Не покидай (СИ) - Градова Элина

– Здравствуйте! – медсестра сморщила нос: от дамы разило перегаром и немытым телом за версту, а в тесном кабинете просто спирало дыхание.

– Слушаю, Вас! – Людмила внутренне напряглась, но вида не подавала.

– Вот и послушай! – окрысилась на неё визитёрша, словно только и ждала повода разругаться, – ты, не слишком много о себе возомнила, потаскушка? Ухватила чужого мужика и рада?!

– Женщина! Вы, что себе позволяете?! – возмутилась Анна, – я сейчас охрану вызову! – она потянулась к телефону, но грязная баба, шлёпнула её по руке:

– Вызовешь, успеешь! – и пошарив в своей драной сумке, достала засаленный паспорт. Послюнявив грязные пальцы, перелистала его до страницы «Семейное положение» и сунула Людмиле прямо под нос, – вот, смотри!

– Уходите отсюда, ничего я смотреть не буду! – отмахнулась Людмила. Но бомжиха не отставала и, повернувшись к Анне, сунула паспорт ей,

– Тогда ты читай! Пусть она услышит, что тут написано!

Анна, не прикасаясь к паспорту, прочла прямо из её рук,

– Зарегистрирован брак, число, месяц, год. А дальше, имя супруга: Антонов Марк Борисович и дата рождения. Номер записи акта и так далее…

– А, я – Фаина Антонова! Его законная жена!

– Этого не может быть! – Людмила выхватила истрёпанную книжицу и увидела своими глазами, всё то, что сказала медсестра. Сомнений быть не могло: имя, отчество, фамилия и, для пущей уверенности, дата рождения Марка. А поверх всего этого: жизнеутверждающее жирное пятно на всю станицу. У Людмилы потемнело в глазах, паспорт выпал из рук, и она, чтобы не упасть, бессильно села на стул…

– Поняла, сучка! А, если не отстанешь от Марика, я тебя ославлю на всю вашу лечебницу! – выждав театральную паузу и, чувствуя, что произвела фурор, Фаина продолжила более примирительно, – хотя есть варианты… – не заметив, однако, интереса и, чувствуя, что её вот-вот выставит медсестра, предложила один из них, – миллион, и Марик твой! Не дорого прошу, он мужик богатый, ещё выгадаешь! Не уловив ответного восторга, кинула напоследок, – ладно, вижу по тебе, что не богатейка, так и быть, поллимона скину, ты подумай, а то потом жалеть будешь! – и подобрав свой паспорт, с гордо поднятой головой выплыла из кабинета.

– Людмилочка Николаевна, дорогая! Как Вы? Я сейчас корвалольчику накапаю! Потерпите! – медсестра торопливо открыла окно, впустив свежий морозный воздух. В это время, не дождавшись светового сигнала, в дверь сунулся очередной пациент, но она быстро вытолкала его обратно:

– У нас перерыв, надо проветрить помещение! – и захлопнув дверь, быстро её заперла, – сейчас, сейчас. Один, два, три… она считала капли. Отсчитав пятнадцать, глянула на Людмилу, сочла, что мало, и накапала ещё столько же:

– Вот, Людмилочка Николаевна, выпейте скорее, пожалуйста!

Людмила послушно взяла мензурку и опрокинула корвалол в себя, не особо понимая, что теперь делать… Ещё десять минут назад она радовалась жизни, подбадривала пациентов и поздравляла их с наступающим, когда они уходили, а теперь, её будто ударили по голове, наступило состояние паралича… Поняв, что толку от её доктора сегодня не будет, Анюта позвонила заведующей поликлиники и объявила, что Людмила Николаевна резко заболела – подскочило давление, потом в регистратуру, чтобы всех пациентов перенаправляли в другой кабинет или переносили визит и, выглянув в коридор, отправила ожидающих в регистратуру. Народ конечно, возроптал, но послушно потянулся за новыми ориентировками, куда послали. Тем временем, Анна, опасливо поглядывая на Людмилу, вызвала ей такси, прямо к парадному…

Людмила позволила надеть на себя сапоги, пальто и шапку. Она была, словно, тряпичная кукла, делай, что хочешь.

– Откуда эта поганка только взялась? Как она Вас нашла-то?

– И, правда, как она меня нашла? – первые слова после шока и первая мысль, которая посетила Люси. Лучше думать об этом, иначе, можно сойти с ума от самой новости…

Дома Людмила напилась успокоительных и, как была в платье, так и заснула.

