Сломленные души - Ксения Вокс

— Я отвлекаю Энни от страха, ты же врач, и мы все боимся вас, — отвечает она ему и прижимается ко мне, это действительно приносит мне успокоение, я не могу не улыбнутся ребёнку ощущая какую-то лёгкость. — Ты уже не боишься? — обращается она ко мне, когда взгляд мистера Райта встречается с моим, я на автомате качаю головой и сама удивляюсь этому.

— Вот видишь, папа, — заявляет Эмилия, когда её отец уводит взгляд на ногу и заканчивает с повязкой. Мужчина встаёт и отходит к столу.

— Мисс Уокер, сейчас напишу освобождение, и вы свободны, — говорит Даннис и садится за стол, пока я неотрывно смотрю на свою ногу.

— Возьми меня собой, — тихонько шепчет Эмилия, — мне скучно просто так сидеть.

— Папа не разрешит, апельсинка, — тоже шепчу ей, — и я иду на репетицию.

— Тебе же нельзя танцевать, — возмущается ребёнок, а я усмехаюсь.

— Я буду просто сидеть там.

— Возьми меня собой, я не буду мешаться, пожалуйста, — её глаза поднимаются и вглядываются в мои, я сразу тону в цвете зелёных листьев. Да вся внешность маленькой девочки с первого взгляда привлекла меня, от неё невозможно оторваться. Ярко-рыжие волосы, заплетенные в два хвоста, придают миленькому личику необычную изюминку, она словно кукла, которую хочется взять себе. А большие глазки, обрамленные чёрными густыми ресницами так и упрашивают это сделать, как отказать ей?

— И ещё я написал рекомендации и отдаю свою мазь вам, — нас отвлекает голос Данниса, — вот, возьмите, — я забираю листочки и не знаю, что сказать дальше, а вот его дочь делает за меня.

— Пап, я иду с Энни на репетицию, чтобы проследить за тем, что она не полезет танцевать! — я, хохотнув, возвращаю на неё свой взгляд, а она засранка подмигивает мне и улыбается.

— Нет, Эмилия. И это не обсуждается, — возражает Даннис и берёт ребёнка за руку заставляя её спуститься на пол, — беги на диван и играй в куклы.

Я к тому времени аккуратно надеваю обувь и наблюдаю за тем, как настроение ребёнка медленно гаснет. Она опускает взгляд в пол и идёт куда ей сказал отец.

— Я могу её взять собой, танцевать мне теперь не светит, — мой голос привлекает Данниса, и он смотрит в мою сторону, — это ребёнок и ей скучно, а мне нетрудно.

— Вы не обязаны…

— Это не обязанность, мистер Райт. Это просто так, — пожимаю плечами и жду его решения, пока Эмилия делает вид, что не слышит нашего разговора, — я буду в соседнем зале, а после вернёмся сюда.

— Эмилия…

— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — выкрикивает ребёнок, не дав отцу вставить слово понимает, что он уже разрешил ей пойти со мной. Её маленькие ручки обнимают его, потом она уже бежит к двери.

— Эмилия, я надеюсь, что ты не вынесешь мозг всем в театре!

— Я присмотрю за ней, — говорю ему и иду к двери, где секунду назад стояла Эмилия, она юркает за дверь, а я слышу голос Данниса.

— Спасибо, — я не отвечаю ему, просто слегка киваю и улыбаюсь.

Глава 4

Даннис

Как только закрывается дверь за Эннисой я падаю в своё кресло и прикрываю глаза, чтобы немного прийти в себя. Жизнь с маленьким ребёнком полна многих сюрпризов в плане жизненных потребностей, как и внимания. Я не жалуюсь. Нет, я очень рад, что у меня есть ребёнок, который встречает меня с работы, а потом очень долго рассказывает о своих маленьких достижениях. Мой маленький ангел как никто другой, может отвлечь от повседневных проблем и забот, с ней я становлюсь простым человеком. Даже сегодня собираясь на работу, я знал, что мне придётся взять её с собой, потому что наша няня не вышла на работу, и почему мне не везло с ними, не понимал. Теперь, когда в кабинете повисла успокаивающая тишина мне нужно было срочно заняться расследованием дела.

Я выбрался из кабинета и, посмотрев по сторонам, направился в комнату охраны, которые должны следить за всем, что происходит в стенах театра. Пока я шарил по огромным и пустым коридорам, заметил работающие камеры, значит выяснить особу, которая толкнула одну из танцовщиц, будет не проблема.

— Вы ко мне? — у входа в кабинет с видео наблюдением стоял мужчина лет сорока.

— Да, Джино должен был вас предупредить, — охранник кивает и пропускает меня вперёд и заходит следом.

— Я просмотрел камеры и, к сожалению, не могу вам ничем помочь, — мужчина пожимает плечами и берёт свою чашку с кофе со стола. — Камера была отвернута, когда упала танцовщица.

— Я видел несколько камер, и вы хотите сказать, что они не смотрели на участок с лестницей? — хмурюсь я и поворачиваюсь к мониторам, где в данный момент обе камеры снимают происходящее, там, где упала Энниса.

— Ну бывает такое, я уже Джино всё объяснил, он ничего мне не сказал, — заверил меня охранник и показал, что разговор закончен.

— Я понял, — бросил напоследок ему и вышел из кабинета.

Продолжая свой путь, я невольно затормозил и вытащил телефон из кармана, который за сегодняшний день звонил непривычно много раз. На экране светилось имя подруги, с которой мы по неизвестным мне причинам перестали общаться, как и с моим другом. Завернув за угол, я продолжал сканировать её имя, и пытаться понять, что я чувствую. Их в моей жизни не было, когда появилась Эмилия, потому что они оба отговаривали меня. Друзья ссылались на молодость и свободу нежели бессонные ночи с ребёнком, который возможно не мой. Пока я размышлял в коридоре послышались голоса и именно с той стороны, где был уголок охраны. Я слегка выглянул из-за угла и мои брови слегка приподнялись, около мужчины стояла девушка, опустив голову.

— Я спас тебя в этот раз, но не смогу постоянно прикрывать, если не перестанешь лизать жопу богатеньким деткам! — злобно бросил охранник.

— Пойми меня, я должна была так поступить, если не сблизиться с этими как ты говоришь, богатеньким, меня заклюют, — невинно пропела девушка, продолжая, рассматривать пол.

— Сабрина, ты пойми меня правильно, если тебя найдут, а я уверен найдут, ты вылетишь отсюда. Ваш новенький врач видел тебя, но лица не запомнил. И молись, чтобы это так и осталось. Я это делаю только из-за того, что ты моя сестра, и я хочу для тебя большего.

— Я знаю. Прости.

— Просить прощения надо у этой девушки, которую вы намеренно решили заклевать. Что она вам сделала?

— Ник, она конкурентка всем нам, ты видел, как она танцует? — тихо сказала Сабрина