Кэрри Адамс - Крестная мамочка

Я молчала. У меня кружилась голова.

— Прости, что пришлось завести этот разговор именно сегодня, но я очень прошу тебя подумать. Пожалуйста. Он тебе не нужен, Тесса. — Ник шагнул прочь, потом обернулся. — И никогда не был нужен.

Из темноты будто донесся голос Хэлен. «Слушай других, — сказала она. — Слушай других».

Оставалось лишь одно — продолжать пить. Как можно больше. В гардеробной я увидела Роуз.

— А где близнецы? — старательно выговаривая каждый слог, спросила я.

— С братом Нейла.

— А-а, с неуловимым братом!

— Очень приятный человек. — Роуз вытерла руки белым льняным полотенцем, свернула его и положила на стойку. — Уже уходите?

— Нет.

Вернувшись в просторный холл, я отметила, что толпа поредела. Гости начали расходиться. Маргерит провожала их у дверей. В черном она напоминала карандаш. Длинные седые волосы, уложенные в пучок, были украшены черной розой. Меня так и подмывало плюнуть. Кроваво-красные ногти обхватили руку мужчины средних лет, сочувствующего безутешной матери. Его супруга, в отвратном наряде, неловко мялась рядом. Вокруг Маргерит собралась толпа, как вокруг невесты на свадьбе, каждый жаждал своей толики внимания.

Я схватила очередной бокал и двинулась на поиски Клаудии и Эла, чтобы поговорить с ними о близнецах, но невольно засмотрелась на актеров в баре: они так надрались, что по сравнению с ними я была как стеклышко.

Родичи усопшего заплетающимися языками нахваливали Нейла, и, когда я забывала, о ком речь, он начинал мне даже нравиться. Кто бы мог подумать, что в семь лет он уже помогал деду в работе?

Кто-то взял меня за руку. К тому моменту я уже пошатывалась на лаковых каблуках.

— Тесса! — Рука змеей обвилась вокруг моей талии. — Давай-ка держись.

— Ох, это ты!

Саша строго взглянула на меня. Вот сморозила.

— Дорогая, читать тебе нотации я не стану, но ты еле на ногах стоишь. Я все время за тобой слежу, все наши тоже. Если уж ты свалишься, так по крайней мере среди друзей. Пойдем, мы нашли шкаф с выпивкой. Клаудиа как раз варганит «дикую Маргариту».

— Я тебя обожаю! — сообщила я Саше. С чего бы это вдруг — понятия не имею.

Она обняла меня покрепче.

— Да уж, Тесса.

Клаудиа исполняла какой-то разнузданный танец, Бен и Эл заходились в истерическом хохоте. Кроме них, в большой гостиной Маргерит не осталось ни души. Я заметила несколько снимков, явно прихваченных из дома Хэлен, но разозлиться мне помешали хмель и импровизация Клаудии. Между тем гнев копился внутри, бурлил, ожидал, когда его подогреют последней каплей. Этой каплей стал наполненный до краев бокал, который вручила мне Саша. «Дикая Маргарита».

— Со льдом! — крикнула Клаудиа.

— Привет, — шепнул мне на ухо Бен.

— А соль где? — поинтересовалась я, отодвигаясь от него.

— Да мы тут ее рассыпали, — загоготал Эл и, перевернув солонку, вывел солью: «Я тебя люблю». Клаудиа ответила: «Мой алкашик». Я схватила солонку — мне тоже не терпелось кое-что написать. «Ненавижу Марге…»

— Тесса!

— Ой. — Я криво улыбнулась Маргерит и смахнула соль на ковер.

— Где мои внуки?

— Я видела их с братом Нейла и его женой, — первой отозвалась Саша. — У них две чудесные девочки.

— Дайте Тессе стакан воды, — потребовала Маргерит, вонзая в меня взгляд.

У меня на языке уже вертелся ответ, когда рядом встал Бен:

— Нечего к ней цепляться.

— Бен! — Саша предостерегающе взяла Бена за руку.

— Она в одиночку присматривала за близнецами, — упрямо продолжал Бен.

Маргерит посмотрела на него пренебрежительно, как на мальчишку.

— Тесса сама захотела взять на себя всю ответственность. Вижу, тебе удалось заманить обратно Роуз, значит, одной трудиться не пришлось. Что, силенок не хватило?

Я прищурилась. Кто из нас пошатнулся — я или она? Эл и Клаудиа встали по обе стороны от меня. Саша стояла за Беном.

— Не наделай глупостей, — произнесла она, но, поскольку тоже была под хмельком, голос прозвучал на всю комнату.

Бен отмахнулся. Точнее, оттолкнул ее. Я сама этого не видела, но Эл перехватил руку Бена.

— И как же ты собиралась везти их сегодня домой? Сядешь за руль в таком виде? Такси остановишь? Или намеревалась опять позвать на помощь прислугу? — осведомилась Маргерит.

У меня чесался язык от желания напомнить, что мне не пришлось бы заменять близнецам родителей, если бы Маргерит была нормальной матерью, но этим я бы только сыграла ей на руку. Увы, менее дерзкие ответы в голову не приходили. Я усиленно соображала.

— Вообще-то я думала, что смогу оставить их здесь, — начала я с расстановкой, но чувствуя, что завожусь с каждым словом. — Здесь ведь имеется все необходимое, не так ли? Дети-то наверняка у вас часто гостили.

— Хэлен никогда их сюда не привозила, — отрезала Маргерит.

— Ох, глупо вышло, а я думала, вы привыкли возиться с ними. Прошу прощения. Не беспокойтесь, мы доставим их до дома в коляске.

— Тесса, на улице мороз. Что ты себе думаешь?!

— Все под контролем, Маргерит. До дома Хэлен недалеко.

Роуз привезла близнецов сюда — значит, мы сможем увезти их обратно.

— В таком состоянии ты их никуда не повезешь.

— Ничего, друзья помогут.

Маргерит с нескрываемым презрением оглядела моих друзей.

— Будет лучше, если дети останутся у меня.

— К вашему сведению, мы своих не бросаем, — заметил Бен.

На мой взгляд, сегодня он слишком разболтался. Каждое его слово било меня наотмашь. Я вздохнула с облегчением, заметив, что Ник и Франческа вместе с Каспаром ускользнули за дверь. Но еще оставалась Саша, которая отвечала взглядом на каждый мой взгляд.

— Сейчас мы вызовем для Роуз такси. — Эл умел решать проблемы даже в подпитии и после долгого перелета. Иногда эта его способность даже раздражала.

Я развернулась к нему, открыла рот, но чуть не упала. Чтобы выпрямиться, пришлось сосредоточиться на мышцах левой ноги.

— А ею кто займется? — Маргерит кивнула в мою сторону.

— Обойдусь как-нибудь, — быстро ответила я, увидев, что Бен готов вмешаться, и стремясь опередить его. Увы, ответ вышел слишком громким и не вполне членораздельным.

— Ты даже о себе позаботиться не в состоянии, Тесса. Языком не ворочаешь и на ногах не держишься.

Я рассмеялась:

— Благодарю за чудесный вечер. Не напомните, по какому поводу он устроен?

— Да как ты смеешь!

— Прошу прощения…

Мы обернулись. В дверях стояла молодая женщина, которую я видела у церкви. Она держала на руках Бобби. Мужчина рядом с ней был точной копией Нейла. Он прижимал к себе Томми. Мне почудилось, что я вижу Нейла с сыном. Я встряхнула головой в попытке протрезветь.