Глава 17.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Марк после работы, как обычно, заехал в поликлинику за любимой. Узнав, что она заболела и отправлена на такси домой, и даже отменила приём, он помчался на всех парусах к ней, не зная, что и думать…

Ворвавшись в квартиру, Марк не раздеваясь прошагал к дивану, где спала Людмила, в первый момент ему показалось, что она не дышит, и он, сходя с ума от непоправимого ужаса, принялся её тормошить,

– Люси, родная, что с тобой, очнись!

– Марк? – спросонья удивлённо спросила девушка, – а сколько я проспала? – она глянула на часы, сначала не понимая времени, но потом, вместе со временем вернулись и реальность, и память.

– Люси, что произошло?! Я заехал, а мне сказали, что ты заболела! Я бегом сюда!

– А, как ты вошёл? – Людмила начинала набирать обороты.

– Дверь открыта была!

– Возможно… А теперь я хочу, чтобы ты закрыл её с той стороны! Немедленно!

Мужчина обомлел от такого поворота,

– Вот так номер! Люси, какая муха тебя укусила? Мы сегодня утром еле оторвались друг от друга, когда ты вышла из машины и помахала мне рукой, а спустя восемь часов, ты указываешь мне на дверь?! Так не бывает! Что случилось за эти восемь часов? Тебе кирпич упал на голову?!

– Мне на голову упала твоя жена!

– Ктоооо?!

– Твоя Фадия! Или, как там её? Фаина!

– Интересно, как эта стерва добралась до тебя? – растерянно проговорил Марк.

– Ах, вот оно, что! Тебя не удивляет наличие жены? Ты соображаешь, как она меня, нашла! И, как я могла подумать, что ты перестал сеять вокруг себя дерьмо?!

– Люси, дай мне спокойно всё объяснить! Она мне не жена!

– Ну, конечно! Двоюродная племянница из деревни?! Я угадала?

– Хочешь, я тебе паспорт могу показать?!

– Не надо, я уже видела сегодня! Хватит с меня ваших паспортов, ваших сделок! Кстати, она предложила мне выкупить тебя за миллион, не знаю, чего: баксов или, может, фунтов? Или ты в рублях стоишь миллион? Так и, правда, недорого, тогда! Потом ещё скинула полцены, видно, не ходовой ты товар, Марик! – передразнила она Фаину, – не взять ли по дешёвке, для селекции?! Мерзавцев плодить!.. В общем, иди ты … к своей Фаине, и хватит с меня твоего вранья!

– Может, ты заткнёшься на минуту?! – он начинал терять терпение, – и дашь вставить хотя бы слово?

– Вставляй! Это слово «пока»! Вернее, «прощай»! И, что бы, ты мне тут не наплёл сейчас, значения это, иметь не будет! Ты мне противен, Марк! Причем, сразу по нескольким причинам: во-первых, ты бессовестный враль, во-вторых, после такой шалавы, мне тошно принимать тебя, придётся анализы сдавать, в-третьих… – что её не устраивало в-третьих, Людмила сказать не успела, Марк поднялся и холодно сказав,

– Прощай! – быстро ушёл, громко захлопнув дверь с той стороны, как она и хотела в начале их разговора…

Чего она хотела теперь, было непонятно, но наконец-то, Людмилу прорвало, и она, проревев белугой весь вечер, обессилела от слёз и вырубилась до утра…

Глава 18.

На следующее утро погода, под стать Людмилиному настроению, объявила траур: солнечный мороз сменился оттепелью, и небо затянулось низкими сырыми тучами, город будто накрыло крышкой. Снег моментально стал грязным и рыхлым, он мешался под ногами рыже-серой солевой кашей, нещадно убивая обувь пешеходов. Людмила тоскливо брела по вязкой зыби к автобусной остановке. Марка рядом больше нет, и надо возвращаться к прежней жизни. Только как? Она разлетелась на куски! И, что удивительно: ту жизнь, что была до Антонова, Людмила не жалела ни капли, она не понимала, как жить теперь, на что опираться после него?.. Через три дня Новый год, снова дерьмовый, как и все последние. Генаша сказочнее его не делал, да и никто не делал, а Марк мог бы, но он тоже оказался отнюдь не принцем из сказки…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

На работе все обеспокоенно заглядывали Людмиле в глаза и справлялись о здоровье. Хорошо хоть, Фаина устроила мерзкую сцену в кабинете при закрытых дверях, и свидетелем была только Анна, иначе пересудов в родном коллективе хватило бы не на одну неделю.