Давай, расплачивайся - Екатерина Юдина

раз в месяц все парни и девушки из нашей группы собирались в каком-нибудь заведении. Отмечали дни рождения тех, у кого они были в эти периоды. Ну и просто веселились.

Побросав учебники в рюкзак, я решила выйти и не мешать их собранию. Хотя, ладно, никому я там не мешала. Меня просто не замечали и я покинула аудиторию в первую очередь для себя. Сидеть в стороне, пока все обсуждают развлечения для всей группы, в которой ты состоишь, но тебя никуда не приглашают, не очень приятно. Сразу чувствуешь себя до жути ущербной. А так я гордая. Ушла, сделав вид, что мне их собрание не сдалось.

Правда, в моем случае говорить про гордость уже поздно.

Примерно четыре месяца назад я услышала, про то, что вся группа будет собираться в кафе. Как раз намеревались праздновать дни рождения Паолы, Агния и Луки. Уже на тот момент в группе со мной почти никто не разговаривал, но быть белой вороной не хотелось. Чтобы ребята из группы ни в коем случае не считали, что я от них отворачиваюсь. А вдруг это вообще тот самый шанс со всеми подружиться? Пропущу его и второго уже может не быть.

Я даже с подработки отпросилась. Приоделась получше и подарки приготовила. Денег на что-то шикарное не было, но потратив кое-какие сбережения, я тогда купила всяких сладостей, которые равномерно разложила по красивым коробочкам.

Вот только, когда я туда пришла, оказалось, что как раз меня не звали. И вообще это была не первая их встреча. Просто до этого они их в групповом чате обсуждали. Втайне от меня, чтобы я не напрашивалась.

Почему же они эту встречу не скрывали? По той причине, что старостой стала Джулия, а у меня с ней с самого начала отношения не заладились и уже она, в отличие от остальных не постеснялась меня прогнать из кафе. При всех она дала понять, что, когда говорят «приглашаем всю группу», это ко мне не относится. И меня там, естественно, не ждали.

Уже в этой ситуации сохранить гордость было не просто. Когда все парни и девушки из группы, притихнув, наблюдали за тем, как Джулия меня, словно таракана прогоняла. А я даже толком и не помнила, что тогда сделала. В сознании отпечаталось только то, что я заставляла себя ни в коем случае не реветь.

Это позже, сидя в одиночестве на бордюре в парке я поедала сладости и ревела. Хотя, нет, я же сильная. Значит, не плачу и это были не слезы, а просто конденсат.

Но был в той ситуации и огромный плюс. Я хотя бы поняла настоящее отношение группы ко мне. Узнала про их чат. Да больно. Даже сильнее, чем можно себе представить, но лучше так, чем я продолжала бы пытаться сдружиться с ними, пока они меня за спиной грязью поливают.

* * *

Отсидев последнюю лекцию, я быстро собрала учебники и вышла в коридор. Нужно было домой заехать, переодеться, а потом на подработку идти.

Уже спускаясь по лестнице и, пытаясь огибать других студентов, я поморщилась. Поясница до сих пор болела с такой силой, словно в нее раскаленные пруты вонзали и, прикладывая к ней ладонь я вспомнила про Лонго.

Сегодня за весь день я видела его лишь один раз. Естественно, только издалека. Не пристало обычному люду подходить близко к королю.

Но, в тот момент, когда я его увидела, Матео был во дворе университета. В компании своих друзей. Понятное дело, что в их сторону посмотрела не только я. Вообще все, кто был поблизости, наблюдали за ними. В принципе, как и обычно.

Матео как раз подхватил Сандру за талию и усадил ее на капот своей машины, после чего раздвинул ей ноги и, встав между ними, ладонью забрался под свитер девушки. Пальцами второй руки зарываясь в ее светлые волосы. Жестко сжимая и заставляя Сандру запрокинуть голову. С безразличием относясь к тому, что рядом друзья и к тому, что вообще-то за ними половина университета наблюдала. Но, в принципе, он часто ее так грязно зажимал. Разве что не трахал прилюдно.

Сандра являлась его одногруппницей и по совместительству девушкой Лонго. Говорят, что они с первого курса вместе. Иногда расставались, но достаточно быстро сходились обратно. И я могла бы сказать, что Сандра выглядела, как модель, но вообще она ею и являлась. Причем, уже весьма востребованной. Да и семья у нее не самая обычная.

Вновь потерев пальцами поясницу, я вышла из здания университета и направилась в сторону остановки.

И что мне делать с Лонго?

Может, после подработки опять пойти к Гаспару и попробовать поговорить с ним? Можно же постараться обговорить иные выплаты.

Буквально на последних секундах успев забежать в автобус, я приложила к небольшому экрану проездной и примерно через полчаса уже подходила к своему дому.

Изначально меня напрягло то, что рядом с воротами было припарковано несколько громоздких джипов. Сразу я решила, что это кто-то из соседей так оставил машины, но, войдя в сад и, уже подходя к дому, я около него увидела несколько мужчин. Все одетые в строгие костюмы.

Пятеро из них стояли около крыльца. Немного ближе к дорожке я увидела Матео и рядом с ним мужчину лет сорока пяти. Он был высоким и громоздким. С частично поседевшими черными волосами и глазами от которых по коже скользил раздирающий холодок. То, что это не обычный человек, было более чем ясно.

И, когда я подошла ближе, он перевел на меня взгляд.

— Я как раз ждал вас, сеньорита Верди, — его тяжелый голос чем-то жутким прошел по моему сознанию. — Меня зовут Даниел Лонго. Я приехал, чтобы узнать, как у вас дела с моим племянником. Не доставляет ли он вам проблем?

Племянником? Так этот мужчина младший брат Гаспара Лонго?

Я с облегчением выдохнула. Хотя бы одна проблема решилась сама по себе, так как я вообще не имела понятия, как опять пробраться в дом дона Ндрангеты, чтобы поговорить с ним. Не уверена, что в следующий раз меня бы собаки не порвали.

— Проблемы это мягко сказано, — положив ладонь на поясницу, я опять поморщилась, после чего пальцем указала на Матео. — Да он невыносим! В аду лучше, чем рядом с ним.

Я вообще много чего хотела сказать. Даже приготовилась к этому, вот только, стоило мне увидеть, как этот мужчина достал из-под пиджака пистолет и приставил его к виску Матео, как все слова тут же застряли