нас со Скоттом все очень серьезно.

— Мы с ней редко переписываемся, — ответила Алекс уклончиво. — Скотт — мечта любой женщины. Желаю удачи.

— Спасибо тебе, Алекс, — томно протянула Валери, но нетрудно было угадать ее истинные чувства. — Думаю, нелегко было отказаться от Скотта, даже ради блестящей карьеры.

— Нет. — Алекс заставила себя говорить спокойно.

— Если бы не Винни, всякая связь между вами давным–давно прервалась бы, — не унималась Валери.

— Да, наверное. Скотт не умеет прощать.

— Ах, я это знаю! — Валери выразительно пожала плечами. — Он мне рассказал, что Винни хочет, чтобы ты приехала выздоравливать на ферму. Мы с тобой обе знаем, как он любит Винни. Ради нее Скотт готов на все, но сам он просто в ужасе от одной мысли об этом. Хоть ты и не разбила его сердце, в этом я могу тебя уверить, но ты сильно задела его гордость. А Скотт очень гордый мужчина и не привык, чтобы ему отказывали.

— Отказ — не совсем подходящее слово. — Разговор отнимал у Алекс последние силы. — Я еще ничего не решила, — мужественно добавила она, хотя сердце у нее обливалось кровью.

Валери сочувственно закивала.

— Как я тебя понимаю! Я на твоем месте тоже ни за что бы не поехала. Разве можно так унижаться! Как будто у тебя нет других друзей.

Алекс отлично поняла все эти намеки. Конечно, мотивы Валери были ей совершенно ясны. Ни одна женщина в здравом уме не захочет, чтобы ее мужчину вводили в соблазн. Валери уже считала Скотта своим. Она назвала себя подругой Скотта, Но, судя по вызывающему блеску глаз, под словом «подруга» подразумевалось «любовница». Валери права. Скотт пригласил Алекс в Мейн–Ройял только из любви к тетушке. Такое приглашение ей не нужно, да и не может она его принять.

Валери просидела еще минут десять, усиленно изображая дружескую беседу. Она без конца вспоминала о своих совместных со Скоттом развлечениях, включая идиллическую поездку на один из очаровательных островков Большого Барьерного рифа.

— Ты же знаешь, как трудно выманить Скотта с фермы, — говорила она со смехом. — У него, что прямо–таки навязчивая идея. К счастью, я его понимаю. Ты знаешь, я сама родилась и выросла на ферме. Мы со Скоттом — два сапога пара. — Она снова весело рассмеялась, при этом пристально следя за реакцией Алекс.

А ту так и подмывало сказать, что, по ее мнению, Валери — совсем не пара Скотту. Ее единственная цель в жизни — развлечения. Неужели она не понимает, что у жены Скотта будет огромное количество разнообразных обязанностей? Жена Скотта не сможет порхать по всей округе с одного светского приема на другой. Никто не знал лучше, чем Алекс, как Скотт представляет себе роль хозяйки Мейн–Ройял. А Валери не заглядывает дальше свадебной церемонии.

— Мы так замечательно поболтали, — заявила, наконец, Валери, поднимаясь и аккуратно разглаживая свою короткую юбку. — Вот совсем поправишься, надо будет как–нибудь позавтракать вместе, когда я буду в городе.

Алекс сомневалась, что это так уж необходимо.

— Не стоит говорить Скотту, что я сюда приходила, — продолжала Валери дружески–заговорщическим тоном. — То есть если ты вдруг еще увидишь его. Нам, женщинам, нужно иногда поговорить наедине.

Это точно, подумала Алекс. Хотя бы для того, чтобы прояснить обстановку.

— Я поняла, что ты не хочешь, чтобы я приезжала в Мейн–Ройял, если ты на это намекаешь, Валери, — напрямик сказала Алекс.

Скулы Валери чуть заметно порозовели.

— Ну, меня нельзя за это винить. Ты очень красива — по–своему. Можно понять, что мужчины влюбляются в тебя. Но нужно же подумать и о Скотте. Он, конечно, уступил Эдвине, но сам он не желает видеть тебя на ферме. Извини, я тебе очень сочувствую, но ведь для тебя это не новость.

— Нет, — философски ответила Алекс. Нужно притворяться, что тебе все равно.

Валери не скрывала своего облегчения.